Анна Згут живет в Ашкелоне. Как и большинство жителей этого города – в старом доме, где нет ни укрепленных комнат, ни бомбоубежища. Поэтому когда звучит сирена, оповещающая об обстреле города, Анна вместе с собакой выходит на лестничную клетку.

Рядом с домом Анны нет общественного бомбоубежища. А те жители ее района, которые проживают в непосредственной близости от убежища, рассказывают, что каждый раз, когда начинаются обстрелы, оно оказывается запертым, и открывается только некоторое время спустя.

«Когда начинается обстрел, – рассказывает Анна, – мы не слышим, как летят ракеты из Газы, но слышим, как взлетают наши ракеты. И если мы слышим, как взлетели пять ракет, а бума было только четыре, то мы уже понимаем, что либо пятый будет совсем близко, либо ракета упадет. Этой ночью один из перехватов был прямо над домом – ты видишь вспышку и слышишь такое треньканье, как будто с елки игрушки осыпаются. Это падают осколки. И сразу начинаются народные гуляния – люди бегут подбирать сувениры».

Анна рассказывает, что знала про обстрелы Ашкелона, однако все равно выбрала для жизни этот город.

«Здесь живет моя двоюродная сестра – самая близкая в Израиле родственница. И мне очень нравится Ашкелон – он приморский, много неба, пространства, мало высокоэтажного строительства. У меня папа родом из Одессы, и Ашкелон почему-то ассоциируется у меня с этим городом», – говорит Анна.

В Москве у Анны Згут была своя небольшая фирма, а в Израиле женщина работает на уборках и говорит, что в ее возрасте (Анне 55 лет) «физическая работа только полезна». К тому же, по словам новой репатриантки, она таким образом может слушать в наушниках иврит и «потихоньку вписываться в местные реалии».

На вопрос о том, почему Анна, зная об обстрелах, поселилась в Ашкелоне и не намерена этот город покидать, женщина говорит: "Я понимаю, что если так написано, везде долетит и найдет. И что невозможно убежать от нехорошего, но нехорошее бывает разное. Из России я уехала после того, как Крым стал «наш». Я практически в тот же день позвонила в консульство. А здесь я дома, и из своего дома никуда уходить не собираюсь».

Напомним, в ночь на 5 мая в результате попадания ракеты в жилой дом в Ашкелоне погиб 58-летний Моше Агади, отец четырех детей. В ноябре прошлого года в результате прямого попадания ракеты в жилой дом в Ашкелоне погиб 48-летний Махмуд Абу Асбэ.

В отличие от Сдерота, регулярно обстреливаемого из сектора Газы, где почти к каждой квартире был пристроен «мамад» (укрепленная комната), в Ашкелоне много старых домов, которые так и не были переоборудованы для защиты от обстрелов.

Согласно официальному заявлению руководства муниципалитета города Ашкелон, в ряде районов города (Шимшон, Гиват Цион, Рамат Эшколь, Мигдаль) есть свыше 5 тысяч жилых домов, строительство которых было завершено до 1980 года. В этих домах нет укрепленных помещений.

Беседовала Алла Гаврилова

P.S. После того, как разговор был записан, стало известно о гибели еще двух израильтян и ранениях нескольких граждан в результате ракетных обстрелов из Газы. Одна из ракет разорвалась в южной промзоне Ашкелона, недалеко от дома, где живет Анна. В результате обстрела один человек погиб, двое получили тяжелые ранения.