О современных вызовах, с которыми столкнулось еврейское население шведского города, притягательного для мигрантов-мусульман пишет корреспондент Jüdische Allgemeine Тобиас Кюн.

Если ближе к вечеру свернуть в Камрергатан и приблизиться к еврейскому общинному центру, может показаться, что евреи шведского города Мальмё с оптимизмом смотрят в будущее. На первый взгляд, в общине много молодежи: когда в 17 часов еврейский детский сад закрывается, мамы и папы забирают детей и в автомобилях или на велосипедах едут домой через район Соргенфри.

Что еврейская жизнь в Мальмё отнюдь не беззаботна, можно понять только со второго взгляда. Общинный центр — здание 60-х годов, облицованное желтым кирпичом, охраняется, как бастион. Металлические столбики препятствуют парковке перед домом, несколько камер фиксируют любое движение, а первый этаж, в отличие от соседних жилых домов, полностью лишен окон по соображениям безопасности. Несмотря на все меры предосторожности, которые по большей части оплачивает шведское государство, постоянно происходят антисемитские выходки, угрозы и нападения, евреев высмеивают и избивают. Преступники — в основном мусульмане. Их сообщество растет на протяжении десятилетий, считается, что сегодня добрая четверть из более чем трёхсот тысяч жителей Мальмё — мусульмане.

Большинство родителей, которые едут на велосипедах по Камрергатану, чтоб забрать детей из еврейского детского сада — не евреи. Четыре с половиной года прошло с тех пор, как террорист-исламист застрелил охранника у ворот синагоги в Копенгагене. Этот факт заставил задуматься евреев и за Эрезундом: на следующий день в Мальмё 80 процентов еврейских родителей забрали своих детей из детского сада — слишком опасно.

Еврейская община Мальмё сегодня насчитывает почти 500 членов. 20 лет назад их было почти вдвое больше. Атмосфера враждебности и страх стать жертвой нападения привели к тому, что все больше евреев покидают город. Одни переезжают в Стокгольм, где тоже есть антисемитизм, но, по крайней мере, есть лучшая еврейская инфраструктура, другие эмигрируют в Израиль.

Недавно, чтобы поддержать еврейскую жизнь в Мальмё, в условиях растущих затрат на безопасность, еврейский и христианский предприниматели Леннарт Блюхер и Дэн Олафсон согласились жертвовать общине большую сумму денег: ежегодно до 2029 года €400.000. При этом они призвали муниципальные власти увеличить бюджет на улучшение моральной атмосферы в городе.

В маленькой комнате для совещаний синагоги раввин Моше Давид Коэн говорит: «Здесь мы можем чувствовать себя в полной безопасности», — и указывает на розетку окна. После того, как ее несколько раз разбивали, теперь она изготовлена из бронированного стекла. «Мы защищены, — констатирует он, — но от такой защиты иногда бывает трудно дышать».

Моше Дэвид Коэн — человек с убеждениями. Он вырос в еврейском поселении Ткоа, примерно в десяти километрах к югу от Иерусалима, на Западном берегу реки Иордан, и приехал в Мальмё три года назад. В объявлении о вакансии было сказано, что новый раввин должен наладить активную общинную работу — это ему удалось — и создать клуб, в котором евреи и мусульмане будут работать вместе. «Это меня раздражало, — говорит сорокалетний духовный наставник евреев, — речь идет о налаживании контактов с мусульманским сообществом, ради выживания еврейской общины». Опираясь на опыт раввина своей родной общины на Западном берегу, который часто встречался с мусульманами, два года назад рабби Коэн вместе с имамом Салахуддином Баракатом из объединения мусульман Мальмё основали ассоциацию «Аманá». Слово это арабское и, подобно ивритскому ЭМУНА, также означает вера, а также доверие — не только к Б-гу, но и к людям. Именно об этом идет речь. «Для нас обоих вызов, — говорит рабби Коэн, — что я из поселения на Западном берегу, а имам — из Ливана». Но оба духовных лидера сразу поняли, что могут доверять друг другу. И вот раввин вместе с имамом посещает школьные классы, рассказывает об иудаизме, о Шоа, и о взаимосвязи между различными культурами. Они проводят еврейско-мусульманские «дни знаний», пытаются вовлечь своих прихожан в общение друг с другом. «Для обеих сторон важно, чтобы у нас были контакты, — говорит Коэн, — если исламофобия кипит в общественном мнении или имам подвергается нападкам со стороны СМИ, то мусульмане обращаются ко мне. А если опять что-то случится, то я обращусь к мусульманским участникам “Аманы”».

«Опять что-то случилось» — например, в декабре 2017 года, когда Дональд Трамп объявил о переносе американского посольства из Тель-Авива в Иерусалим. В Мальмё на Меллевангсторгете, в нескольких сотнях метров от еврейского общинного центра, собралось около 200 мусульман на стихийную демонстрацию. Они скандировали «Смерть евреям!», чем повергли еврейскую общину в страх и ужас.

«Что Мальмё в один прекрасный день перестанет быть безопасным для нас, евреев, в годы юности мне не могло даже присниться», — говорит Фредрик Серадзки. Ученый и журналист, он вырос в Мальмё и сегодня работает в PR-агентстве. Кстати, он занимается общественными связями еврейской общины. По его словам, Мальмё очень изменился. «Еще в 80-е годы все было однородным, мой город был "белокурым". Кто-то обеспокоен, что сегодня все уже не так, но я не вижу в этом никакой проблемы. Проблема в том, что многие мусульмане в Мальмё не любят евреев». В 1965 году, когда Фредрик Серадзки родился, правительство Швеции как раз запустило так называемую «программу миллиона». Она предусматривала строительство за десять лет миллиона новых квартир, прежде всего в спутниках крупных городов. Одним из таких крупных жилых поселений является Розенгард на востоке Мальмё. Там проживают сегодня около 23 000 человек, примерно 85% из них — мигранты. Многие социологи и политики теперь поняли: что-то вышло из-под контроля. Сегодня Розенгард считается образцом сегрегации, геттоизации и неудавшейся интеграции. «Там много безработных, есть социальные проблемы, — говорит Серадцки, — и молодые люди все время думают, что бы ещё такое что-то сделать для "народа Палестины"».

Евреи Мальмё стараются жить как можно дальше от таких очагов. Опасаясь антисемитизма, многие скрывают свое происхождение в общении с соседями, в школе, на рабочем месте. На публике, например, носить магендавид в качестве украшения большинству никогда не пришло бы в голову.

Тем не менее, одна из них Мира Кельбер, 19-летняя дочь одного из пережавших Шоа, участвует в молодежной работе общины в качестве волонтера и носит поверх своей черной футболки цепочку с маленькой золотой звездой Давида. «Быть еврейкой — моя участь, — говорит она, — я не могу этого скрывать». Да, она и раньше попадала в «неприятные ситуации», но в конце концов всегда все заканчивалась хорошо. Несколько недель назад Мира Кельбер побывала в Берлине. Когда ее еврейские коллеги узнали, что она из Мальмё, они тут же спросили, когда она собирается уезжать. «Вот что меня раздражает! Нельзя же так просто уйти! Конечно, я понимаю, что люди боятся, но ведь надо же что-то делать, если ситуация плохая». И сейчас она почувствовала, что власти относятся к проблеме серьезно. Тому, кто спросит молодую женщину, что она хочет сделать, она скажет, что хочет ходить в школы и рассказывать молодежи, в том числе и мусульманской, что она еврейка. «Вы видите, у меня голубые глаза и светлые волосы, и я говорю: смотрите, я — еврейка!» Мира Кельбер верит, что в Мальмё когда-нибудь тонкие ростки иудео-магометанского общения однажды вырастут в большие деревья и сделают город пригодным для жизни. Она мечтает, что через 20 лет полицейский перед синагогой уже не будет советовать молящимся после Б-гослужения поскорее вернуться домой. И она мечтает, что Мальмё станет городом, где евреи будут чувствовать себя настолько в безопасности, что никто уже не станет спрашивать, когда они уедут, и даже евреи из других городов будут селиться в Мальмё.