Авторами первых обработок выступили аккомпаниаторы Литовской филармонии, неоценимую помощь оказал композитор Лев Пульвер, бывший музыкальный руководитель московского ГОСЕТа. Победа на Всесоюзном конкурсе артистов эстрады 1958 года открыла для нее двери лучших концертных залов, позволила гастролировать по всей стране, выезжать за рубеж. Но и потом, когда Лифшицайте репатриировалась в Израиль, ее голос продолжал звучать в Советском Союзе — во многих домах хранились пластинки с записями песен в ее исполнении.

Послевоенная молодежь, слушавшая Нехаму Лифшиц, воспринимала ее песни на языке идиш как призыв, прямо обращённый к ним. После гастролей Нехамы во многих городах создавались еврейские театральные кружки, ансамбли народной песни, хоры, открывались ульпаны, тогда же появился и самиздат.

Среди песен, которые исполняла Нехама Лифшицайте, – великая и трагическая «Колыбельная Бабьему Яру», которую долгие годы объявляли как «Песню матери». Эта песня была написана специально для нее еврейским поэтом Овсеем Дризом на музыку композитора Ривки Боярской.

Ее репертуар, сценическая интерпретация песен, манера исполнения оставались эталонными и для нового поколения еврейских вокалистов, появившегося в постперестроечную эпоху.

В 1997 году, организуя в Петербурге международный семинар по еврейской музыкальной культуре (впоследствии он стал именоваться «Клезфест в Петербурге»), устроители обратились к Лифшицайте с предложением преподавать. Приезд певицы стал знаковым для многих участников той программы.

Нехама создала собственную студию в Израиле, где консультировала певцов, обратившихся к песенному наследию на идише. Ежегодные концерты выпускников студии стали заметным событием в культурной жизни Тель-Авива.

В феврале 2006 г. Нехама Лифшицайте была избрана председателем Всемирного совета по культуре на идиш.