Визажист Алёна Мишиева: «Мечты сбываются!»
Быть визажистом в наши дни — достаточно модно и престижно
Визажист — специалист в области макияжа, мастер по созданию образа с помощью косметических средств, «художник по макияжу» — речь здесь идет об одном и том же, к тому же быть визажистом в наши дни — достаточно модно и престижно. В салоне красоты такого специалиста могут называть по-разному: мастер макияжа, салонный визажист, специалист по свадебному макияжу. Как раз по данному бьюти - направлению и работает в наши дни Алёна Мишиева, с которой мы поговорили для нашей рубрики «Люди и личности» на портале «STMEGI».
Алёна — веселый, жизнерадостный, очень позитивный человек, на фото в своей социальной сети — поет, танцует, красится, бодро общается со своими подписчиками, глядя на нее и на ее публикации, невольно улыбаешься и забываешь обо всех современных трудностях и проблемах. Наша героиня – успешный художник по макияжу, искусно создающая все варианты визажа — от повседневного, до вечернего и свадебного. Благодарные клиенты записываются к ней заранее, так как если позвонить день в день – свободного места может уже не найтись. Следует сказать, что её история – удивительная сказка со счастливым финалом, ведь перед тем, как состояться в любимой профессии, Алёна прошла долгий, тяжелый, тернистый путь, но преодолела все преграды и проблемы, достигнув заветных целей.
- Алёна, расскажите пожалуйста о себе, о своем детстве, юности, и как вы стали известным в Москве визажистом?
- Мой путь к любимому делу был очень долгий, тернистый, сложный. Я с рождения – невероятно творческий человек, всегда любила краситься сама и красить других, люблю рисовать, петь и танцевать, делала себе и подругам яркие макияжи. У меня это неплохо получалось, обожала косметику, отдавала за нее последние деньги. Родилась в Азербайджане, в селе Красная Слобода, где училась до 9-го класса, так как в те времена вообще не отдавали девочек учиться. У нас — большая семья, нас у родителей — пятеро детей, я — вторая. Какой-то период мы жили в Израиле, поэтому иврит я тоже знаю. Пожив в Израиле, снова вернулись в Азербайджан, а потом отправились в Москву, где и «бросили якорь». Так, уже 16 лет, живем в российской столице. И в мои 16 лет, по договоренности, как у нас принято, меня выдали замуж. Мы прожили с мужем десять лет, у нас – два сына. Наши совместные годы отнюдь не были легкими, впоследствии разошлись и наши с ним взгляды на жизнь, на семью, на воспитание детей. Благо, мне постоянно помогали мои родители, очень переживали за меня. Но в тот период мы мало с ними общались, у меня не было возможности часто звонить своим близким. Через 10 лет я решила уйти от супруга навсегда, забрав детей, мы развелись. Следующие три года жила дома с родителями, ухаживала за своими детьми и потихоньку начала работать в онлайне, продавая обувь в интернет-магазине, сотрудничала с Китаем, у меня появились клиенты, подписчики, о моем интернет-магазине начали узнавать. Реализуя обувь, накопила деньги на обучение и решила осуществить мечту своей жизни – обучиться искусству визажа, для чего в итоге пришла к самому сильному, крупнейшему специалисту в этой области, известному по всей России.
- Вы по-прежнему живете с родителями?
- Нет, в какой-то момент мы решили пожить в разных местах, и я переехала с сыновьями в другую, съемную квартиру, но также — в Сокольниках, чтобы было близко от мамы и папы. Мы все-таки — одна семья, вместе отмечаем все еврейские праздники, наши торжества, просто пока нам легче жить отдельно.
- Почему решили стать именно визажистом?
- Как уже говорила вам ранее, я с юности неравнодушна к косметике, к ярким краскам. Если у меня стоял выбор между одеждой и косметикой, я приобретала последнюю. После развода, поступать в колледж или вуз мне было уже тяжело, учитывая дальнейшую необходимую заботу о двоих растущих детях. Отправляться к малоизвестному мастеру визажа — не хотела, стремилась учиться у крупных, уже довольно раскрученных специалистов, сделавших себе имя. Как потом оказалось, мой расчёт оказался верным, имя моего учителя впоследствии помогло добиться популярности и мне. Тогда, после развода, я вновь поверила в себя, поняла, что тоже могу что-то делать своими руками и головой, зарабатывать деньги, приносить людям добро и пользу. Учиться и работать гораздо раньше — не пошла сознательно, ждала, когда мои дети подрастут, станут немного самостоятельными, уже не так остро будут во мне нуждаться. И вот, в один прекрасный день, неожиданно сказала себе, что теперь я точно должна пойти учиться. Записалась на курсы для визажистов, и началась моя новая жизнь. Признаюсь, дома все были весьма удивлены моим решением, а у меня буквально начался всплеск новых подписчиков в моих социальных сетях, в том числе – приток горских евреек. Тем более, пошаговый алгоритм действий со своих уроков макияжа я выкладывала в свободный доступ на своей странице, и людям это было очень-очень интересно, многие тогда принялись наблюдать на моим обучением.
- Как проходили ваши занятия?
- В студии мы обучались макияжу целый день — с утра до вечера, прописывали в тетради все косметические продукты, которые используем, письменно фиксировали все секреты удачного визажа, учились делать самые разные макияжи, начинали от легких, заканчивали сложными. Например, постепенно переходили к двойным стрелкам, к пестрым, знойным, цветным образам. Надо подчеркнуть, что у каждого мастера — свой почерк, и с другими мастерами визажа работать уже не смогу, они действуют в другой технике, красить в которой у меня уже не получится, привыкла к иной «школе», скажем так.
- Что было дальше?
- Спустя пять месяцев я снова пришла к этому же мастеру на новый ряд занятий, после чего стала работать еще лучше, в дальнейшем прошла у неё еще три онлайн-курса повышения квалификации по визажному искусству. А между теми первыми двумя периодами обучения мне пришлось непросто, мой путь к профессии вовсе не был усеян розами. Потихоньку начала сама делать макияжи и выкладывать их на своей странице, а еще снимала на эту тему ролики для тик-тока, люди начали распространять мои публикации, мои видео попадали в рекомендации для подписчиков. Отмечу, чем больше клиентов приходило ко мне на макияж, тем больше у меня появлялось зрителей, просмотров. Конечно, прекрасно понимала, что дело не только в моем мастерстве, но и в опыте и везении моего учителя, которому доверяют намного больше, чем другим мастерам. И я ей и по сей день очень благодарна. Да, в мои курсы вложено много моего труда и денег. Но я очень рада своему выбору, своему решению и ни капельки не жалею, что обучалась у нее, мой педагог принесла мне колоссальный успех.
- С какими сложностями в работе столкнулись поначалу?
- Когда люди что-то только начинают, сложности бывают у всех, согласитесь. Сначала мне пришлось покупать много косметики, и все, что я зарабатывала, уходило на материалы для работы. Постепенно я повысила цены на свои услуги, а через несколько месяцев после обучения и сама набрала студентов.
- Как попасть к вам на макияж?
- Сейчас снимаю студию, иногда выезжаю к клиенткам на дом, кто-то приходит на макияж ко мне, все происходит по желанию обратившегося ко мне человека. Обучение меня изменило в лучшую сторону, я стала более сильной, выносливой, стрессоустойчивой. Число моих клиентов растет. Кстати, не планирую работать на кого-то. Я уже получила немало приглашений от самых крутых визажистов в Москве, они звали меня реализовывать свои умения и навыки в их командах, но я отказала, рассчитываю и дальше трудиться на себя. Для того, чтобы попасть ко мне на макияж, звоните и пишите моей помощнице 8-958-825-7943. У нее есть вотсап.
- Наверняка, в Израиле вы также были бы востребованным специалистом…
- Да, уверена, что и зарубежом я тоже стану востребованным специалистом. Там тоже можно найти свой путь, тем более, с моими знаниями, опытом, с владением ивритом. Ведь я сегодня — не только мастер, но и преподаватель, да и конкуренция в Израиле поменьше, чем в России. Но несмотря на это, на данном этапе я бы уже не уехала в еврейское государство насовсем, у меня в Москве — любимая работа, клиенты, мне здесь все нравится, меня устраивает моя деятельность, и я продолжаю именно в России нарабатывать свой профессиональный опыт. А вот на летний отдых мы бы с удовольствием туда отправились, хоть на все лето, тем более у нас в Израиле есть свой дом, принадлежащий моему отцу. Но, повторюсь, речь здесь идет только об отдыхе.
- Как контактируете с проблемными клиентами, если такие появляются, получается ли у вас найти подход к каждому?
- Не хочу хвастаться, но людям импонируют мои работы. Недовольных клиентов у меня, к счастью, не было, от меня женщины уходят красивые и радостные. Удивительно, но некоторые дамы ко мне записываются, чтобы просто со мной познакомиться, а не краситься. Есть те, кто говорит мне – делай, что хочешь, я тебе доверяю. Некоторые объясняют, что им нужно, какой макияж им надо сделать. Подчеркну, что использую в своей деятельности самые люксовые косметические марки (Диор, Шанель, Эсте Лаудер), которыми заранее запаслась почти на год, узнав о закрытии известных бутиков и площадок в нашей стране. Цены из-за этого, на мой макияж — не низкие. Но для меня очень важна стойкость макияжа, и чем дороже косметика, тем более качественный будет макияж. Не секрет, что сейчас цены на люксовую косметику сильно повысились. К примеру, одна единица, стоившая 2000 рублей, сегодня продается в магазинах за 5000 тысяч рублей. Обожаю свою работу, всегда стараюсь найти выход из трудного положения и уверена, что опытный мастер сделает все в лучшем виде и на самой дешевой косметике.
- Так как вы – горская еврейка, не могу не задать вопрос. Часто ли посещаете Объединение Горских Евреев, знаете ли горско-еврейский язык?
- В еврейскую общину «ОГЕ» в Сокольниках, расположенную недалеко от моего дома, из-за нехватки времени, часто приходить у меня не получается. А вот джуури знаю прекрасно, это — мой родной язык, владею и ивритом, так как мы жили в Израиле два года, о чем сказала ранее. Также общаюсь на азербайджанском и турецком языках. Бакинские горские евреи в моем детстве больше говорили между собой на русском, а в азербайджанском посёлке Красная Слобода, откуда мы родом, горские евреи всегда контактировали между собой на джуури, поэтому эти знания перешли и мне. В завершении нашего разговора признаюсь, что очень люблю Индию и мечтаю там побывать, вот — еще одна моя давняя мечта.
- Как отдыхаете, расслабляетесь после насыщенных трудовых будней? И ваши планы на будущее?
- Впереди у меня очень много планов: развиваться в своей специальности, идти вперед, покоряя новые высоты, со временем открыть свой салон, запустить свою авторскую школу обучения искусству визажа, еще больше продвинуться в сфере бьюти – индустрии, в целях также — накопить на квартиры для сыновей. Самое главное, теперь я точно знаю, что все наши мечты сбываются! А вот отдыхать в последнее время не получается, очень много работы, и это – большое счастье…
Ниже наши читатели могут видеть прекрасные образы, созданные мастерством Алёны Мишиевой
Читайте также
Все материалы рубрики
Ари Штернфельд: космическая траектория жизни
Он родился в старинном городке Серадз, что расположился неподалеку от Лодзи на берегу реки Варта
Он родился в старинном городке Серадз, что расположился неподалеку от Лодзи на берегу реки Варта.
14 мая 1905 года в доме купца Штернфельда раздался долгожданный крик младенца.- Радуйся, реб Абрам! - провозгласила торжественно повитуха, - Это твой сын!
И Абрам Штернфельд радовался: уже есть две дочки, и наконец - наследник, мальчик!
Имя было выбрано заранее: Арие Яков.
Взволнованный, ходил он по своему кабинету, подходил к столу, листал пожелтевшие страницы родословной книги.
- Он будет раввином, да, великим раввином, - шептал сам себе Абрам, - ведь мы - от рода самого Маймонида! Палец скользил по нужной строке.
- Маймонида!
Поэтому в 4 года Алека, как ласково звали мальчика в семье, отдали в хедер.
Но, проучившись пару лет, ребёнок отказался посещать занятия:
- Мы там не учимся, а просто зубрим наизусть! Зачем? Я так не хочу!
Впервые в семье Штернфельд произошел крупный спор между родителями, из которого родился компромисс:
Ари будет заниматься иудаикой дома с меламедом, а другой преподаватель выучит его светским наукам: чтению, грамматике, арифметике и игре на мандолине.
Учеба начиналась в 7 утра и продолжалась до изнеможения. Меламед, чтобы заинтересовать мальчика, склонного к точным наукам, выискивал для него в старых книгах сведения по математике и астрономии, и Алек научился рассчитывать лунные месяцы.
Ари с детства любил не просто играть, но придумывать что-нибудь новое. Он сам дошел до идеи сифона и смастерил специальную трубку, которая сильно облегчила набор дождевой воды из бочки.
Узнав, что сифон - вещь давно известная, мальчишка разрыдался от огорчения.
- По образованию я инженер-механик, а стал им, быть может, и потому, что первые десять лет жизни провел в сказочном царстве таинственных машин,- вспоминал Ари Абрамович.- В нашем дворе находилось единственное в Серадзе «представительство мировой техники». Сюда свозили с окрестных мест все больные сельскохозяйственные и другие машины для ремонта.
Наблюдая за огромным мотором, обеспечивавшим движение нескольких станков через систему ремней и маховик, Ари пришёл к идее о вечном двигателе и даже попытался построить образец. Модель не работала, как было задумано, а десятилетний изобретатель понял: предстоит ещё ой как много узнать!
В 1914 году, когда только началась первая мировая, в небе Серадза появился цеппелин. Длинная, серебристая сигара величаво плыла в вышине. Все жители высыпали на площадь и смотрели, смотрели... Над их головами парила мощь кайзеровской Германии.
Но на Ари вид дирижабля повлиял иначе. С тех пор ему часто снились странные воздушные корабли, летевшие не в земных небесах, а в межзвёздном пространстве.
Когда в полнолуние он выходил с отцом во двор и читал положенные молитвы, то, прося В-него «сделай меня недосягаемыми для врагов так же, как недосягаема Луна», он начинал размышлять:
- Недосягаема? Но ведь это спутник, и однажды кто-нибудь её достигнет!
В августе 1915 года война пришла в тихий, родной городок. Детство Ари кончилось под грохот снарядов. Семья едва успела бежать, и перебралась в Лодзь.
Здесь юный Штернфельд пошёл в еврейскую гимназию. Он поглощал знание, как сладкоежка конфеты. Ему не было достаточно обычных курсов математики и физики. Алек стал посещать открытые лекции по этим предметам. Он прочитал монографию Эйнштейна «О специальной и общей теории относительности», однако многого в ней не смог понять. Тогда упрямец написал физику, которому ещё только предстояло стать легендой, письмо с вопросами. Мальчик не очень рассчитывал на ответ, но вдруг пришла открытка, плотно исписанная убористым, неразборчивым почерком!
- Удалось прочитать почти каждое слово, но смысла я так и не уловил - признавался потом Штернфельд.
Он впервые задумался: а какой формы должен быть космический аппарат, чтобы выдерживать огромные нагрузки. Подходящей казалась форма яйца: тонкая оболочка, охраняющая зародыш жизни.
Ари придумал устройство для измерения величины давления на яйцо. Путём экспериментов он выяснил, что хрупкое чудо природы способно выдержать нагрузку в 90 кг (правда, целых яиц в доме в тот день не осталось)!
В старших классах он задумывался над тем, до какой степени целесообразно увеличивать в ракете запас топлива (с учетом возрастающей массы конструкции топливных баков).
- Рассуждал я так: не заправленная топливом ракета, конечно, вообще не
поднимется в воздух; если же ее перегрузить топливом, она также не поднимется.
В эти же годы он решил проблему определения при полёте расстояния до Солнца с помощью высокоточного термометра.
При этом Ари не читал фантастику того времени. Захватывавшие других романы Жюля Верна не привлекли его внимания. Может потому, что для него полеты в космос уже перестали быть фантастикой.
Учеба учебой, но и про отдых Алек не забывал. Он очень любил пешие прогулки, особенно на природе.
В старших классах во время вакаций он объездил и исходил почти всю Польшу. Даже отправился в одиночный поход по горам к озеру Морское Око. Было невероятно трудно, однако Ари воспитал в себе достаточно воли, чтобы достигнуть цели.
Гимназию он закончил с отличием в 1923 году и поступил в Ягеллоновский университет Кракова. Он снимал комнату на улице Коперника, разработавшего
гелиоцентрическую систему мироздания. За год Штернфельд прослушал курсы
дифференциального и интегрального исчисления, экспериментальной и оптической физики, кинетической теории газов, астрономии стационарных звезд.
Директор университетской обсерватории профессор Банахевич лично знакомил его с секретами и приемами наблюдения неба.
Продолжить обучение Ари решил во Франции, и, будучи ограничен в средствах, разработал нестандартный маршрут, позволявший серьезно сэкономить:
поездом до порта Гдыня на Балтийском море, затем пароходом в Гавр и, наконец, поездом до Парижа.
- Может, отсюда и появились в моих трудах по космонавтике обходные,
но требующие меньше топлива космические трассы, - шутил Штернфельд много лет спустя.
В столице Франции, чтобы сводить концы с концами Ари брался за всякую подходящую работу: был грузчиком в «Чреве Парижа», на центральном рынке, работал в мелкой мастерской резчиком, устроился на завод «Рено» и делал детали автомобилей...
В октябре 1924 года он стал студентом первого курса Института электротехники и прикладной механики в Нанси.
Ари был счастлив, хотя обучение на французском давалось с трудом, а тут ещё безденежье, недоедание и холод в комнатушке - топить было не на что.
- День, когда я единственный раз за весь мой «нансийский период» купил молодой картофель и вдоволь вкусил этот «дар Б-й», навсегда сохранился в моей памяти! - поведал Штернфельд в своих мемуарах.
Ари закончил университет Нанси с дипломом инженера механика в 1927 году.
В каникулы он устраивался работать в авторемонтные мастерские. Ему удалось ввести пару интересных усовершенствований в механизм автомобилей, которые были на ура приняты производителями. Помимо финансовых поощрений Штернфельд впервые мог гордиться своими успехами в области конструирования: его стали приглашать на предприятия как профессионального изобретателя!
Ари разрабатывал проекты всевозможных станков: для производства винных бочек, для изготовления искусственного жемчуга. Он усовершенствовал двигатель внутреннего сгорания. Однако Ари не оставлял своей мечты - космических полетов.
Схемы, расчеты, формулы, записи в тетрадях ... Приятели считали его фантазёром и чудаком.
- В те годы перелет через Атлантический океан - сенсация, которая взбудоражит мир, - делился своими переживаниями Алек, - А тут какой-то одержимый доказывает реальную возможность овладения Вселенной. Я действительно был одержим этой идеей. На ехидные улыбки не обращал внимания!
Защиту докторской диссертации на тему освоения космоса чуть не зарубили:
- Молодой человек, у нас нет специалистов, способных оценить ваши фантазии!
Штернфельд не унывал: он открыл для себя Циолковского, завязал переписку, выучил русский и поместил в «Юманите» серию статей о космической эре. Фотография Циолковского была на первой полосе.
Вернувшись в Лодзь, к родителям, Ари приступил к работе над своей замечательной монографией «Введение в космонавтику». Эта книга станет основой подготовки полетов. Но как же Алек опередил свое время!
Его доклад «О траекториях, позволяющих приблизиться к центральному притягивающему телу, исходя из определенной кеплеровской орбиты» буквально взорвал мозг французских академиков!
Что утверждает этот юнец (юнцу, кстати, 29 лет)? Прямой путь - не самый выгодный?!
Расчеты, представленные Ари, доказывали, что так оно и есть!
Президент Академии сначала назвал его шарлатаном, потом, разобравшись в формулах, извинился и пожал руку.
- Ваш доклад, коллега, обязательно надо представить нашим учёным!
2 мая 1934 года в аудитории Сорбонны «Декарт» Ари Штернфельд прочитал лекцию на тему космических полётов.
В зале были выдающиеся умы Европы. Ему рукоплескали. Академик Эно-Пельтри сказал
- Вы ещё молоды и, несомненно, дождетесь осуществления дела, которое кажется сейчас многим фантастикой!
Так оно и вышло - Ари Штернфельд переехал с женой в Советский Союз, работал вместе с Сергеем Королёвым над проблемами реактивного движения. В СССР у него с супругой родились две дочки. Репрессии 37-ого не коснулись этой семьи. Может, потому что Ари был настолько чист и честен, что даже ежёвские следователи не рискнули «сшить» ему дело. Все знали, что товарищ Штернфельд отказался от шикарной квартиры в центре Москвы, чтобы не отличаться в условиях жизни от обычных людей, и сам нашел комнату в коммуналке Марьиной Рощи.
Во время войны он хотел пойти на фронт добровольцем, но был признан негодным и уехал с семьей в эвакуацию за Урал. Четыре года Ари преподавал в металлургическом техникуме.
Все годы он в одиночестве продолжал работать над монографией и делать вычисления.
Признание пришло лишь в 60-ые, с бурным развитием космической техники. Издаются его труды, статьи регулярно публикуются в советских и зарубежных изданиях.
В 1961 году во Франции Штернфельд был избран Почётным членом Академии и Общества наук Лотарингии и доктором Honoris сausa Нансийского университета.
А в 1965 году Академия наук СССР присудила ему учёную степень доктора наук без защиты диссертации - редчайший случай в истории!
Жизнь этого замечательного человека, положившего начало современной космонавтике, завершилась 5 июля 1980 года. Ари Штернфельд упокоился на Новодевичьем кладбище.
На памятнике в виде открытой книги - его барельеф и «штернфельдовская» обходная траектория с предварительным удалением а ещё - любимое латинское изречение учёного.
«Per aspera ad astra» («Сквозь тернии к звёздам»).
P.S.
Все родные Ари Штернфельда, кроме одной из сестёр, погибли в Лодзинском гетто.
В годы войны пропал его научный архив и книга родословия с перечислением предков вплоть до Маймонида.
В СССР Ари Абрамович запатентовал одно из своих многочисленных изобретений - универсального робота-андроида для выполнения работ, опасных для жизни человека.