В начале сентября 1964 года началась Война за воду – не самая известная, но одна из самых затяжных арабо-израильских войн.

Сирия, Ливан и Иордания пытались осушить озеро Кинерет и лишить еврейское государство основного источника питьевой воды. Израиль спас только прицельный танковый огонь, а также нерешительность арабских диктаторов.

Чуть больше полувека назад, 5 сентября 1964 года, тринадцать глав арабских государств собрались в Александрии, второй раз за тот год. Это было удивительно: до 1964 года вопросы межарабских отношений решались максимум на уровне министров иностранных дел.

Однако в январе 1964 года это правило впервые было нарушено: на саммит в Каире собрались сами арабские диктаторы, короли и президенты. Тогда на повестке дня стоял один вопрос: требование Сирии начать совместную войну против Израиля, чтобы предотвратить строительство в еврейском государстве «Национального водовода».

Крупнейший на тот момент инфраструктурный проект Израиля должен был направить воду из озера Кинерет в центр страны и дальше на юг, до самой пустыни Негев.

Тем не менее арабские лидеры войну начинать не решились. Вместо этого они решили сделать всё возможное, чтобы отклонить русла двух из трех источников реки Иордан, наполняющей озеро Кинерет.

Один из них – Хацбани, протекающий через Ливан, решили перенаправить в реку Литани, другой – Баниас, берущий начало в Сирии, – отвести в реку Ярмук, которая текла через Иорданское королевство.

Вместе источники обеспечивали около половины всей воды, поступающей в Иордан до ее впадения в озеро Кинерет. Израилю остался бы тогда лишь источник Дан, расположенный в пределах еврейского государства, но его одного было бы недостаточно, а проект «Национального водовода» потерял бы актуальность.

Цветистые речи и долгие, но пустые разговоры в арабском мире часто заменяют реальные дела. Покрасовавшись друг перед другом, главы арабских стран разъехались по домам. Израиль же тем временем закончил строительство водовода и летом 1964 года запустил проект. Арабским лидерам пришлось собираться вновь.

На этот раз они сумели выработать конкретный план, оцененный в 16,5 миллиона фунтов стерлингов и рассчитанный на завершение всех работ в течение двух лет. Помимо Ливана и Сирии к проекту осушения Иордана приобщили и Иорданское королевство. Оно должно было построить плотину на реке Ярмук, впадающей в Иордан ниже озера Кинерет.

Таким образом арабские страны лишили бы водовод трети всей поступающей в него воды. Не говоря уж о том, что перекрытие двух важных источников пресной воды должно было бы привести к засолению озера Кинерет.

Британские и американские специалисты поспешили заявить израильтянам, что у арабов не хватит денег на осуществление проекта, а ущерб, нанесенный в итоге Израилю, будет несущественным, поэтому, мол, волноваться не следует. Однако в израильского руководства были свои соображения по этому поводу.

В еврейском государстве, где внимательно следили за арабскими планами, пришли к выводу, что инженерные и технические возможности соседей вполне позволят им отвести русла рек. И на армейский генштаб была возложена задача разработки плана пресечения арабского строительного проекта.

Осторожный премьер-министр Леви Эшколь и начальник генштаба Ицхак Рабин отказались от предложений захватить ключевые пограничные области у подножия горы Хермон, чтобы лишить сирийцев возможности отвести воду. Рабин также опасался применять авиацию, считая, что подобные действия могут перерасти в настоящую войну. Вместо этого он убедил правительство использовать танки, чтобы прицельным огнем уничтожить строительную технику противника, работающей возле границы.

Сирийцы начали подготовительные работы по прокладке канала уже в ноябре. Израильтяне, в свою очередь, приступили к патрулированию района, откуда брал свое начало Дан. Сирийцы были на редкость предсказуем: каждый раз при появлении в этом районе израильтян они подвергали еврейские приграничные поселки обстрелам. В ответ израильские танки под, будто в виде ответных действий, целенаправленно расстреливали не столько сирийские боевые позиции, сколько прокладывающую отводной канал сирийскую технику.

Следует заметить, что поначалу стрельба из танков по сирийцам была крайне неудачной. Израильские танкисты тратили огромное количество боеприпасов, умудряясь мазать мимо цели с расстояния в 700–800 метров. Назначенный в те же дни новый командующий танковыми войсками бригадный генерал Исраэль Таль интенсивно взялся за подготовку своих бойцов.

И вскоре танкисты научились уничтожать сирийскую технику с расстояния в несколько километров.

К весне 1965 года зашевелились и ливанцы. В отличие от сирийцев, они боялись действовать открыто и заявили, будто ведут дорожные работы, а на деле же осуществляли отвод русла Хацбани. Нескольких пролетов израильских военных самолетов над ливанской территорией вполне хватило для того, чтобы лишить их решимости и убедить отказаться от продолжения работ. Предусмотрительная же Иордания и вовсе не начала обещанное строительство плотины на Ярмуке во избежание лишних неприятностей.

Но, даже оставшись в одиночестве, упрямые сирийцы не оставляли своих планов. Они теряли под израильскими обстрелами строительное оборудование, но упорно продвигались вперед. Однако к началу лета 1965 года сдали нервы и у них. Дамаск потребовал вмешательства арабских объединенных вооруженных сил, вот только египтяне совсем не собирались воевать ради сирийских интересов.

В мае 1965 года сирийцы открыто обвинили египтян в отказе предоставить им защиту от израильских атак. В ответ президент Египта Гамаль Абдель Насер, чья армия прочно завязла в гражданской войне в Йемене, заявил, что не видит смысла продолжать проект осушения Иордана до тех пор, «пока мы не в состоянии защитить его на земле и в воздухе».

Той же осенью на третьем собрании глав арабских государств сирийцам окончательно отказали в военной помощи, сообщив, что ответственность за все дальнейшие последствия реализации этого строительного проекта они будут нести сами.

Сирийцы перенесли работы на юг Голанского плато, надеясь, что в 12 километрах от границы израильтяне не достанут их из танков, а применять авиацию не решатся. Однако летом 1966 года, после серии провокаций и нападений на мирных жителей со стороны сирийцев, Израиль наконец использовал ВВС и разбомбил сирийскую технику, недоступную танкам. Одной-единственной бомбежки оказалось достаточно. Сирийцы, убедившиеся в том, что Израиль не остановится даже угроза начала большой войны, а помощи от Египта и других арабских государств не дождаться, остановили свой строительный проект.

Меньше чем через год в ходе молниеносной Шестидневной войны Голанское плато вместе с каналами, которые успели прокопать сирийцы, перешли под контроль Израиля. После чего сирийская мечта «осушить Кинерет» окончательно ушла в небытие.