Выставка о советском еврействе в довоенном искусстве в галерее «На Шаболовке»
2 марта в галерее «На Шаболовке» Объединения «Выставочные залы Москвы» откроется выставка «Блуждающие звезды: советское еврейство в довоенном искусстве»
2 марта в галерее «На Шаболовке» Объединения «Выставочные залы Москвы» откроется выставка «Блуждающие звезды: советское еврейство в довоенном искусстве», ставшая победителем Второго конкурса музейно-выставочных грантов Российского еврейского конгресса.
Тему советского национального строительства принято считать территорией пропаганды, которую поначалу оживляли эксперименты национальных авангардов. Еврейский авангард был среди них одним из самых ярких: его главным воплощением стала работа Художественной секции Лиги еврейской культуры (Культур-Лиги). После ее фактической ликвидации в середине 1920-х партия шаг за шагом ужесточала контроль над контуром образа советского еврейства и связанных с ним сюжетов, так что к концу 1930-х – началу 1940-х годов еврейская тема в СССР оказалась в тени «наднациональной» политики, соединенной с антирелигиозным пафосом.
Горшман М.Х. Колхозное собрание. Из серии «Крым. Коммуна «Войо Нова». 1931 г. Красноармейский музей
Выставка соединяет изобразительное искусство (живопись, графика, фотография), издания 1910-1940 годов, дающие представление об эволюции еврейской общественной жизни в России, и предметы материальной культуры, еврейского религиозного обихода и народного искусства. Среди авторов, представленных на выставке – Павел Зальцман, Александр Лабас, Меер Аксельрод, Роберт Фальк, Александр Тышлер, Эль Лисицкий, Соломон Никритин, Лидия Жолткевич, Арон Траскунов, Лев Аронов, Марк Вайнштейн, Мендель Горшман, Илья Чашник, Соломон Юдовин и другие. Каждый из этих художников по-разному осознавал свою дистанцию по отношению к еврейской культуре, и сегменты выставки построены на игре этих дистанций, показывая разные фазы взаимодействия советского и еврейского нарративов.
В экспозиции можно увидеть живописные и графические эскизы к спектаклям ГОСЕТ, зарисовки и панно по мотивам командировок в еврейские колхозы и коммуны, пейзажи и типы советских местечек, кадры из фильмов и плакаты. Но ее центральная часть посвящена камерной картине 1930-начала 40-х годов, сменившей агитационное и пропагандистское искусства первых послереволюционных десятилетий.
Юдовин С. «В синагоге». Иллюстрация к роману М. Мойхер-Сфорима «Путешествие Вениамина III». 1935 г. МИЕВР
Именно эти малоизученные произведения, созданные «в стол», позволяют увидеть 1930-40-х годы как важный этап в истории российской еврейской культуры, развивавшейся за пределами советизирующего фасада. Верхняя граница – начало сороковых годов – выбрана не только как завершающая точка проекта модернизации еврейства в СССР, но и как конец довоенной ленинградской культуры, сохранявшей живую связь с русским модерном.
В 2020 году выставка стала одним из победителей Второго конкурса грантов Российского еврейского конгресса на развитие музейных и выставочных проектов в области еврейской культуры. На рассмотрение экспертного совета поступили 64 проекта из 36 городов, а в составленный экспертами шорт-лист, который рассматривало жюри, вошли 20 проектов. В ближайшее время РЕК объявит прием заявок на свой Третий конкурс музейно-выставочных грантов. Подать заявки на конкурс вновь смогут любые некоммерческие, бюджетные и общественные организации: музеи, театры, общинные центры, научно-исследовательские институты, имеющие презентационные площадки в онлайн- или в офлайн-формате.
Источник: Антенна Daily
Актер Семен Фурман: «Всю жизнь занимался тем, чего ужасно боялся»
Первое время наш герой играл персонажей из детских спектаклей, а когда вернулся в Ленинград, оказался на обочине творческой профессии
Любимый в народе герой «Сватов» Семён Фурман добился неплохих успехов в карьере, даже несмотря на специфическую внешность. В свои 70 лет он уже стал почётным дедушкой, но ещё задолго до этого артист выглядел чуть ли не стариком.
Отца в жизни юного Семёна почти не было. Когда мальчику было 4 года, его родители расстались, ребёнок остался с мамой, а отец лишь изредка общался со своим отпрыском. С появлением в семье отчима дело не изменилось, мужчина даже подавал ребёнку плохой пример, ведь он был знатным скандалистом.
Возможно, это стало причиной появления у парня множества комплексов, из-за которых он никак не мог найти себе друзей и обрести уверенность в собственных силах. Ещё больше проблем добавляла мать, которая зачем-то стала активно колоть юнцу тестостерон.
– Спустя неделю выросла борода, я стал выглядеть как взрослый мужчина. В 13 лет выглядел на 40! Она делала это, поскольку думала, что у меня маленькое достоинство. Помню, как мама говорила: «С такой штукой тебе в жизни делать нечего», – рассказывал потом артист.
Подростковый период оказался огромным испытанием для Семёна. В школе даже учителя порой принимали парня за отца, а то и дедушку кого-то из учеников! Гормональные уколы сказались и на росте мальчика, так что тот просто перестал расти.
Единственной отдушиной для подростка стало творчество. Сначала он посещал драмкружок, потом переключился на народный театр. После школы Семён захотел попасть в ТЮЗ Зиновия Корогодского, но с первого раза у него ничего не вышло. Он не отчаялся и попробовал свои силы в институте культуры на режиссерско-балетмейстерском факультете, где смог успешно сдать все экзамены.
По идее, Семён должен был стать руководителем народного театра, но судьба подготовила для него другой подарок. Парня случайно заметил режиссёр из Туркменистана, который и пригласил его в русскую группу ТЮЗа из Ашхабада.
Первое время наш герой играл персонажей из детских спектаклей, а когда вернулся в Ленинград, оказался на обочине творческой профессии.
– Сначала хотел устроиться сторожем или в кочегарку. У меня были знакомые поэты, которые там трудились. Но меня туда не брали. Оказалось, гражданин с высшим образованием не имел права работать сторожем или кочегаром. Такой был закон. Как обычно, не для всех... Но я с моим еврейским счастьем не стал исключением из правил. И композитор Андрей Петров помог попасть мне на «Ленфильм», – делился Фурман.
С этого момента его жизнь наконец-то начала налаживаться. Он получил место помощника режиссёра, и вскоре встретил будущую супругу – ассистентку гримёра Ольгу.
– Я не из тех мужчин, у которых был большой выбор, – откровенничал актёр. – Те, у кого большие возможности, как правило, не женятся очень долго. Им кажется, что романы никогда не кончатся. А я понимал, что надо хватать что есть. Я вообще весь состою из комплексов. И актером-то стал от безумного страха публичности и сцены. Как бабочка летит на свет и гибнет, так и я занимался всю жизнь тем, чего ужасно боялся.
Свою Ольгу он намеревался покорить и удержать «насовсем». Она и не была против, так что их отношения быстро дошли до свадьбы, а вскоре у супругов родился сын Даниил.
После этого артист стал усиленно трудиться, чтобы добиться успехов в карьере. Семён стал артистом Ленконцерта, поучаствовал в гастролях с «ШОУ-01», которые воплотились в жизнь во многом благодаря Семёну Альтову и Леониду Якубовичу. Вдобавок к этому актёр не переставал учиться и окончил Творческую мастерскую эстрадного искусства.
Известность пришла к Фурману после знакомства с режиссёром Геннадием Тростянецким. Именно он пригласил артиста на роль Гарпагона в спектакле «Скупой», сделав одной из главных звёзд Театра «На Литейном». К тому же Семён снялся в рекламе банка «Империал» от самого Тимура Бекмамбетова, так что артиста даже стали узнавать на улицах.
При этом в кино наш герой пришёл довольно поздно. В 1986-м году он дебютировал в картине «Мой нежно любимый детектив», после которой началась череда второстепенных ролей. Но Семён не жаловался, ведь в народе его уже стали называть «королём эпизода». Самым ярким персонажем артиста можно с уверенностью назвать сельского олигарха Евгения Жука из «Сватов». В этой комедии Фурман снимается до сих пор, хотя собственный персонаж ему не очень-то импонирует.
И если на творческом поприще у актёра проблем не было, то в семье без сложностей не обходилось.
– Мне кажется, нормальная семья — когда есть папа, мама, бабушка, дедушка, и все в хороших отношениях. Когда не бьют посуду и не заходятся в истерике с пеной у рта. Когда зарабатывают все, а не один дедушка. В общем, я не буду выносить сор из избы. Иначе загажу всю улицу. Ничего нормального у нас нет, все плохо, – признаётся актёр.
Однако же рядом с Семёном всегда была любящая супруга, которая смогла принять все комплексы своего мужа.
– Мне кажется, мало кто смог бы при таких разных характерах оставаться рядом на протяжении 40 лет, – отмечала внучка Семёна Фурмана. – Бабушка старается все выдерживать, она заботливая, добрая, всегда простит и обогреет, ну а дедушка – веселый и очень умный.
Источник: Мои года