Жизнь её была полна чудес. Правда, все они слегка отдавали театральной кулисой: не раскатывался глас небесный, изрекающий повеления свыше, ангелы не являлись в своей красе и великолепии. На сцене её жизни действовали люди - хорошие, плохие, а ещё - и такие, и сякие. Итогом же, как в пьесе, было чудо или знамение.

Само ее рождение обставлено судьбою с драматизмом: в далеком от Российской империи начала XX века французском городе Монпелье пересеклись пути будущих родителей нашей героини. И опять какая-то небывальщина, драма с провинциальных подмостков! В отцы избран студент Московской консерватории по классу виолончели, с революционным настроем, да ещё еврей! А что говорил один из персонажей Венедикта свет-Васильича Ерофеева, староста палаты №6 Прохоров?

«Стоит появиться еврею, как тут же развивается гибельный сужет»! Мамой оказалась дочь сурового и заслуженного генерала-артиллериста Щастного. Их свела любовь...к музыке. У девушки был чудесный голос, а юный гений, названный в честь пророка, вдохновенно аккомпанировал небесному сопрано – «Не искушай меня без нужды»!

Итак, Илья и Анна. Монпелье. Любовь... Однако режиссёр этой постановки неугомонен. Декорации меняются мгновенно: зимний Иркутск, хибара с выбитыми стеклами, надсадный кашель виолончелиста, решившего-таки закончить консерваторию и вынужденного спасаться от Российской Фемиды там, куда она обычно отсылала неудобных - в Сибири, а тут из Франции генеральская дочь - как снег на голову! (Анна, получив письмо из Иркутска, сердцем почувствовала, дорогой её человек болен, и его надо спасать!) Несколько позже выяснилось, что девица прибыла не одна. Помимо чемоданов и нот с романсами был ещё и уютно устроившийся в утробе матери ребенок - дар Б-га за искреннюю любовь родителям, стране и миру.

Прислушайтесь. Расстояние большое - 116 лет и Иркутск. Но вдруг удастся выхватить из многоголосия бытия бодрое контральто новорожденной?

Добро пожаловать в сей мир, Наталия Сац!

Впрочем, какое-то время ребёнок жил без имени. Родители подождали, пока маленькие ручки смогли что-то ухватить, волнуясь, подсунули три бумажки с именами. Тонкие, фарфоровые пальчики выхватили «Наташу».

А где же тут «гибельный сужет?»

Он не замедлил.

Гёте, скорее язычник по складу мировоззрения, как-то написал: «Своим любимцам Б-ом всё даётся - все радости и все печали»!

Первая после радости рождения печаль была уже на подходе: дед, Михаил Иванович, суровый воин и отец, дал залп из всех подвластных орудий: отринул дочь, её избранника и внучку. Однако счастливая пара не сильно расстроилась: истинная любовь крепче и выше стен Иерихона. Так что первая потеря для Наталии прошла незаметно...

Потом-то печалей, ударов и потерь хлебнуть пришлось с лихвой. Рок безжалостно забирал близких и родных.

Тридцати семи лет не стало отца: «Дай мне слово, что ты будешь серьезно заниматься музыкой, зарабатывать деньги, ведь сестрёнка твоя маленькая, а мама слабенькая».

Младшая сестра, молодая поэтесса с открытым, доверчивым сердцем, гибнет от рук бессмысленного убийцы и грабителя в получасе ходьбы от летнего домика в Крыму.

В «ежовых рукавицах» тридцать седьмого года сгинул любимый муж Израиль Вейцер. Он был наркомом торговли и бессребреником: уезжая в командировки, говорил, показывая на сейф, супруге — оставляю тебе самое дорогое. А что же было в сейфе? Ордена и партбилет.

Впрочем, всему этому только предстоит случиться… А в начале было полное музыки и интересных, великих людей, детство. Илья Сац и Анна работали в Художественном Театре в Москве. К ним запросто заходил по вечерам Качалов, Константин Станиславский устраивал тут читку своих пьес и обсуждал музыку к спектаклям. В двенадцать Наташа подружилась с Евгением Вахтанговым и помогала ему устраивать праздники для актёров на летнем отдыхе.

- Как жаль, что ты девочка! А то из тебя вышел бы гениальный режиссёр!

Действительно, в то время женщина и режиссура были несовместимы.

Огорчилась ли она? Конечно, нет! Ведь это же высшая похвала, да ещё из уст самого Вахтангова! К тому же — столько дел! Столько надо успеть, узнать, попробовать...

Учиться — вот что хорошо умела Наталия Сац. Утром она провожала отца в театр и он задавал ей на ходу музыкальные задачки. Слышишь скрип телеги? Какая нота? Мать занималась с ней фортепиано и пением. И вот она уже сама педагог: первой её ученицей станет дочь кухарки Марфуша.

А в стране — огромные перемены. Революция во всём: сменился строй, Москва — опять стольный город.

«Мы наш, мы новый мир построим»!

Для Наталии эта строка обернётся былью и судьбой. В первую годовщину Октября пятнадцатилетняя девочка станет заведующей детской секцией при Моссовете. Почему? Да просто она готова была взяться за дело, от которого отказывались все остальные: помилуйте, какие дети, какая культура? Разруха кругом!

«Что вы говорите? Детский утренник? Сыграть? Мне? Послушайте, деточка...»

Маститый актер в мехах холёной рукой намеревается покровительственно потрепать по щеке, только рука застывает в воздухе. Уж больно у деточки не по-детски серьёзный и требовательный взгляд. Сбавляется тон, и вместо отказа звучит согласие.

С этого и начинался первый в мире Театр для Детей.

Всё — с нуля. Нет труппы, декораций, репертуара, здания, оркестра. Но столько было веры, желания, трудолюбия и воли у девочки, ставшей директором, что взрослые, работавшие с ней, как-то сами стали называть её - «Наталья Ильинична».

Первый спектаклем стала пьеса о Давиде и Голиафе с большими, ростовыми куклами.

А потом пошло-поехало: театр марионеток, теней, балет о проказниках Максе и Морице, постановка «Негритёнок и Обезьяна», «Синяя птица»... Детей набивается полный зал. На два часа они попадают в мир сказки, где ценится дружба, верность, любовь, где зло бессильно, добро победит всенепременно.

На спектакли в Детском Театре специально приглашают беспризорников. Те приходят, полные недоверия, бравады, опаски. «Тоже мне, театра, чего мы тута не видали!» А потом, захваченные волшебством сценического действа, начинают сопереживать героям, подпевать песне, смеяться и даже рыдать, размазывая по грязноватым лицам невольные слёзы.

Театр Наталии Сац не столько развлекал, сколько учил и даже лечил, обращаясь к душе ребенка.

Рассказывают, одна девочка заплакала от огорчения, узнав, что закончились билеты на спектакль «Негритенок и Обезьяна». Мама, успокаивая дочурку, сказала, мол, сегодня пойдем в зоопарк, и увидишь там настоящую обезьянку. Но девочка заплакала ещё пуще: «Это здесь обезьяна настоящая, а не в зоопарке, здесь»!

Наталье Ильиничне еще предстояло создать вместе с Сергеем Прокофьевым первую в мире музыкальную сказку «Петя и Волк», основать первый же Детский Музыкальный Театра, впереди были гастроли, успех, награды и почести, звания Заслуженной и Народной артистки страны.

Однако самым дорогим званием наградили её юные зрители.

Пусть же звучит радостный хор детских голосов: «Тётя Наташа! Тётя Наташа!», раздаваясь в сердцах тех, кто помнит, и отдаваясь эхом в душах тех, кто не застал её на сцене.

Спасибо, тётя Наташа!