Должен признаться, что, хотя я не являюсь ортодоксальным евреем и довольно скептически отношусь к любой ортодоксии, я испытываю особое восхищение движением Хабад-Любавич. Под руководством Ребе Менахема Мендла Шнеерсона (1902–1994) это движение, возникшее в Польше и России, претерпело радикальную трансформацию в XX веке. Известный просто как Ребе, харизматичный адмор из Бруклина превратил эту хасидскую группу в огромную сеть посланников, присутствующих в любом уголке мира, где есть евреи.
Ребе решил, что после катастрофы, пережитой еврейским народом во время Холокоста, необходимо возродить еврейскую жизнь во всем мире. И именно это Хабад и сделал с энтузиазмом и преданностью.
Посланники Хабада находятся на передовой везде, где они необходимы, в том числе в таких неожиданных местах, как Таиланд, предгорья Гималаев или отдаленные туристические деревни в Центральной Америке. Раввины этого движения и их семьи, всегда с гостеприимной улыбкой, встречают всех с распростертыми объятиями. Они являются живым примером заповеди «Возлюби ближнего своего, как самого себя».
Посланники Хабада и их семьи неоднократно становились мишенями террористов, целью которых является убийство евреев. Мы только что видели это нападение на празднование Хануки на пляже Бонди в Австралии. Одной из жертв стал раввин Эли Шлангер, посланник Хабада. К сожалению, он не первая жертва терроризма из числа представителей этой группы. Раввин Габриэль Ноах Гольцберг и его жена Ривка были убиты террористами в доме Хабада в Мумбаи, Индия, в 2008 году. Раввин Цви Коган был убит в Дубае в 2024 году исламистами из Узбекистана. А в 2014 году еще один посланник Хабада, раввин Джозеф Раскин, был застрелен на улицах Северного Майами-Бич, когда шел в синагогу в субботу. Хотя его убийство не было квалифицировано как «преступление на почве ненависти», очевидно, что видимые признаки его принадлежности к еврейству были очевидны для преступников, убивших его.
В наше время, когда антисемитизм зашкаливает, посланники Хабада представляют собой наиболее заметное проявление еврейства. Их черные шляпы и костюмы, белые рубашки и бороды безошибочно указывают на их еврейское происхождение. Еврей, подобный мне, легко сливается с людьми любой религии и происхождения. Я не покрываю голову (кипой) и не ношу тонкую белую бахрому (цицит), которую носят ортодоксальные евреи. Ничто во мне не делает меня легкой мишенью. Но это не относится к раввинам Хабада, разбросанным по всему миру. В убийственном взгляде террориста они — первая легкая мишень.
Это не заставило хабадников отказаться от продолжения своей работу, которую они всегда выполняют с радостью. Да, с радостью — что характерно для хасидского духа и его основателя, Баал Шем Това (буквально «Владыка Доброго Имени»). В своих песнях, танцах и праздниках, с присутствием крепких напитков, хасидизм Хабада олицетворяет собой божественное служение, совершаемое с полной радостью. И таким оно и останется, несмотря на ненависть и насилие.
Times of Israel, перевод Якова Скворцова
