Наша жизнь была бы совсем другой, если бы существовала прямая связь между избирателями и теми, кого они избирают. Однако, несмотря на приближающиеся выборы, я до сих пор не слышала, чтобы кто-нибудь из кандидатов затронул вопрос, который имеет жизненно важное значение для каждого избирателя, правого и левого, еврея и араба, светского и ортодокса: как добиться, чтобы члены Кнессета действительно представляли нас, людей, которые посылают их в парламент, и чтобы они сосредоточивались на том, что важно для нас, а не только на своем собственном политическом будущем.
Чтобы проиллюстрировать эту проблему, позвольте мне спросить: знаете ли вы, кто был пятым в списке, за который вы голосовали на последних выборах? Нет? А третьим? Ну, хотя бы вторым? Я тоже не знаю. Мы голосуем за человека, стоящего во главе списка, основываясь на его личности и обещаниях.
Члены Кнессета тоже это понимают, поэтому они стараются угодить лидеру или завоевать расположение такого механизма, как центральный комитет партии, и, по сути, игнорируют нас. Как это происходит? Посмотрите на нашу систему: известно лишь несколько государств с избирательной системой, подобной израильской, без личного или регионального компонента, только с общегосударственными партийными списками.
В мире существует несколько видов демократических форм правления. Есть президентские демократии, такие как Соединенные Штаты, где выборы президента и Конгресса проводятся раздельно. Есть полупрезидентские системы, как во Франции, где президент избирается напрямую и назначает премьер-министра, который затем должен заручиться доверием парламента. Израиль принадлежит к большой группе парламентских демократий, в которых состав правительства определяется результатами парламентских выборов. Однако внутри этой группы существуют разные методы проведения выборов.
Во многих парламентских демократиях, таких как Великобритания, законодатели избираются по избирательным округам. Они принадлежат к той или иной партии, но именно избиратели в их округе решают, будут ли они и дальше сидеть на зеленых кожаных скамьях в Вестминстере. В результате они заняты в первую очередь не самопиаром, а удовлетворением потребностей своих избирателей: житель его округа, который регулярно проводит часы в пробках, не впечатлен тем, что его представитель появился в престижном ток-шоу и обсуждал вопросы, не волнующие его избирателей.
В некоторых странах, в частности в Германии, действует смешанная система. Избиратели голосуют двумя бюллетенями: один за местного представителя, а другой за национальный список, представляющий идеологию. На мой взгляд, это предпочтительный метод, поскольку он уравновешивает повседневные потребности и видение будущего страны.
В мире очень немного парламентских демократий, подобных Израилю, с единым общенациональным избирательным округом. Преимущество заключается в том, что состав Кнессета с большой точностью отражает голоса избирателей (с учетом электорального барьера и соглашений о избыточных голосах). Недостаток заключается в том, что избиратели не имеют возможности вознаградить законодателя, который работал в их интересах, или наказать того, кто этого не делал. В результате депутаты Кнессета сосредотачиваются на тех, кто может обеспечить их политическое будущее, а не на нас, избирателях.
Возможное решение можно найти в Нидерландах. Как и Израиль, эта страна имеет единый общенациональный избирательный округ и списки, определяемые партиями. Но в бюллетенях избиратели видят не только партии, но и списки кандидатов. При голосовании можно указать предпочтительных кандидатов и поднять их в списке, тем самым улучшив их положение.
Политик, который хочет продвинуться, должен учитывать не только партийных боссов, как в Израиле, но и рядовых избирателей.
Пролистайте газеты, и вы увидите, как депутаты соревнуются за заголовки с помощью экстремальных заявлений или странных законодательных предложений, вместо того чтобы вкладывать усилия в улучшение жизни граждан.
Вспомните депутатов, которые вышли из своих партий. Сделали бы они это, если бы им пришлось заново завоевывать доверие избирателей? Речь идет не только об Идит Сильман и Амихае Шикли, которые были избраны по списку партии «Ямина», но в 2022 году перешли в «Ликуд» и свергли «правительство перемен». Вот другой пример: 30 лет назад Гонен Сегев и Алекс Гольдфарб были избраны по списку правой партии «Цомет», заняли престижные посты и поддержали Ословские соглашения.
Я с удовольствием отдала бы свой голос партии, которая обязуется обеспечить, чтобы демократия в Израиле была не просто бумажкой в урне для голосования, а реальными, постоянными отношениями между избирателями и их представителями. Какие партии примут этот вызов?
Jerusalem Post, перевод Ларисы Узвалк
