В последние две недели работы Кнессета я просматривал новости на экране телефона так же, как последние три года следила за экстренными оповещениями: со смесью страха и привыкания. Сначала был принят закон, защищающий студентов ешив от ареста за уклонение от призыва, а затем акт, ограничивающий полномочия генерального прокурора по принуждению правительства к исполнению своих решений. Затем был принят закон, предписывающий гендерную сегрегацию в магистратуре и докторантуре. До окончания сессии также был принят закон, который значительно расширяет контроль правительства над вещательными СМИ, и, в довершение всего, было выделено 77 миллионов шекелей на «программы сохранения идентичности и наследия» через Министерство по делам поселений.
Четыре года работы Кнессета завершились стремительным принятием законов, которые даже опытные комментаторы с трудом могли назвать чем-то иным, кроме как «гонкой на выживание». Меня поразило не содержание ни одного из законопроектов, а сам механизм. Коалиционная дисциплина, процедурная гибкость, нацеленность на результат любой ценой и наплевательское отношение к общественному мнению. Что бы мы ни думали о том, на что нацелен этот механизм, он работает. Законы, какими бы нелепыми они ни были, принимаются за неделю. Поэтому я позволил себе немного помечтать о том, что мог бы сделать этот механизм, если бы его направили на благие цели.
На Негев приходится 60% территории Израиля, но там проживает менее одной шестой части населения страны, и на этот регион выделяется лишь малая доля государственных инвестиций. Десятилетиями звучали обещания «развивать Негев», особенно в дни, предшествующие выборам, но эти обещания редко воплощались в жизнь после выборов. Однако если правительство может найти в себе силы принять пять спорных законов за неделю, то оно может найти в себе силы принять и пять бесспорных.
Вот мой список.
Закон о приоритетном зачислении абитуриентов из Негева, который позволит Университету им. Бен-Гуриона отдавать предпочтение местным абитуриентам при поступлении на медицинские и инженерные специальности. Необходимость в этом очевидна: на 1000 жителей в Негеве приходится примерно 2,1 врача, в то время как в Тель-Авиве — 5,3. Та же ситуация наблюдается в области психологии и социальной работы: в южных клиниках и школах очереди на эти специальности просто огромны, в то время как в центре страны их практически нет. Конкурс в Университет Бен-Гуриона очень высок, поскольку большинство абитуриентов приезжают из более богатых центральных районов страны. Но, к сожалению, после окончания университета большинство из них возвращаются домой. Лучший способ увеличить число врачей, социальных работников, инженеров и т. п. в Негеве — обучать в Университете Бен-Гуриона студентов из Негева, которые с наибольшей вероятностью свяжут свою жизнь с этим регионом. Но поскольку Негев не считается регионом, заслуживающим особого внимания, мы не можем по закону отдавать предпочтение студентам из Негева. Мы не можем гарантировать, что значительная часть студентов, поступающих на факультеты медицины, сестринского дела, терапии, социальной работы, психологии или инженерии, уже живут в этом регионе и с большей вероятностью останутся здесь.
Закон о финансировании исследований и разработок в Негеве, устанавливающий обязательный минимум, а не целевые показатели, для доли национального бюджета, выделяемой на исследования и разработки, а также на инфраструктуру, которая должна направляться на развитие высшего образования, больниц и промышленности в Негеве, подобно тому, как это уже делается в рамках законов о стимулировании периферийных регионов севера страны.
Закон о городском планировании и инфраструктуре для бедуинов, предусматривающий официальное признание и генеральное планирование для непризнанных бедуинских деревень с гарантированным подключением к водопроводу и электричеству, а не судебное разбирательство по каждой деревне в отдельности.
Закон о железной дороге в Негеве с обязательными, а не желательными сроками строительства, который позволит добираться из Беэр-Шевы, Димоны и Арада в центр страны менее чем за час, исходя из того, что никакие стимулы для переезда не имеют значения, если дорога неудобная.
Закон о переселении и создании опорных учреждений в Негеве, согласно которому определенная доля государственных учреждений и финансируемых государством организаций, в том числе общественное вещание, а также их гражданские подрядчики, должны иметь офисы в Негеве. Закон предусматривает налоговые и жилищные льготы, чтобы этот мандат был не просто символическим.
Ни одна из этих пяти проблем не вызвала бы такого резонанса, как гендерная сегрегация в вузах. В этом-то и суть. Законы, которые привлекли пристальное внимание коалиции на этой сессии, были направлены на узкую целевую аудиторию. Негев никогда не был такой целевой аудиторией, и это сказывалось на бюджете. К сожалению, я не думаю, что следующий Кнессет возьмётся за этот вопрос. Но я бы хотел, чтобы тот, кто будет агитировать меня в течение следующих ста дней, объяснил, почему создание рабочих мест, научных исследований и инфраструктуры в Негеве менее актуально, чем борьба, которая только что закончилась. Понадобится всего две недели такой же коалиционной дисциплины, направленной на юг, а не на саму коалицию.
Times of Israel, перевод Ларисы Узвалк
