0.00
0.00
0.00
Гай Рольник

обозреватель TheMarker

Все публикации автора

Мнения
Гай Рольник
Мнения

Нетаньяху закончит, как Ольмерт

Чтобы понять, что стоит за чередой разоблачений, нужно сделать несколько шагов назад. Эмпирическое исследование последних 30 лет в израильских СМИ показало, что коррупция элиты  началась не с Нетаньяху, а с владельцев и редакторов газет и телеканалов.

9 декабря 2013 года кнессет принял во втором и третьем чтении закона о централизации капитала. 71 депутат от всех фракций проголосовал за новаторский закон, который пытался справиться с экономическими, политическими и финансовыми последствиями концентрации огромной экономической власти в руках нескольких лиц.  Обычное разделение на правых и левых, коалицию и оппозицию, характерное для значительных законов, исчезло.

Однако, интерес широкой публики к закону о централизации не достиг и половины интереса, который миллионы израильтян проявили к тысячам заголовков о Нетаньяху:  Биби,  Биби и еще раз Биби. Это первая причина. Вторая причина заключается в том, что подобный закон чересчур сложен  для понимания обычным гражданином.

Тем, что помогло привлечь внимание к закону, было поведение братьев Данкнер: жесткость, с которой они действовали на рынке капитала, их уверенность, что они управляют акциями, используют взятки и мошенничество, и особенно дивиденды , которые банки и держатели облигаций могли получать. В конечном счете все тайное стало слишком явным и привлеко внимание регуляторов кнессета.

Сегодня все это  легче понять. Теперь данные  находятся в текстовых сообщениях, записях и запросах на содержание под стражей со стороны полиции и Управления по ценным бумагам.

Нетаньяху и Юваль Штайниц жаловались время от времени, что  не получали возможности для реализации  «закон о централизации», важность которого сегодня очевидна. Жалобы Штайница неуместны: за исключением нескольких пресс-конференций, его вклад в эту тему был ограничен.

С другой стороны, Нетаньяху был важной движущей силой в  продвижении закона о чрезмерной централизации. Поэтому он получал одобрение за свои действия.  Но его поведение  на последнем этапе проведения закона, равнодушие, которое он проявлял к нему, и отношение к регулированию «Безека» и газовой сделке, весьма ослабило его позиции.

Два уголовных дела держателя контрольного пакета акций в «Безеке» Шауля Аловича, его руководства и показания госсвидетеля Шломо Фильбера – лучший способ понять то, что мог бы предотвратить закона о централизации капитала. Поэтому можно четко увидеть надпись на стене «Алович закончит, как Данкнер, Нетаньяху – как Ольмерт».

Закон о централизации определил, что пирамидальная структура  в которой кучка магнатов контролировала огромные сферы экономики, должна быть расформирована, ибо собственный капитал магнатов был незначительным по отношению к размеру рынка капитала. Они управляли сотнями миллиардов шекелей, хотя в экономическом плане стали банкротами.

Алович управлял каждой частью империи «Безек» стоимостью 15 млрд шекелей, хотя его доля в капитале была незначительной, и, как только началось уголовное расследование и он потерял свою политическую власть по отношению к регуляторам и банкам, он рухнул.

Накануне окончательного одобрения закона о централизации магнаты  в сотрудничестве с правительством и несколькими депутатами пытались смягчить смысл закона о  пирамидах: вместо немедленного демонтажа и отмены системы они пробили  шестилетний переходный период и лакуны в законе, которые позволили компаниям выиграть время.

В результате пирамидальная структура контроля Аловича над «Безеком» осталась нетронутой.  Он полностью его контролировал, имея фактически только 5 процентов прав на получение дивидендов в компании (в итоге  цепочки связей  и рычагов давления). Огромный разрыв между владением и контролем привел к имевшим место преступным действиям: продаже личных акций Аловича в «Yes» – «Безеку» по завышенной цене.

Использование Нохи Данкнером газеты «Маарив» в 2011 году в качестве политического инструмента для сдерживания регуляторов и прессы обострило понимание сторонников закона о централизации, что он должен также включать положения, которые не позволят формировать конгломераты и гигантские компании в СМИ. Позднее комитет по централизации  Антимонопольного управления принял этот принцип, но в законе не было указано, как удалить с поля магнатов и гигантские компании.

Результат: вместо того, чтобы немедленно ликвидировать свою финансовую пирамиду, чтобы избавиться от портала Walla, не имевшего никакого отношения к «Безеку», Алович  смог воздействовать на гендиректора Walla Илана Йешуа, чтобы превратить сайт в  рычаг давления в пользу компании «Безек». Полиция  еще не нашла доказательств, но смысл содеянного уже ясен: интернет-портал  был политическим инструментом в руках пирамиды.

Третье уголовное дело, в котором подозревается Алович, объясняет важнейшую мотивацию закона о централизации, о которой беспокоился комитет. Того самого слона, котрого не приметили ранее.

Концентрация экономической власти в руках некоторых магнатов не только напрямую влияет на рынки, но и вдвойне опасна из-за ее влияния на политическую систему. Основной мотивацией закона о централизации было снижение политической власти компаний, чтобы они не могли контролировать регулирование, блокировать конкуренцию, загрязнять окружающую среду и эксплуатировать рабочих, потребителей и налогоплательщиков.

Фильбер вскоре представил общественности метод: как он  нарушал регулирование рынка связи в пользу Аловича вопреки общественным интересам. Полиция, журналисты и несколько оппозиционных политиков в восторге от доказательств, что Аловиц получил для «Безека» льготы на сумму в 1 млрд. шекелей. Но это – незначительная сумма  по отношению к выгоде или ущербу, которые могут быть в случае неприменения закона о регулировании пирамид и гигантских корпораций, включенных в закон о централизации.

На рынке сотовой связи независимый процесс регулирования способствовал ежегодной экономии 5 млрд. шекелей для общественности.

Не только инициаторы закона и его сторонники предупреждали снова и снова об опасности концентрации власти, но в 2011-2012 годах Данкнер продемонстрировал эту опасность. Большинство сторожевых псов экономики, от регуляторов до журналистов, сохраняли право хранить молчание, а многие в деловом секторе – юристы, бухгалтеры и экономисты  – использовали его в качестве прикрытия.

Так почему почти все молчали? Почему аплодировала армия журналистов и политиков? По той же причине: концентрация. Огромная экономическая мощь в руках нескольких людей влияет на весь рынок идей, искажая поведение бухгалтеров, юристов, регуляторов и журналистов. «Дело 4000» – это классический случай отношений централизации, пирамиды и капитала, а «дело 2000» было полностью предсказуемо и принадлежит к той  же системе.

В «деле 2000» граждан Израиля впервые ознакомили с тем, как владетель издательства «Йедиот ахронот» Арнон Мозес управляет газетами и сайтами группы «Йедиот ахронот»: он предложил премьер-министру услуги сотен журналистов и редакторов, если тот послужит его экономическим интересам.  И такое происходило на протяжении почти двадцати лет.

Специлизированные экономические издания «Глобс» и «Калькалист» также нередко занимали, в лучшем случае, двусмысленную позицию, а в худшем пытались дискредитировать  комитет по  централизации.

Комитет по конкурентоспособности неоднократно подвергался давлению, чтобы отговорить регулирующие органы от жестких мер по следам финансовых кризисов 2000-х годов и банкротств Фишмана и Данкнера.  Таким образом,  политическая власть магнатов,   опасность пирамидальной структуры и тесная  связь между магнатами и газетами не была пресечена.  В итоге Биби и Нони Мозес  пытались закрывать свои закулисные сделки методами в духе фильма «Крестный отец».

Но наступил 2018 год, когда дела, записи, финансовые отчеты, полицейские показания –  все выходит наружу, дым рассеивается и картина становится ясной.

Но как же быть со СМИ, пытающимися опровергнуть дела 2000 и 4000? Кто те  журналисты, юристы, комментаторы, политики и бюрократы, которые делают все, чтобы эти дела не дошли до суда, которые повторяют нам, что нет необходимости предъявлять обвинительные заключения.

В большинстве случаев мы обнаружим, что это те же люди, которые кормились из рук власти и магнатов в предыдущем раунде. Точно так же, как Нони сказал Биби: мы делаем это с 1996 года.

Источник: Детали