• Главная
  • Фонд
  • Новости
  • STMEGI TV
  • STMEGI Junior
  • Горские евреи
  • Иудаизм
  • Библиотека
  • Академия Джуури
  • Лица
  • Мнения
  • Проекты
  • Приложения
  • Переводчик
  • 63.58
    70.39
    18.31
    Мнения
    Давид Бахшиев
    Мнения

    Новогодние размышления о судьбах джуьгьури-2. Языковая политика

    Поскольку языковая политика — часть национальной политики, связанная с сознательным воздействием общества на язык [3], рассмотрим её влияние на нынешнее состояние языка джуьгьури.

    На протяжении почти ста лет языковая политика джуьгьуров изменялась в зависимости от различных условий бытования народа и политической конъюнктуры. Порой её направление преследовало заведомо противоположные цели.

    До начала 20-х годов ХХ века языковая политика джуьгьуров рассматривалась только сионистскими организациями, да и то предвзято в целях приобщения народности к изучению религиозных источников на древнем иврите – одном из арамейских языков. Ни о каком изучении этнического языка народности, представляющем собой один из языков фарси, речи не шло [8].  В 1925 году ВЦИК и СНК РСФСР постановили, «чтобы к десятилетию Октябрьской Революции была обеспечена общедоступность школ первой ступени, при условии добровольного посещения ее» [9], а уже в 1926 г. – начато введение всеобщего начального обучения [10]. Задача развития национальных языков (т.е. языковой политики) была поставлена в Постановлении III сессии ВЦИК XII Созыва «О мероприятиях по введению всеобщего начального обучения» [9, c 259-267]. Были предусмотрены не только бюджетная средства на бесплатное обучение, бесплатное обеспечение учебным материалом, повышение оплаты труда учителей, выделению помещений для школ и т.д., но и определена задача Советской Власти: «всемерно содействовать возможно быстрому устранению создавшегося резкого расхождения в культурном уровне различных народов, населяющих РСФСР» [10]. Аналогичный процесс имел место и в Азербайджане. Уровень «научной» обоснованности и природы возникновения этих мероприятий честно описаны в воспоминаниях одного из их инициаторов и участников: «В 1923 году в Азербайджане началось движение за замену арабского шрифта новым, на основе латинского. Тогда и у нас возникла мысль разработать новый татский алфавит также на основе латинского. С учетом фонетического принципа и специфичности нашего татского языка нами был разработан такой алфавит. Мы обсудили это у себя в комсомоле, внесли нужные дополнения» [7, c 122). Ни о какой «научной» обоснованности изменения национальных алфавитом речи не шло. Это происходило на пике борьбы коммунистической идеологии с конфессиональными и составляло лишь организационно-правовую основу для последовавшей затем централизованной массированной пропагандистской атаки с целью перестройки сознания трудящихся. Продолжением этого курса стал обязательный перевод в 1938 году на кириллицу национальных алфавитов, уже созданных в 20-е годы. История доказала несостоятельность и вредность изменения национальной письменности в угоду советской национальной политики, целью которой на первом этапе было приобщение неграмотных масс национальных меньшинств к единой монокультуре региона и страны, а на втором этапе - полное уничтожение основ историко-этнического единства малых этносов.

    Разрушительная цель партийных идеологов была полностью достигнута в Азербайджане, где были отменены прежние системы национальной (диалектной) письменности, а новая существовала только на бумаге, т.к. с этого времени полностью прекратилось национальное книгопечатание и издание периодики, закрылись национальные школы с преподаванием на родном языке. Последствия таких манипуляций зафиксировали учёные-лингвисты: «некоторые языки (вепский, ижорский, ительменский, саамский, удинский, удегейский и цахурский) в подобной ситуации вовсе утратили письменность» [11].

    В. Дымшиц отмечает, что при переходе с еврейского письма на латиницу (в 1929 г – Д.Р.) в этой работе «все же участвовали ученые. На этот раз (в 1938 г.- Д.Р.) партийные органы все взяли на себя, что не оставляло сомнения, что это мероприятие чисто политическое» [8, c 369-370]. Что можно противопоставить этому справедливому замечанию В. Дымщица? Только уже набившие оскомину изменчивые и, по сути лживые, общеполитические и идеологические штампы? Ведь сам язык, его особенности и закономерности, перспективы развития языка на собственной основе и т.д. не учитывались в достаточном объёме.

    Мобилизация масс на разработку перспективных целей и моделей общественно-политического развития общества входит в число важнейших социальных функций политики.

    Политика РФ в области национального образования сформулирована во многих действующих документах:
    - Указе Президента РФ от 12.05.2009 N 537 (ред. от 01.07.2014) "О Стратегии
       национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года", где в
       числе приоритетов РФ указаны: развитие разнообразия национальных
       культур (п. 82), сохранение и развитие самобытных культур
       многонационального народа Российской Федерации, духовных ценностей
       граждан (п. 83);
    - Постановлении Правительства РФ от 26 декабря 2017 г. № 1642 "Об
       утверждении государственной программы Российской Федерации
       "Развитие образования" 12 января 2018 на 2018 - 2025 годы;
         - Указе Президента РФ №204 от 7 мая 2018 года «О национальных целях и
            стратегических задачах развития Российской Федерации на период до 2024
            года», где Правительству РФ указано, что при разработке национального
            проекта в сфере образования исходить из того, что «в 2024 году необходимо
            обеспечить: … воспитание гармонично развитой и социально ответственной
            личности на основе духовно-нравственных ценностей народов Российской
            Федерации, исторических и национально-культурных традиций (П.5, подпункт
            а); при разработке национальной программы в сфере культуры обратить
            особое внимание на необходимость укрепления российской гражданской
            идентичности на основе духовно-нравственных и культурных ценностей
            народов Российской Федерации (п.12); и других документах.

    Большинство джуьгьуров, оказавшихся за пределами традиционных мест компактного проживания предков, вдали от Родины и национальных памятников, почти лишившихся языка внутринационального общения - средства контакта с иноязычными родственниками, и т.д., не желает плыть в небытие, остаться «без руля и ветрил», утратить культурное единство народа и ищет выход из создавшегося положения. В этих условиях роль этнического языка и веры еще более возрастает.

    Приведенные краткие сведения показывают, что языковая политика осуществлялась и раньше, но она была направлена не на укрепление национального самосознания, а на удовлетворение каких-то других идеологических, политических и конъюнктурных запросов инициаторов и проводников выбранного направления этой политики.
     
    Комментарий. Искажение главной цели политики в любой сфере жизнедеятельности общества влечёт за собой создание инструментов поддержки у общества впечатления о якобы неизменной главной задекларированной цели, поддержку подмены главной цели какими-то ложными, фальшивыми целями. Это достигается путём образования соответствующих институтов и средств - идеологии, законов, надзорных и карательных органов и др. Политика, обслуживающая подменённые (навязанные обществу) цели, изначально становится силой, мешающей обществу достичь желаемую цель. Рецидивы и результат такой подмены главной цели языковой политике джуьгьури мы наблюдаем уже в течение всей истории национальной письменности. Описанная недальновидная языковая политика привела наш язык к неблагоприятным, разрушительным последствиям, поставила его на грань его исчезновения. С течением времени к существовавшим ранее сложностям (диалектному многообразию, несовершенной графической системе, разногласиям по поводу содержания обучения и др.) прибавились новые (не только географическая, но и административно-территориальная разобщенность; разноязычие расселившихся групп; размывание ментальных этнических особенностей и др.), превратившиеся в проблемы.

    Всё явственней проявляются факторы, осложняющие изучение и преподавание джуьгьури - внутринационального языка. Это – отсутствие единой графики; недостаточное развитие наддиалектного (литературного) языка с присущими ему орфоэпией, орфографией и грамматикой; незавершённая (едва начатая) работа по созданию общенациональной системы образования и воспитания молодёжи и прочее. Сохранение остальных атрибутов этноса (письменности, исторической памяти, традиций, и т.д.) напрямую зависит от этих факторов, затрудняющих даже документирование языка. Если объективно оценить причины, тормозящие наше развитие, то можно утверждать, что многие из них пока еще устранимы. Мы способны создать для этого необходимые лингвистические и организационно-правовые предпосылки. Такая огромная и важная работа имеет научное и практическое значение. Документирование языка инициирует интерес к его изучению.

    Выше показано, что в настоящее время, когда коммунистическую идеологию последовательно сменяет ориентация на возвращение к приоритету национальных ценностей. Это относится и к национальной языковой политике. Но, наряду с этим, в некоторых странах и регионах всё настойчивее проявляются попытки конфессиональных идеологий вернуть себе (а порой и узурпировать) руководящую роль в этой сфере общественно-политической жизни народов. В настоящей статье не рассматриваются чисто политические первопричины этого процесса.

    Ограничимся утверждением, что для достижения главной цели сегодняшней языковой политики нужна мобилизация сил и средств всего народа. Объективной движущей силой такой мобилизации служит нежелание людей утратить главное средство коммуникации со своими иноязычными родственниками. Мобилизация масс на разработку перспективных целей и  моделей общественно-политического развития общества входит
    в число важнейших социальных функций политики.

    ВЫВОД 2. Главной целью нашей национальной языковой политики должно быть сохранение языка джуьгьури, восстановление его статуса в качестве языка активного внутринационального общения, а основным критерием эффективности языковой политики – её соответствие достижению именно этой цели.
      
    ССЫЛКИ (нумерация ссылок продолжает список источников, начатый в предыдущей части статьи «Новогодние размышления о будущем языка и народности джуьгьуров»).

    [3] - Педагогическое речеведение.
    [4] - https://dic.academic.ru/
    [5] - Политика. Толковый словарь. — М.: "ИНФРА", Изд-во "Весь Мир". 
            Общая редакция: д.э.н. Осадчая И.М., 2001.
    [6] - Политология. Словарь/ Шпак В.Ю. — М: РГУ. В.Н. Коновалов. 2010.
    [7] - Большая судьба маленького народа - Яков Агарунов. Воспоминания. -
             М.: Изд-во «Чоро», 1995
    [8] – Горские евреи. История, этнография, культура. – В.Дымшиц,
               Изд-ство: ДААТ/Знание, 1999
    [9] – Постановление ВЦИК, СНК РСФСР от 31.08.1925 «О введении в
              Р.С.Ф.С.Р. всеобщего начального обучения и построении школьной
              сети»
    [10] - Постановления III сессии ВЦИК XII созыва - Издание ВЦИК, Москва-
              Кремль, 1926.
    [11] - Малые языки и традиции: существование на грани. Серия выпусков.