Беньягу Дадашев — внук Манашира-Ого Дадашева и продолжатель традиций
Личность этого человека заслуживает не только рассказа, но может представлять интерес для всех, кто интересуется историей своего народа
Беньягу Дадашев прожил короткую жизнь — 54 года. Но жизнь эта была насыщена событиями, приключениями, путешествиями и вынужденными переездами в разные страны мира. Личность этого человека заслуживает не только рассказа, но может представлять интерес для всех, кто интересуется историей своего народа. Сегодня, изучив документы, рассказы родственников и упоминания о нем в литературе, попробую познакомить широкую аудиторию с вехами биографии этого бесспорно неординарного человека, его деятельностью.
Борис Дадашев — поэт, представитель семьи Дадашевых по линии Манашира-Ого. Его мать, Мирьям, приходится Беньягу Дадашеву двоюродной сестрой. Вот его рассказ, касающийся этой ветви Дадашевых.
«Итак, Рувин Дадаш — мой предок, от которого и пошла фамилия Дадашевых. У него было два сына: Натан и Овшолум. О потомках Натана я почти ничего не выяснил (кроме схемы его ветви).
Меня больше интересовала ветвь Овшолума (1825–1890), ведь он является прадедушкой обоих моих родителей, папы и мамы. Он не только, как и Натан, унаследовал титул князя. Авшалом продолжил и расширил дело своего отца. Его виноградники занимали чуть ли не половину площади современного Дербента — несколько сот гектаров! Причём в основном выращивался виноград высококультурных сортов! Он основал первый винодельный завод в тех краях. Производимое на нём вино имело спрос не только на Северном Кавказе. Известно, что Авшалом поставлял кошерное вино во множество ашкеназских общин Российской империи…
О сыновьях Манашира мне мало, что удалось узнать. Разве только то, что у старшего сына Манашира, Овшолума (видимо он был назван так в память о своём деде — это в традициях горских евреев), был сын, Беньягу, который занимался коньячным производством. Уже где-то после НЭПа в России, а точнее в 1929 году, он попал на мушку НКВД. Опасаясь ареста, он пришёл к своей тёте Сенем (моей бабушке по маминой линии) и попросил денежной помощи для побега за границу. У неё был старинный горский наряд: платье, увешанное золотыми монетами. Она сорвала несколько монет с этого платья и отдала своему племяннику Биньягу. С помощью этих денег он сумел бежать за границу, в Иран, где основал коньячный завод и жил там вплоть до переезда вместе со своей семьёй (женой и сыном) в Израиль в 1950 году. На Земле обетованной он продолжил заниматься виноделием, но, видимо, дело это у него не пошло. Вскоре он умер. С его сыном Ави (тоже Овшолум — сильны традиции) мы познакомились почти сразу по приезду в Израиль: он собирал у себя дома Дадашевых разных ветвей, в том числе пригласил и меня с мамой. Ави, сын Беньягу, признал факт помощи его отцу моей бабушки Сенем и рассказал, что его отец всегда вспоминал свою тётю добрым словом, говорил, что она спасла ему жизнь».
Из книги Б.Маноаха «Пленники Салмансара» можно узнать некоторые подробности выезда Б.Дадашева: «Внук Манашира, Бениягу, скрывавшийся то ли в Средней Азии, то ли в Азербайджане, в начале 30-х годов фиктивно развелся со своей женой и “женился” на персидской подданной, тоже фиктивно разведенной с мужем. По обоюдному согласию его жена фиктивно зарегистрировалась с мужем той женщины, на которой “женился” сам Бениягу. Затем обе пары выехали в Иран как персидские подданные. Потом слухи донесли, что Бениягу по приезде в Иран обзавелся поместьем и стал одним из богатых людей Ирана. А еще позже были слухи, что Бениягу перед Второй мировой войной со всей семьей эмигрировал в одну из стран Латинской Америки. Как бы то ни было, осуществив хитроумный план выезда за пределы СССР, внуку Манашира удалось сохранить род своих предков». Несомненно, во всех этих рассказах есть доля правды. Достоверны ли они на все 100 %? Сегодня уже не скажет, наверно, никто.
Читайте также
Все материалы рубрики
Бен-Цион Шамаилов: Когда мои друзья со мной…
Наш герой — человек удивительной судьбы: проведя несколько лет в "отказе", он затем объездил весь мир в составе израильского флота
Хана Рафаэлькорреспондент СТМЭГИ
На улице Иегуды Леви в районе Гимель города Кирьят-Ям на протяжении десяти лет действует клуб для пенсионеров с заманчивым названием «Мир прекрасен». Руководит им Бен-Цион Шамаилов, человек удивительной судьбы. Во время нашей беседы я услышала массу познавательных фактов: например, о том, как герой моей статьи в советские годы был отказником, как он, находясь в звании офицера военно-морских сил, объездил весь мир.
Б. Шамаилов пришел в клуб «Мир прекрасен» сравнительно недавно, всего год тому назад, и за это короткое время клуб стал одним из образцовых в Израиле. Не зря девиз, помещенный на стене, гласит: «Наша цель — добиться звания лучшего клуба в Израиле». И действительно, это звание уже пора присудить руководителю клуба и его активистам.
Подходя к зданию клуба, уже снаружи можно увидеть, как ухоженно выглядит территория, примыкающая к нему: с самодельным фонтанчиком, столами и стульями под навесом, цветущими зелеными насаждениями.
Мы беседуем с руководителем клуба Бен-Ционом Шамаиловым в зале, где создан небольшой самодеятельный музей горских евреев, украшенный фотографиями ветеранов ВОВ, картинами талантливого художника Эмиля Гаврилова, видами Красной Слободы.
— Уважаемый Бен-Цион, прошу прощения, что в прошлый мой приезд в ваш город, во время творческого вечера Фриды и Шушаны Юсуфовых, я не успела с вами побеседовать. Теперь же, думаю, мы можем спокойно поговорить. Расскажите, пожалуйста, немного о себе.
— Я родился в 1952 году в Красной Слободе, там же закончил дневную и вечернюю школу и даже успел — до отъезда на учебу в Баку — немного потрудиться рабочим в водном хозяйстве города Куба. В 1967 году переехал в столицу Азербайджана, где до призыва в армию проучился в двух училищах: ПТУ и Бакинском мореходном. Затем служил на Черноморском флоте, в городах Севастополь и Феодосия. Когда в 1974 году я демобилизовался, мой дед на семейном совете вынес решение, что мне пора жениться. Он, видимо, боялся, что я уеду из Азербайджана. За что я ему весьма благодарен: у меня замечательная супруга с праздничным именем Пурим (Поля).
— Немного странно слышать, что вы в годы советской власти могли так свободно выучиться на морскую специальность: ведь евреев в этой области было совсем немного…
— Да, вы, безусловно, правы. В нашем мореходном училище я был единственным евреем. Но интересен факт, что директором нашего училища был европейский еврей по фамилии Левин, а его заместителем — азербайджанец из города Куба. Несмотря на это, я многие годы возглавлял комсомольскую организацию на Бакинском машиностроительном заводе и даже получил от министра обороны Гречко звание офицера. Совместно с профсоюзной организацией нашего завода мы организовывали туристические поездки. Группы из 30 рабочих раз в полгода ездила отдыхать в разные районы Советского Союза.
— Соответственно, когда в 80-х вы решили репатриироваться в Израиль, вас автоматически причислили к рангу отказников?
— Я был в отказниках на протяжении десяти лет: с 1977 по 1987 годы. Из-за чего раз в полгода вынужден был ездить в Москву и обращаться в различные госорганы. Но, увы, каждый раз получал отказ. Но, по-видимому, мои попытки и обращения возымели действие, и в последний мой приезд в Москву, пока я ещё не вернулся домой, позвонили от начальника отдела регистраций Зотова и сообщили супруге, что мне дали добро на выезд.
— Репатрианты 70-х и 90-х годов не очень сильно отличаются друг от друга. По всей вероятности, сказывается, что в те годы был не такой уж большой поток эмигрантов из Советского Союза…
— Думаю, что в этом был некий плюс: нам не с кем было говорить по-русски. Во-первых, легче было освоить иврит, и, к тому же, легче адаптироваться. Мы сразу же, с первых дней, поселились в Кирьят-Яме. Я закончил ульпаны «Алеф» и «Бет», затем подтвердил свой диплом судового механика. Думаю, что и с работой мне повезло. Устроился в порт на международный сухогрузный корабль, с экипажем которого на протяжении 20 лет объездил многие страны мира. Когда наш корабль в 1998 году списали, под сокращение попал почти весь экипаж. Тогда я решил пойти учиться на компьютерные курсы, затем поступил работать техником на фармацевтический завод. Но после производственной травмы врачи поставили мне диагноз: «не трудоспособен». Так, перейдя в ряды инвалидов, вынужден был целый день находиться дома. Но для меня, человека, который всегда был в действии, подобное состояние приводило к постоянным депрессиям.
— Как говорят еврейские праведники, «все, что с нами происходит — к лучшему!» Значит, и это надо было пройти. Что привело вас к занятию общественной деятельностью?
— Четыре года назад я обратился к Адаму Амилову, председателю кавказской общины Кирьят-Яма, с просьбой найти мне что-то подходящее для волонтерской работы. Он порекомендовал мне возглавить клуб для русскоязычных пожилых людей, где я работал с 2014 по 2016 годы. Ровно год тому назад я перешел в кавказский клуб «Мир прекрасен», и мы силами общины решили оформить наше помещение. В течение десяти дней, вместе с Песахом Рувиновым и Йосефом Плиатнером, сделали ремонт. Затем обустроили двор и создали небольшой музей горских евреев. И ещё я хочу поблагодарить активистов клуба, которые помогали мне: Илюшу Мардахаева, Соломона Хаймовича, Нафтали Нисанова (мой заместитель), Эдика Михайлова и др. Отдельную и особую благодарность я хочу выразить замечательному человеку, который от всей души помогает людям. Это координатор по трудоустройству муниципалитета Кирьят-Яма и талантливый художник Эмиль Гаврилов. Он разрисовал для нашего музея три манекена — образы женщин трех поколений: бабушку, мать и дочь. На протяжении полугода мы с Маргаритой Козаковой провели ряд творческих вечеров и презентаций с лучшими представителями кавказских евреев Израиля, среди них: Сеня Рабаев, Ариэль Агарунов, Эльдар Гуршумов, Фрида и Шушана Юсуфовы, Михаил Агарунов, Шабтай Агарунов, Антон Агарунов и другие.
— Думаю, что у вас, как у офицера по званию, наверняка есть свой особый подход к людям.
— Каждый день я выхожу из дома в 6.15 утра и возвращаюсь в два часа дня. Пока собирается народ, занимаюсь уборкой, поливаю деревья, кусты и цветы. Как офицер запаса, я считаю себя чересчур требовательным к порядку и дисциплине. Как объяснил мне поначалу Адам Амилов, главное, чтобы в клубе не играли в карты за деньги и не распивали алкоголь — это строго запрещено. Люблю соблюдать чистоту и порядок. Мне очень хотелось бы, чтобы наши мужчины занялись чем-то полезным. Я установил слесарный станок, у нас есть все инструменты, но, увы, нет у людей, ни желания, ни заинтересованности. В списке нашего клуба 45 человек, ежедневно приходят более 20. Нам активно помогают в работе: заместитель мэра Кирьят-Яма Адам Амилов и координатор кавказских проектов Дора Михайлова. Их поддержка особенно ощущается во время праздников, концертов и выездов на экскурсии по стране. Был у нас и инструктор по фитнесу, Ави, который проводил занятия каждую среду. В ближайшее время мы планируем организовать недорогую пятидневную поездку в Азербайджан. Набираем группу из 30 человек, запланировано посещение двух городов: Баку и Кубы.
— Как мне известно, Бен-Цион, вас неоднократно награждали почетными грамотами — благодарностями за общественную деятельность. Скажите, пожалуйста, а какая из этих наград для вас наиболее ценная?
— Думаю, та, что я получил из иерусалимского музея Холокоста «Яд Вашем». Я отправил туда весь список призывников ВОВ из военного архива Красной Слободы (Кубы). И заодно нашел данные своего без вести пропавшего дяди Шамаила Шамаилова. Мне пришла благодарность от профессора Яакова Рои, главы проекта документации еврейского движения в СССР в период 1948 по 1991 гг.
— Самый надежный тыл человека — его семья. Не зря слова «родина» и «родные» имеют один корень. Расскажите, пожалуйста, немного о своей семье.
— Мы с супругой воспитали четверых замечательных детей. Поля работала поваром в гостинице, и воспитывала детей, пока я ходил в дальние плавания. У нас два сына и две дочери. Двое из наших детей, Митя (Мататьягу) и Илана, проживают с семьями в Кирьят-Ата. У Мити свой цветочный бизнес. Дочь Зина работает в муниципалитете города Пардес-Хана, она замужем за инженером Исаем Сосуновым (уроженцем Дербента). Илана замужем за религиозным евреем из Баку Виталием Авшалумовым. А сын Шмуэль живет и работает в Тель-Авиве. У нас подрастают 15 внуков — они наше счастье и радость жизни!
