Сегодня у нас в гостях музыкант и аранжировщик Давид Давыдов, чья жизнь — это яркий путь от небольшого городка в Туркменистане до успешной карьеры в Израиле. Давид родился 26 марта 1980 года в городе Иолотани (Ёлётен) Марыйской области Туркменской ССР. Отец, Рахмин, по происхождению горский еврей, в прошлом пчеловод и учитель труда. Мать, Тамара, — еврейка иранского происхождения, медик по профессии. С малых лет мать прививала всем детям — Михаилу Анжеле и Давиду — любовь к музыке. Сами родители очень любили музыку, хотя и выбрали иные профессии. В 1996 году Давид с родителями репатриировалcя в Израиль и в Тель-Авиве продолжил свою музыкальную деятельность, выступая на концертах и фестивалях, свадьбах и различных мероприятиях. В 2000 году Давид начинает увлекаться аранжировками и игрой на клавишных инструментах, что впоследствии помогло ему создать свою студию, в которой он записал и аранжировал множество альбомов — как для себя, так и для популярных израильских и зарубежных исполнителей. В 2007 году Давид выпустил дебютный альбом «Мелодия души» В 2009-м — второй, под названием «Во имя любви», в 2012-м — третий, «Бокал вина», а в 2019-м — четвёртый, «Звуки сердца». В 2013 году Давид начинает тесное сотрудничество с израильскими поп-звёздами: Омером Адамом, Эялем Голаном, Сарит Хадад, Моше Перецом, Итаем Леви, Эден Бен-Закен и другими. Он внедряет в израильскую поп-музыку звуки кларнета и восточный колорит, которого ранее практически не было. В Израиль Давид сумел воплотить свои мечты, создавая уникальные аранжировки и записывая альбомы, которые стали настоящими хитами. Давид продолжает радовать слушателей новыми проектами и сейчас готовится к юбилейному концерту в честь своего 45-летия. Давайте поближе познакомимся с этим удивительным музыкантом и узнаем о источниках его вдохновения, творческой концепции и планах на будущее!

- Давид, расскажите о своих первых музыкальных воспоминаниях. Какая музыка звучала в вашем доме, когда вы росли?

- Моя тяга к музыке началась в раннем возрасте. Мой старший брат учился в музыкальной школе. Когда мне было шесть лет, в доме появилось пианино. Родители не были музыкантами по профессии, но, благодаря их любви к музыке, в нашем доме всегда звучали разнообразные мелодии. К девяти годам я уже мог самостоятельно подбирать мелодии на маленькой дудочке. Мне просто дали детскую дудочку, и я начал играть, обучаясь самостоятельно. В девять лет мама отдала меня в музыкальную школу по классу кларнета, а дополнительным инструментом стало общее фортепиано. Мы любили слушать азербайджанскую и армянскую музыку, и на этом я рос. У нас был бобинный магнитофон с записями азербайджанских кларнетистов и певцов, таких как Зейнаб Ханларова.

- Почему в музыкальной школе вы выбрали кларнет?

- В девять лет увидел на свадьбе кларнетиста Александра Шахунца, друга моего брата, и решил играть на этом инструменте. Александр Шахунц стал моим наставником, мы до сих пор дружим, и я благодарен ему за влияние на мою жизнь. В музыкальной школе изучал ноты, музыкальную грамоту, литературу и классическую музыку. В музыкальном училище успел отучиться один год и с семьей репатриировался в Израиль.

- Как переезд в Израиль повлиял на вашу музыкальную карьеру и ваше восприятие музыки?

- Честно сказать, до переезда в Израиль я почему-то, основываясь на слухах, думал, что музыка там никому не нужна, что кларнет не востребован. Сложилось мнение, что в Израиле уже достаточно музыкантов-асов, так что для меня места не найдется. Однако уже в первые недели после прибытия я понял, что это совершенно не так. В Израиле существует большая потребность в хороших музыкантах. Я сразу влился в местную культуру, в музыкальную жизнь, которая особенно кипит на свадьбах горских, бухарских и грузинских евреев. И практически сразу продолжил выступать на свадьбах, причем очень успешно.

- Вы начали сотрудничество со многими известными израильскими исполнителями. Как вы пришли к этому? Какие моменты из этого опыта вам особенно запомнились?

- Я заметил, что в израильской музыке, в отличие от кавказской, кларнет практически не востребован. Хотел показать, что кларнет может украсить средиземноморскую музыкальную культуру. Примерно в 2013 году попал в коллектив Омера Адама, только начинавшего карьеру. Благодаря выступлениям с Омером Адамом меня заметили другие известные исполнители: Эяль Голан и Сарит Хадад. Сегодня многие израильские звезды хотят видеть кларнет в своих коллективах. Моя мечта сбылась — я выступаю с израильскими звездами на больших сценах.

- Какие моменты из этого опыта вам наиболее запомнились?

- Концерт Омера Адама в парке Яркон, на который собралось 60 тысяч зрителей. Надо было сыграть один сольный номер, причем восточный, что-то вроде нашего мугама. Этот момент запомнился мне больше всего в жизни. И после этого у меня практически пропал страх перед многотысячной аудиторией. Теперь никакая сцена не страшна. Еще одно значимое событие в моей жизни: я играл на свадьбе популярной российской певицы Алсу и Яна Абрамова. Это торжество продолжалось два дня, на нем выступали звезды мирового уровня. Это было незабываемое впечатление — стоять на одной сцене с артистами такой величины, как Эл-Джеро, Джордж Бенсон, группа Shakatak, а также с российскими звездами.

- В вашем творчестве присутствует восточный колорит. Какое влияние ваши корни оказали на манеру исполнения?

- Огромное. Как я уже говорил, я вырос на восточной музыке: азербайджанской, армянской. Это мои корни, корни моих родителей — Азербайджан, Иран, Афганистан.

- Вы выпустили несколько популярных альбомов. Какой из них вам наиболее дорог и близок и почему?

- У меня вышло четыре альбома, пятый — на подходе. В наше время альбомы уже не так часто выпускаются, как раньше. Сейчас больше выпускаются синглы. Но если все синглы сложить, то уже получится пять альбомов. Эти пять альбомов для меня — как мои дети. В каждый из них я вложил очень много. Поэтому каждый альбом по-своему близок мне.

- Расскажите о процессе создания аранжировок. Как вы подходите к трансформации музыкальных идей в готовые произведения?

- Это очень кропотливая работа, потому что аранжировка — это всё, что вы слышите в песне, кроме голоса. Это барабаны, бас-гитара, гитары, фортепиано, скрипки — всё, что есть в музыкальном сопровождении. Поэтому аранжировщик должен быть знаком со всеми этими инструментами. Кроме того, он должен включить фантазию, музыкальную эрудированность, уметь представить конечный результат, создать образ того, как будет звучать мелодия или песня в итоге. Это сложная работа, которая требует значительных ресурсов и усилий.

- Каково ваше мнение о современном состоянии музыки в Израиле? Есть ли что-то, что вас особенно вдохновляет или беспокоит?

- Скажу так: музыка в Израиле, как и во всем мире, сильно изменилась. И не могу сказать, что в лучшую сторону. Все стало намного проще, песни утратили характер и смысл. Очень много речитатива. Раньше хитом считалась песня, в которой присутствовали музыка, гармония, многогранность пения. А сегодня хитом может стать любой речитатив, типа рэпа или чего-то подобного, с каким-то запоминающимся моментом, который повторяется много раз. Честно сказать, меня это беспокоит. Конечно, если сравнить с песнями 80-90-х, особенно итальянскими, звучавшими на фестивале в «Сан-Ремо»… Сегодня все совсем по-другому, и аудитория, к сожалению, относятся к музыке иначе, как-то поверхностно. А раньше люди жаждали музыки, воспринимали ее совершенно по-другому.

- Вы выступали на международном фестивале Super Jazz Ashdod. Какие впечатления остались у вас от этого масштабного события?

- Фестиваль был организован моим коллегой, выдающимся пианистом Леонидом Пташкой, уроженцем Баку. Очень талантливый музыкант, он собрал на одной сцене множество артистов разных жанров и из разных стран мира. Мне удалось принять участие, я стоял на одной сцене с такими джазовыми легендами, как Майк Стерн. Там было еще много приглашенных артистов, но, честно говоря, уже не помню всех имен. Было невероятно интересно помузицировать, включить свою фантазию, сопроводить джаз, привнести в него восточную нотку. Все это оказалось очень интересным для публики, и мне это особенно запомнилось. Было очень приятно принимать участие в этих проектах.

- Кто из музыкантов или композиторов оказал наибольшее влияние на ваше творчество?

- Если говорить о композиторах, то мне пришлось тесно поработать с композитором Арсеном Касиевым. Он написал более 300 песен, что, мне выдающимся достижением. Сочинить 300 песен — это просто потрясающе. Мне очень повезло, что я имел возможность с ним работать и дружить. Он, как и я, выходец из Туркменистана. Я знаю его с 13 лет. В былые времена мы вместе выступали на мероприятиях: он на клавишных, я на кларнете, и до сих пор мы с ним дружим и сотрудничаем. Что касается исполнителей, то, как я уже упоминал, меня вдохновил мой учитель Александр Шахунц.

- В чем заключается для вас главная цель вашего творчества? Что вы хотите донести до слушателей через свою музыку?

- Главная цель творчества — достичь высот в мировой музыке, создать саундтреки к голливудским фильмам. Считаю, что нахожусь на полпути в своем творчестве. Хочу донести через музыку радость и все хорошее в этом мире, чтобы люди наслаждались.

- Вы работаете над новыми проектами. Можете ли поделиться с нами некоторыми своими планами?

- Да, есть много проектов, но не хочу выдавать секреты. Скоро выйдет мой новый клип. Также есть несколько других проектов, но, как уже говорил, не буду раскрывать секреты.

- Какие уроки, полученные на вашем опыте, могли бы оказаться полезными для молодых музыкантов?

- Любая музыка любого жанра будет полезна для кларнетиста в будущем. Важно владеть техникой кларнета в любых тональностях, интерпретациях и жанрах. Опыт с разными жанрами, включая джаз, рок и классику, помог мне работать в коллективах и исполнять сольные номера. Ранее я игнорировал некоторые жанры, но позже понял их полезность.