С Артуром Исаковым я познакомился случайно, хотя уже не раз убеждался, что все, на первый взгляд, случайности, как правило, закономерны. Более 2-х лет назад я работал в компании, в которой на тот момент освободилась одна из позиций и нужно было в срочном порядке взять на работу еще одного человека. Проведение интервью и выбор кандидата на данную вакансию поручили мне. Кандидатов было много, почти каждый день по 2-3 интервью. Вот так я и познакомился с Артуром Исаковым, который был в числе тех, которые заинтересовались вакансией в нашей фирме. Как обычно, я пробежал глазами по резюме и начал задавать вопросы. Артур отвечал как-то скупо, неохотно, было чувство, будто он чего-то недоговаривает и мне хотелось выяснить что. Все стало на свои места, когда выяснилось, что он совершенно недавно вернулся из Ирака, где проходил службу в армии США. Меня просто стало разбирать любопытство, хотелось о многом расспросить этого неразговорчивого паренька, но, согласно правилам профессиональной корректности, вопросы частного характера во время интервью должны быть исключены. Уже к концу интервью я как бы вскользь спросил откуда он родом и выяснилось, что Артур Исаков – мой земляк, горский еврей из Дербента. Мы тепло попрощались, а своим коллегам я просто настоятельно порекомендовал пригласить Артура на работу, что они и сделали и до сих пор не расскаиваются о содеянном, так как за 2 года совместной работы, Артур стал просто незаменимым офисным работником.

Я уже давно не работаю в компании, в которой продолжает трудиться Артур, но мы изредка видемся и разговариваем на разные темы. Каждый раз, когда я спрашиваю его об Ираке, он по прежнему немногословен, но все равно слушать его до ужаса интересно, как какой-нибудь приключенческий триллер. Поэтому я и решил взять у Артура интервью, чтобы опубликовать его на нашем горско-еврейском портале www.juhuro.com , (как говорили в пору моей юности в бывшем СССР) пусть народ знает своих героев и гордится ими.

Р.А. Артур, расскажи, пожалуйста, о себе, когда и где родился, где учился, когда иммигрировал в США?

А.И. Да, в общем, все то же самое, что и у других. Родился в Дербенте в 1983 году. Учился в школе-интернате №2 (именно не в интернате, а в школе) (кто знает Дербент, это заведение находится рядом с мясокомбинатом, по дороге на карьер) до 5-го класса, а в 6-ой класс пошел в 6-ую школу (около коврового завода). Так вышло, что мои родители развелись, когда мне было 8 лет и поэтому меня и мою младшую сестру Лизу воспитывала одна мама.

В 1997 году мы переехали в Нью Йорк и поселились в Бронксе, на Петлхам Парквэй. Как и все мои ровесники пошел в 7-ой класс местной школы, а заодно подрабатывал то в магазине, то на развозе пиццы, то еще где-то. Мама тоже поначалу работала где придется, а потом выучилась в колледже на программиста, и после этого получила степень бакалавра в бухгалтерии. В 2001 году окончил школу. В 2002 году поступил В Квинсборо колледж на специальность: архитектурное черчение. Проучился 2 семестра и ушел в армию.

Р.А. А почему, что заставило, ты хорошо учился?

А.И. Да, хорошо.

Р.А. А почему пошел служить, ведь обычно идут служить от безысходности?

А.И. События 11 сентября 2001 года явились для меня новой точкой отчета, а когда увидел кадры по телевизору со смеющимися и радостными женщинами и детьми в Палестине, то понял, что не могу остаться безучастным. И потом, я всегда хотел отслужить в Армии, все мужчины в нашем роду служили. В 2003 году началась война в Ираке, вот я и записался добровольцем. Записался я в марте 2003 года, а начал служить в мае того же года.

Р.А. А ты знал, куда тебя заберут?

А.И. Не просто знал, я сам попросился в Ирак.

Р.А. И что потом?

А.И. Потом с мая до октября 2003 года я проходил учебку (курс молодого бойца) в штатах Кентукки и Мариланд.

Р.А. А в какие войска тебя взяли?

А.И. Дело в том, что я хотел в пехоту, но туда было много желающих и поэтому нужно было ждать несколько месяцев, а мне хотелось поскорее, вот я и подписался на специальность «механик по силовым генераторам».

Р.А. То есть ты был обслуживающим персоналом?

А.И. Как оказалось, после учебки ни разу даже отверку в руке не держал. В Кентукки, как и говорил, проходил курс молодого бойца, а в Мариланд обучался профессии механика.

В начале октября нас привезли на базу в Канзасе и несколько дней мы получали обмундирование, оружие, бронежилеты, список очень длинный – от очков до белья..

В середине октября мы приземлились в аэропорту Кувейт-сити и через 2 дня на машинах выехали в Ирак. В этот же день мы прибыли на военную базу в городе Арамади, где предстояло проходить службу. Вообще, все время в учебке и после нее я как-то был в напряжении, чувствовал себя не очень уверенно, нервничал и вот только по дороге из Кувейта до Арамади на меня сошла какая-то благодать, некое умиротворение, произошло то, чего я так хотел и вот я уже здесь.

Р.А. Ты же понимал, что едешь на войну, страшно не было?

А.И. Не было, наоборот, был excited (возбужденным).

P.A. И как было начало службы?

А.И. Вообще, на мой взгляд, начало службы было не совсем обычным, по крайней мере, не так, как мне представлялось.

По прибытию в часть нас в течение первых дней ставили на довольствие, меняли оружие (мне поменяли длинную М16 на короткую со специальным приспособлением для лазерного прицела), выдавали патроны, гранаты. А потом вдруг меня вызвал specialist (ефрейтор) и спросил получил ли я body bag (мешок, в который запаковывают мертвое тело). Я, честно говоря, сначала не понял о чем он спрашивает, а когда до меня дошло, я ответил, что умирать не собираюсь. Он улыбнулся и сказал, что умирать никто не собирается, но это война и всякое может случится, поэтому я должен пойти и снять мерку со своего тела для пошивки этого мешка. Меня такой совершенно нетонкий подход к жизни человека несколько обескуражил. Зная менталитет американцев, для меня все это звучало неправдоподобно и видимо недоверие выразилось у меня на лице и поэтому он предложил мне спросить у старшего сержанта (first sergeant). Я подошел к старшему сержанту и спросил про сумку для мертвого тела. Старший сержант возмутился, узнав, что я еще не снял мерку с тела. Я слышал истории про то, как новобранцев разыгрывают и очень не хотел попасть впросак. По дороге к себе в расположение я спросил еще одного солдата об этом злополучном мешке и тот даже не понял о чем идет речь, зато я понял, что это розыгрыш. Естественно, я не пошел никуда снимать мерку с тела и сидел с одним из своих знакомых, как вдруг появился этот самый старший сержант и я ему сказал, что его ищет старшина (sergeant major) и полковник (colonel) и ждут его возле генераторов. Он стремглав побежал туда и минут через 10 вернулся, сказав, что там никого нет. Я ему ответил, что не может такого быть, что они должны быть там. Он опять побежал, и вновь вернулся в некотором волнении, говоря, что там никого нет. Я опять говорю, что они должны быть там, прямо рядом с сумками для мертвых тел (body bags). Все присутствующие просто прыснули от смеха, а он за этот розыгрыш заставил меня отжиматься от пола в течение 2-х часов. Солдаты еще долго потом будут рассказывать друг другу, как новобранец разыграл старшего сержанта. В будущем, отношения с этим старшим сержантом сложатся очень теплыми и товарищескими.

Через некоторое время я обратился к нему, чтобы меня перевели в пехоту, он ответил, что сам ничего сделать не может и посоветовал обратиться к капитану (captain) Типтону. Через неделю после моего разговора с этим капитаном меня перевели в пехоту. Кстати, капитан Типтон был очень храбрым, смелым и бесстрашным воином. Его очень любили солдаты. К великому сожалению, когда по нашей базе выпустили несколько мин, его убило шрапнелью в голову.

Р.А. Рассажи о каком-нибудь боевом задании, в котором ты принимал участие.

А.И. Свое боевое крещение я получил во время обычного патрулирования в г. Арамади. Нас было 10 человек и мы шли по городу с оружием наизготовку и вдруг услышал истошный крик «Аллах Акбар» и пошла автоматная очередь. Стреляли по другим ребятам, которые были впереди. Стреляющих потом обезвредели, но дело было не в этом, а в том, что я оказался в центре схватки и услышал знаменитый возглас «Аллах Акбар». Вообще, все солдаты, воюющие в Ираке, знают, что когда слышишь «Аллах Акбар», надо падать на землю, потому как будут или выстрелы или взрыв. Многие солдаты и в самом деле благодарны этому выкрику, так как благодаря ему многие, успев сориентироваться, остались живы. Вы даже не представляете как они выкрикивают, сколько в этом выкрике одержимости, ненависти к нам, с их точки зрения оккупантам.

Р.А. Скажи, а правду говорят, что американские солдаты жестоко относятся к местному населению?

А.И. Трудно провести черту, где жестокость, а где просто война и потом, война – и есть жестокость, на войне как на войне. Если у кого-то убили друга, с которым дружишь долгое время и побратался с ним или брата или офицера, которого боготворишь, а потом видишь их тела, разорванные в клочья, то тут трудно быть не жестоким. Хотя был случай, который часто всплывает в моей памяти. Мы шли в патруле и по нам из близлежащего дома дали очередь. Мы забежали в дом и стали обыскивать комнату за комнатой. В одной из комнат были несколько детей от 3 до 6 лет и 3 женщины, закутанные в длинные черные платки. Наши ребята и в самом деле все крушили и ломали, дети плакали, женщины причитали. Мне было не по себе. Одна из женщин до ужаса напомнила мне мою бабушку и вообще они все были несколько похожи на наших горских евреек, такие же длинные «келехаи» и грустные слезящиеся глаза, а вокруг испуганные плачущие дети, это был кошмар. Они же не виноваты, что какой-то ублюдок забрался на крышу дома, где они живут и стрелял по нам. Когда все выходили из комнаты, я вышел последним и дал этой женщине в руки $20. Она с удивлением посмотрела на меня и улыбнулась уголками рта.

Р.А. А ранения были у тебя?

А.И. Ранений не было, Б-г миловал, но пулю как-то поймал. Наше отделение стояло в патруле на хайвее и я разговаривал с одним из товарищей. Вдруг что-то произошло, я упал, стал задыхаться, на некоторое время потерял сознание. Все это произошло так быстро, что я даже не успел ни о чем подумать. Когда я пришел в себя, выяснилось, что в меня выстрелил снайпер и попал мне в грудь. Пуля не пробила бронежилет, но было очень больно. Синяк был на всю грудь и немного сместилось ребро, но это уже было после. А тогда мы тутже подъехали к зданию, откуда прозвучал выстрел и вызвали воздушную поддержку. Минут через 5 прилетел Stealth и дал залп по зданию. Когда пыль осела, здания больше не было. Среди развалин нашли снайперскую винтовку и части тела.

Р.А. А если нужна была медицинская помощь не вследствие ранения, а, положим, кто-то заболел?

А.И. Смотря чем заболел. Интересное наблюдение, но там мало болеешь. Может быть потому что психологически всегда в напряжении и организм определенным образом реагирует. Однажды у меня разболелись зубы. От боли не спал всю ночь, а это значит, что я не боеспособен и не могу служить. Надо было что-то делать. Я пошел в санчасть. Дантиста у нас не было и даже нужных мединструментов не было. Врач посмотрел и сказал, что мои два зуба мудрости растут в стороны и давят на другие зубы, ломая их, отсюда и боль. Еще сказал, что для того чтобы удалить эти зубы нужно ехать в расположение, где есть специалисты и это, скорее всего, в Багдаде. У меня не было ни времени, ни желания тратить на все это несколько дней, тем более что наше отделение собиралось в рейд и не пойти, значит подвести товарищей. Я попросил вырвать зубы прямо здесь. Так и получилось. Мне выдернули зубы чуть ли не плоскогубцами, в то время как меня держали несколько человек, в том числе и одна очень красивая медсестричка. Поэтому старался не очень кричать, было стыдно перед ней.

Р.А. А твои сослуживцы знали, что ты еврей из России?

А.И. То, что я – русский знали, но что еврей – не думаю. Не потому, что я скрывал, просто так вышло, что о религии мы практически не говорили. А что русский знали все. Меня даже по имени не особо звали, а просто «Russian» и все.

Р.А. Сколько ты отслужил в Ираке?

А.И. В самом Ираке я прослужил 13 месяцев, потом нашу роту вернули в США на базу в Канзасе и оставшееся время я дослуживал уже дома. В общем, я прослужил 3 года, но больше не стал продлевать контракт и ушел на гражданку в 2006 году.

Говоря откровенно, мне нравится военная служба и это и в самом деле мое, но когда я увидел поседевшие волосы моей мамы, я понял, что мне надо быть радом с ней. Поэтому я и здесь. Планирую еще годик поработать, а потом продолжу учебу в колледже, только теперь возьму несколько другое направление, чем прежде: администрацию бизнеса.

Р.А. А награды у тебя есть?

А.И. Есть, не знаю скажут ли они тебе о чем-нибудь:

Army Commendation Medal

National Defense service medal

Global War on terrorism service medal

Global War on terrorism expeditionary medal

Army medal ribbon

Р.А. А что было самым сложным?

А.И. (Задумался) Самым сложным, наверное, было видеть лица родителей погибших ребят, которые встречали нас в Канзасе. Тут и в самом деле не знаешь, что сказать и как оправдаться за то, что жив.

Артур замолчал и как будто ушел в себя. Я понял, что здесь нужно ставить точку и тепло попрощался со своим собеседником.

Артур и на гражданке живет, как будто на передовой. Он принимает участие в боях без правил и завоевывает призовые места, гоняет на гоночном мотоцикле, карабкается по горам без страховки. Видимо есть такие натуры, которым нужно всегда испытывать повышение уровня адренолина в крови, таковым и является мой хороший знакомый, земляк и соплеменник – Артур Исаков.

Роберт Азарьев

Январь 2009

Нью Йорк, США

www.juhuro.com

Автор: JUHURO.COM