Фрейд, изучавший проблему смеха с позиций психоанализа, сказал как-то про евреев, что не знает другого народа, который бы так смеялся над собой. Однако в том, что такое «еврейский юмор», разобраться столь же сложно, как и в прочих подобных определениях: о чем ни спорь, все равно «придешь» в конечном итоге к разговору об еврейской идентичности.

Так что создатели выставки «Да будет смех» в Музее еврейского народа — Бейт ха-Тфуцот замахнулись на серьезное: еврейское искусство смеяться (в первую очередь над собой) представлено здесь через архетипы.

У всем известных Ивана-дурака и Петрушки есть еврейские родственники. Один из них Гершеле из местечка Острополь — шут и балагур. Жил он в 18 веке и своими похождениями и анекдотами дал пищу для размышлений столь многим писателям, творившим на идиш, что уже не поймешь, какие из приписываемых ему народной молвой проделок — правда, а какие вымышлены. Гершели был ашкеназом, а подобной же славой в среде сефардских евреев пользовался Джуха — «еврейский Хаджа Насредин», городской сумасшедший…

Ключевых тем, вокруг которых закручиваются сюжеты еврейских анекдотов, несколько. Одна из них — шикса, другая, как антитеза — JAP (Jewish American princess) — юная американская еврейка из семьи среднего класса, недалёкая блондинка, озабоченная поиском богатого жениха. Этот архетип на выставке представлен в виде образа, вырезанного из бумаги — но подобный сюжет понятен будет, пожалуй, только американцам?

Есть анекдоты, которых не понять, не зная исторической подоплеки. Такой, например: супруги, собираясь на чью-то свадьбу, обсуждают, что им подадут — бурекас или «рева оф» (четверть курицы)? Дело в том, что в 50-е годы страна жила бедно, и меню на свадьбах зачастую было очень скромным… Один из залов экспозиции посвящён Аркадию Райкину. Вот как раз его шутки выходцам из СССР объяснять не придется! Зато уроженцам Израиля его юмор непонятен вообще. Даже с переводом. Даже с пояснениями. «Не смешно!» Им незнакомы эти стереотипы… В том же ряду — и представленный здесь советский сатирический журнал «Крокодил». Юмор его страниц непонятен европейцам, он весь зависит от контекста того времени и той среды обитания.

Ещё один малознакомый нам пока архетип: еврейки польского происхождения — их называют «бжижино» и «ленка». На иврите они говорят так себе, перемежая речь польскими словечками. Сочетание средиземноморского менталитета с элементами европейской культуры создаёт такой шарж и гротеск. Хотите узнать об этом больше? Посмотрите сериал «Зеу зе», снятый в 70-е.

Вообще, смех в израильском конгломерате культур традиционно вызывает столкновение ментальностей, несоответствие и непонимание друг друга. Это очень характерно для нас! Достаточно вспомнить, хотя бы, «Бабу Любу» в исполнении комика Таля Фридмана — «русские» обижались, зато представители других общин, что называется, «катались по полу» от речей кассирши, ругающей своих покупателей.

В шутках мир переворачивается. Как в Пурим, когда ты на протяжении целых суток можешь быть аристократом, а твой повелитель будет чистить тебе ботинки. А такой мир, как наш, часто хочется «перевернуть». Возможно, в этом и кроется секрет живучести «еврейского юмора».