Комментарии рава Адама Давидова к недельной главе «Ваеце»
Жизнь человеческая слишком коротка, чтобы открыть и понять все слова Торы от начала, от «Бэрешит», до последнего слова «Исраэль».
В Торе нет напрасных слов, каждое стоит на своём месте, и каждая буква несёт огромную смысловую нагрузку, там скрывается тайна сотворения и существования мира.
Жизнь человеческая слишком коротка, чтобы открыть и понять все слова Торы от начала, от «Бэрешит», до последнего слова «Исраэль».
Глава «Ваеце» рассказывает о Яакове, что он оставил родительский дом, чтобы привести жену. Он дошёл до горы Мория и поднялся туда, где Авраhам возносил на жертвенник его отца, Ицхака. Солнце закатилось за холмы, стало темно, он прочитал благословения вечерней молитвы, сложил из камней ложе, лёг и заснул.
«И снилось ему: вот, лестница поставлена на земле, а верх её касается неба; и вот ангелы Б-га восходят и нисходят по ней». Он увидел Ворота Небес и услышал голос пророчества на все времена о себе и о своих потомках. (Бэрешит, 28:12).
Пробудился Яаков от сна и возгласил: «Воистину есть Б-г в этом месте». Он понял, что «Шехина», божественное присутствие, может находиться на земле.
После этого откровения он 14 лет учил Тору и в возрасте 77 лет пришёл к Лавану в Харан сватать невесту. В двадцать девятой главе книги Торы «Бэрешит» мы читаем о встрече Яакова и Рахели (Бэрешит 29:10).
Вот как это на иврите:
«Вайhи каашер раа Яаков эт Рахель бат Лаван ахи имо вэ эт цон Лаван ахи имо ваигаш ваягель эт hаэвен меаль пи hабээр ваяшк эт цон Лава ахи имо. »
Перевод:
«И было, когда Яаков увидел Рахэль, дочь Лавана, брата матери его, и овец Лавана, брата матери его, то подошёл Яаков и отвалил камень от устья колодца, и напоил овец Лавана, брата матери его».
А потом:
«И поцеловал Яаков Рахэль, и возвысил голос свой, и заплакал».
Как понять смысл и что скрывается в том, что мы прочитали? Первый наш вопрос о камне, который Яаков снял с устья колодца. Второй – почему в одном предложении трижды указано, что Лаван брат матери его? И третий – почему Яаков плакал?
Попутно выскажем претензии к тем, кто перевёл на русский язык фразу «ахи имо», как «матери своей», но должно быть: «матери его», то есть Яакова. Чтобы не пришло в голову, что Лаван – брат матери своей.
Тора признаёт внешнюю красоту человека только в сочетании с красотой его души: «А Рахель была красива станом и красива видом», то есть красива не только телом своим, но и душой своей (Бэрешит 29:17).
Яаков увидел и полюбил Рахель, в таких случаях говорят: «Душа его наполнилась любовью». Раби Шимшон Рафаэль Гирш (ר' הירש) писал: «Любовь Яакова и Рахели — это любовь с первого взгляда и до последнего вздоха» (Тикун hа-брит). Это любовь души и разума. Любовь придала ему силу приподнять с устья колодца огромный камень и откатить его в сторону, чтобы Рахель могла напоить своих овечек.
Читаем: «ваягель эт hа-эвен» (וַיָּגֶל אֶת-הָאֶבֶן), здесь, в глаголе ваягель, корень «гал». От этого глагола образованы такие слова: галь – волна, гилгуль – вращение, превращение (реинкарнация), удвоенное галь, легальгель – катить или вертеть, отсюда гальгаль – колесо или орбита. Но нам важно другое значение слова с корнем «гал», а именно: «гала» (גלה) – открыл.
Буквальный смысл (пшат) – Яаков открыл устье колодца, тайну камня, который прикрывал колодец.
«Мидраш Раба» предлагает разные варианты толкования, чтобы объяснить смысл колодца и камня. Колодец – гора Сион, где евреи получили Тору, а три отары овец, которые были там, это коhены, левиты и исраэли. Колодец – Санhэдрин, а три отары овец это три суда, располагавшиеся в Храме. Раби Бэхайе представляет колодец, как сосуд, а камень, как пробку, которую Яаков снял с сосуда.
Раби Ицхак бен Ашер hАлеви (ריב"א) в своих комментариях на эту главу говорит, что Яаков убрал, «ягель», камень и открыл тайну, скрытую в этом камне. Именно на это указывает огласовка «сэголь» под буквой «гимэл».
Раби говорит, что этот камень – «йецер hа-ра». Очень тяжёлый камень, не каждому под силу убрать его с сосуда, то есть с души человека (Бавли, «Кидушин» 30-б). И хорошо, если тебе помогут снять камень с души твоей!
Человек ещё не родился, «только собирается покинуть чрево матери, а дурное побуждение, йецер hа-ра, уже заложено в нём» (Раши, «Бэрешит» 8:21). Это стремление к обладанию запретным, и стремление к разрушению, но это также и сексуальное влечение, побуждение к продолжению рода, к восстановлению жизни на земле. Таковы свойства змеиного яда – укус змеи смертелен, но в руках врача её яд спасение от смерти.
Талмуд называет «йецер hа-ра» ангелом смерти, он «Малах hа-мавет», Сатан. Он не мог властвовать над Авраhамом, Ицхаком и Яаковом. Эти трое, а также Моше, Аhарон и Мирьям умерли не от «меча» ангела смерти, Сам Всевышний забрал их души божественным прикосновением, «поцелуем» Своим. Поэтому их тела остались нетленными до наших дней («Бавли, «Бава Батра» 16-а; Мидраш Талпиот, Анаф йецер hа-ра»).
По мнению Рамбана и раби Бэхайе колодец, открытый Яаковом, источник пророческих откровений. Этот источник – второе откровение для Яакова после того, как он оставил родительский дом.
Почему же в одном предложении трижды звучит имя Лавана?
В предыдущей главе мы уже прочитали, что Лаван брат Ривки. Раби Шимшон Рафаэль Гирш обращает наше внимание на то, что встреча у колодца была неожиданной для них. Яаков сразу признал в ней сестру, так как она была лицом и фигурой, словно двойник его матери. И Яаков открывает колодец, чтобы напоить овец Лавана, брата его матери.
Первый раз нам напомнили, что Рахель дочь Лавана, брата его матери. Второй раз, что овцы её из отары Лавана, брата его матери. И третий раз, что он помог напоить овец ради своей матери, так как Лаван брат её.
Яаков поцеловал Рахель и заплакал, увидев пророческим взором её раннюю смерть. Яаков целовал Рахель, но никто не посмеет обвинить его в проступке, ведь Рахель его сестра. (Раши предлагает ещё одно объяснение: плакал он от обиды, что нет таких подарков для неё, какие дарил Ривке Элиэзер, слуга Авраhама.)
«Целуй меня поцелуями уст своих!» – говорит Шуламит (Шир hа-ширим 1:2).
У многих народов принято целоваться при встрече и при разлуке. Но что может передать один другому вместе со своим поцелуем, со своим дыханием? Радость встречи или горечь разлуки? Свою ненависть или свою любовь? Ложь или правду? Какие чувства, и какие мысли прячутся за устами человека?
Мать целует своего ребёнка и вместе с собственным дыханием ласковыми губами, любящими устами своими вкладывает в него свою душу. Учитель оставляет поцелуй на лбу своего ученика, словно ставит печать своей души на всю его долгую жизнь.
Творец через поцелуй вдохнул душу в Адама, Первого Человека на земле.
Всесильный дважды целовал Авраhама. Первый раз, когда «…открылся ему Владыка Мира (да будет благословенно Имя Его вовеки!) и поместил его в лоно Своё, и поцеловал его в голову, и сказал ему: Авраhам, возлюбленный мой» (Сэфер йецира 6). А в конце его дней проводил поцелуем «митат нешика» в Олам hа-ба. И так же увёл из этого мира Яакова, Моше, Аhарона, Мирьям и других праведников, заслуживших Его любовь.
«И поцеловал Яаков Рахель, и возвысил голос свой, и заплакал» (Бэрешит 29:11). Слово плач, «бхиа», соответствует каждой букве слова «яин», вино, а это радость и любовь (Зоhар, «Шир hа-ширим»).
Яаков видел после откровения на горе Мория то, что скрыто от людей. Перед Рахель он был словно малах Всесильного, а Рахель в его глазах – слава и трагедия его потомков, дома Яакова, народа Израиля.
Община Израиля словно супруга Всевышнего, и Он называет её «Моя дочь, Моя сестра, Моя мать» (Раби Моше Кордоверо, «Томэр Двора»).
Комментарии рава Адама Давидова к недельной главе «Толдот»
«И был голод в стране, кроме первого голода, который был во дни Авраhама» (Бэрешит 26:1)
«И был голод в стране, кроме первого голода, который был во дни Авраhама» (Бэрешит 26:1).
И тогда Ицхак с семьёй и со всем своим хозяйством поселился в Гераре, недалеко от моря, по соседству с плиштим, которые в то время заселяли западную часть страны. Но ненадолго.
Жители окрестных поселений видели, что рядом с ними вполне благополучно живёт человек по законам, которые они не понимают и не желают знать. «Этот еврей, – говорили они, – сеет хлеб и получает стократный урожай, а мы трудимся в поте лица и собираем крохи».
Зависть съедала их, и они приходили ночью и засыпали колодцы, которые копали слуги Ицхака для всей округи. Не понимали, что «Всевышний не даст душе праведника голодать, и козни злодеев отвергнет (Мишлей 10:3).
Ицхак ушёл от них в Беэр Шаву, так называлось это место в его дни. «И он устроил там жертвенник (וַיִּקְרָא בְּשֵׁם), и призвал имя Г-спода» (Бэрешит 26:25).
Жертвоприношение Ицхака это «Минха», послеобеденная молитва. Сказал раби Танхум, что Ицхак установил её в соответствие с категорией суда, «мидат hа-дин» (Зоhар, «Шмот»).
И призвал он Всевышнего по Имени, которое узнал от Шема, сына Ноаха, и от отца своего, Авраhама. И открылся ему Всесильный с Именем обладающего безмерным могуществом. Так Он говорил: «И открывался Я Авраhаму, Ицхаку и Яакову под Именем (בְּאֵל שַׁדָּי) Эль ШАДАЙ» (Бэрешит 17:1; Шмот 6:3).
Многие Имена Творца у нас на устах: Ад-най, Эло-эну вэ Эло-эй авотэну, Мелех hа-Кадош, Авину Малкену, Рибон hа-оламим, hа-Маком.
Семьдесят Имён у Благословенного, каждое из них соответствует одному из качеств, которые влияют на существование мира (Раби Акива, «Мидраш отийот»).
Раши объясняет, что аббревиатура слова ШАДАЙ («Шин» – «Далет» – «Йуд») означает: «Есть у Меня достаточно для всех Моих созданий» (שיש די באלהותי לכל בריה). Но многим нравится такое толкование: «Шомер дэлтот Исраэль» (Сторож дверей Израиля).
Раби Шимон бен Йохай, его сын Эльазар и раби Аба сидели и учились.
Спросил сын отца:
«Почему в Торе сказано, что Ицхак призвал Б-га по Имени? Что значит – призвал?»
Ответил ему раби Шимон:
«Сын мой, наш мир многообразен, есть множество оттенков, которые не замечают наши глаза. Но за то, что видим и замечаем, следует благодарить наших отцов, они приподнимают завесу тайны с Имени Творца, которое звучит для нас как Ша-Да-Й. Так яркое Cияние Небес, Зоhар hа-ракия, освещает и поддерживает существование нашего мира» (Зоhар, «Ваэра»).
Не следует считать себя беспризорным в этом мире, каждый наш шаг отмечен в Книге Жизни, над нами непрерывная «hашгаха», наблюдение, и «hашпаа», постоянное влияние на нашу судьбу (Рамхаль, «Даат Твунот»). Если мы не понимаем воздействие на Творца нас, это не значит, что Он бросил нас на произвол судьбы.
Наши предрассудки не позволяют нам увидеть то, что видели Авраhам, Ицхак и Яаков. Но сосредоточенная молитва очистит наше сознание от множества ненужных мыслей и чувств. Он ответит нам, когда обратимся к Нему с молитвой, с надеждой и искренней просьбой.
Молитва, тэфила, это установление контакта с Всевышним.
Молитва – это диалог, мы можем воспользоваться обратной связью и получить ответ, отрицательный или положительный.
Мидраш Танхума делит молитвы на несколько видов (Танхума, «Ваэтханан» 3).
Тэхина (תחינה), таханун – молитва-раскаяние, с этой молитвой мы умоляем исполнить наше желание и сожалеем о своих проступках, ибо не было и нет среди нас свободных от ошибок. Так Моше рабену просил, ваэтханан Всесильного простить его и открыть ему дорогу на Святую Землю (Дэварим 3:23).
Цеака (צעקה) – молитва-вопль жалобный крик, подобно «тэруа», что издаёт шофар в Рош hа-шана: «О-о-ой! О-о-ой! О-о-ой!»
Зэака (זעקה) – молитва-призыв, чтобы услышали «небеса» всё, что исходит от разума и сердца.
Бэхия (בכיה) – молитва-плач.
Когда заболел Хизкияhу, царь в Иерушалаиме, пришёл пророк Иешияhу и сказал ему, что он скоро умрёт. Тогда Хизкияhу обратился лицом к стене Храма и горько заплакал: «Молю Тебя, Г-споди, вспомни ныне, что я ходил пред Тобою верно и всем сердцем, и делал то, что угодно Тебе».
И Всесильный ответил ему: «Так сказал Г-сподь, Б-г Давида, отца твоего: Я услышал молитву твою, увидел слезы твои. Вот, Я исцеляю тебя: на третий день взойдёшь ты в Дом Г-спода (в Храм). И прибавлю Я к дням твоим пятнадцать лет, и спасу тебя и город этот (Йерушалаим) от руки царя Ашшурского, и буду Я защищать город этот ради Себя и ради Давида, раба Моего» (Книга царей 2, 20:2-6).
Есть ещё молитва ренана (רננה), – молитва-ликование, праздничная молитва, молитва отца, родившего сына, молитва вернувшегося из изгнания, молитва человека, который рад своей жизни.
И даже под ударом судьбы человек: «Помолится Богу, и явит Он милость, и увидит восторг на лице человека, и вернёт его к его правоте» (Иов 33:26).
Две вещи должен сделать человек, чтобы вознести свою молитву: во-первых, не быть «молящимся грешником», а во-вторых, чтобы сама молитва была чиста (Совершенная мера, гл.9).
Однако легче выпросить материальные блага, чем радость для души. Тяжким трудом или везением судьбы можно заработать много денег, но душевного благополучия добиться не просто. Человек может быть богат, и даже очень богат, а душа его будет страдать и плакать, если нет мира в семье, и если он одинок среди людей.
Много страданий доставляют дети, когда идут по плохой дороге, спешат к преступлению.
Всесильный дал Ицхаку огромное богатство и двух сыновей, Эсава и Яакова. На Эсава была надежда отца, напрасная надежда. Он это понял, когда Эсав привёл в дом жён кнаанеек и в доме праведника появились идолы. Всесильный затемнил глаза Ицхака, чтобы не видел позор в своём доме.
Но Яаков питался от мудрости своего деда Авраhама, учился у Эвера, сам удостоился слышать голос Б-га и любви Его, и своих сыновей привёл к Нему.
У царя Давида было девятнадцать сыновей, но только самый младший сын, Шеломо, не оставил заветы отцов и навечно прославил дом Давида.
Но сам Шеломо, один из самых мудрых и богатых людей в истории человечества, не удостоился праведных сыновей.
Сказал царь Давид: «Вот наследие Г-спода – дети, вознаграждение – плод чрева» (Теhилим 127:3). Так он предупредил все последующие поколения, что тот, кто жаждет продолжения своего рода, пусть просит и умоляет Всевышнего не о богатстве, а о детях, которые будут ему в радость, а не в горе. И пусть с раннего детства приучает своих детей жить как Яаков, сын Ицхака, скромно и исполнять заповеди.