ВАЕЦЭ

В шестьдесят три года Яаков всё ещё не был женат. «И призвал Ицхак Яакова, и благословил его, и повелел ему, и сказал ему: "Не бери жены из дочерей Кнаана. Встань, пойди в Падан-Арам, в дом Бетуэля, отца матери твоей, и возьми себе жену оттуда, из дочерей Лавана, брата матери твоей” (Бэрешит, 28:1-2).

Обрадовался Яаков, выбрал из стада самого выносливого верблюда, нагрузил его продуктами и подарками для родных, и после утренней молитвы отправился в дорогу.

На следующий день его догнал отряд всадников. Смотрит он, так это же Элифаз, сын Эсава, а с ним его слуги, и все с мечами. Спрашивает его:

– Что забыл я, что послали передать мне?

Отвечает Элифаз:

– Отец мой, Эсав, послал убить тебя.

Дрогнуло сердце Яакова, знал он, что этот юноша прославился своей силой и жестокостью. С ним десять человек, значит, битва будет не на жизнь, а на смерть. Или племянник убьёт родного брата отца, или Яаков убьёт сына своего родного брата. Подумал, поднял голову и отвечает:

– Дорогой мой, Элифаз, вспомни, чему мы учились у моего деда, у Авраhама! Нет смысла нам вступать в кровавый бой, возьми всё, что у меня есть, как известно, неимущий подобен мертвецу.

Сошёл с верблюда, сбросил с плеч свой плащ, отдал поводья Элифазу и, не глядя на него, пошёл по тропе в гору. А Элифаз и слуги его стояли, смотрели вслед, пока он не скрылся из виду, взяли всё, что он оставил, и повернули назад.

Куда теперь идти Яакову без серебра и без подарков? Пошёл он к горе Мория, туда, где Авраhам возносил на жертвенник его отца, Ицхака. Пока поднялся, солнце закатилось за холмы и стало темно. Тогда обратился Яаков с молитвой к Б-гу и стал просить защиты и поддержки в пути, чтобы исполнил он Его заповедь (пру у рву) и наказ отца и матери

Завершил Яаков благословения вечерней молитвы, сложил из камней себе ложе, подобное мизбеаху, жертвеннику, лёг и заснул. «И снилось ему: вот, лестница поставлена на земле, а верх её касается неба; и вот ангелы Б-га восходят и нисходят по ней» (Бэрешит, 28:12).

Сказали наши учителя, что лестница, которую видел Яаков, – намёк на мизбеах (жертвенник в Храме), который прочно стоит на земле и упирается в небеса. По этой лестнице поднимались и спускались ангелы коhенов, служившие в Храме (Мидраш Танхума, «Ваишлах). Гиматрия слова сулам - סולם (лестница) – 130, и она равна гиматрии слова Синай - .סיני А ангелы, поднимающиеся по лестнице, указывают на Аhарона и Моше, который три раза понимался на Синай и спускался к народу (Меам лоэз, «Ваецэ»).

Раши говорит, что Яаков видел ангелов, сопровождавших его по земле Израиля, они (прощались с ним и) поднимались в свой чертог, так как не могли выйти за её пределы. А спускались те ангелы, которые пойдут с ним в Харан.

Ангелы спускались и поднимались по лестнице времени, ведущей к завершению нашей истории, к Олам hа-ба. Сказал раби Яаков: «Показали Яакову ангелов, которые поднимут его будущих детей к небесам, когда они станут исполняют заповеди Творца, а если нет – спустят их на землю (Зоhар хадаш, «Ваецэ»).

Раби Шемуэль бар Нахман сказал, что Яаков в своём пророческом сне видел, как царь Бавеля поднялся по лестнице на семьдесят ступеней и спустился. Потом царь Мадая (Мидии) поднялся на пятьдесят две ступени и спустился. Потом царь Явана (Греции) поднялся на сто ступеней и спустился. А потом царь Эдома (Рима) поднялся и исчез из вида (Мидраш Танхума «Ваецэ» 2). Из этих трёх этапов истории его сыновей, народа Израиля, последний галут на тысячелетия, оказался самым тяжким. И там во мраке, в конце времён, народы Эдома поведут ишмаильтян против Израиля, и это будет последняя война (Гога и Магога) на земле. «И будет в тот день великое потрясение на земле Израиля» (Йехезкель 38:19).

Страх охватил сердце Яакова. «И вот, Г-сподь стоит над ним и говорит: Я Г-сподь, Б-г Авраhама, отца твоего, и Б-г Ицхака. Землю, на которой ты лежишь, тебе отдам её и потомству твоему. И будет потомство твоё, как песок земной; и распространишься на запад и на восток, на север и на юг; и благословятся в тебе и в потомстве твоём все племена земные. И вот, Я с тобою; и сохраню тебя везде, куда ты ни пойдёшь; и возвращу тебя в землю эту, ибо Я не оставлю тебя, доколе не сделаю того, что Я сказал тебе» (Бэрешит, 28:13-15) И ещё со слов пророка: «А ты не бойся, раб Мой Яаков… ибо вот, спасу Я тебя издалека и потомство твоё – из страны пленения их; и будут жить спокойно и мирно, и никто не будет страшить их… Ибо Я с тобой, – сказал Г-сподь, – чтобы спасать тебя; ибо Я совершенно истреблю все народы, среди которых рассеял тебя, а тебя Я не уничтожу, накажу Я тебя по справедливости, но окончательно не уничтожу» (Ирмияhу 30:10).

Таким было первое пророческое откровение Яакова. Он увидел Ворота Небес, пробудился и боялся открыть глаза, потому что голос ещё звучал в его ушах. Трепетало сердце его, и понял он, что Всесильный подтвердил союз с ним, как раньше с Авраhамом и с Ицхаком. Значит верно, что ему и его потомкам дано право на владение всей страной, населённой сейчас племенами Кэнаана.

Взял Яаков камень, что служил ему изголовьем, установил над другими камнями, как памятник, как мацева, и освятил его.

А Всесильный вдавил этот камень в скалу, и стал он подобен куполу, выступающему из скалы на 6 см. Этот камень называют эвен hа-штиа (краеугольный камень). В Первом Храме на нём располагался Арон hа-кодеш, Ковчег Завета, а во Втором Храме, где уже Ковчега не было, Коhен-гадоль, Первосвященник, на нём приносил жертвы минха и кэторет (Пиркей дэ-раби Элиэзер 35).

Когда арабы захватили Эрец Исраэль, по повелению омейядского халифа Абд аль-Малика в 691 году н.э мусульманские строители. воздвигли на храмовой горе мечеть Куббат ас-Сахра (Купол скалы). В её центральном зале до 2 метров возвышается кусок скалы длиной 17,7 метров и шириной 13,5 метров, огороженный позолоченной решёткой. Мусульмане считают, что это и есть тот священный камень эвен штия, с которого началась истоия мира. Так им внушил еврей-отступник из Йемена, Ка'аб аль-Ахбар, современник их пророка, который стал его сподвижником и сочинял для арабов легеды о его жизни. Он был советником халифа Омара и предложил построить на храмовой горе над скалой мечеть.

На горе Мория есть особый участок, особое место, где Авраhам возложил Ицхака на жертвенник. В Храме на месте жертвенника находилась особая комната, "Кодеш кодашим", куда Главный Коhен входил в День Искупления, в Йом Кипур, и обращался к Всевышнему от имени еврейского народа.

Греки и римляне пытались осквернить это место грязными жертвами, а христиане и мусульмане за обладание этим местом убивали друг друга и до сих пор убивают евреев. С того дня, как римские солдаты сожгли Храм и разрушили Йерушалаим, евреев туда не допускали. Евреи, которые находятся в состоянии тума мет, духовной нечистоты от соприкосновения с умершими, оказавшись на этом месте могут умереть, так как сегодня нет возможности очиститься от тума. Никто не знает, на каком участке Храмовой горы находится это место, поэтому евреям не следует туда подниматься.

Там Ворота Небес, там теряется грань между физическим и духовным мирами. Вся земля вокруг этого места на большую глубину пропитана еврейской кровью, и все камни этой горы освящены еврейскими молитвами. Яаков назвал это место Бет Эль, Дом Б-га, другое его название – Луз, а сейчас это Йерушалаим. Тот, кто молится, у подножия этой горы словно молится перед престолом Всевышнего.

И дал Яаков недэр, обязательство, если останется жив и благополучно вернётся домой, отделит десятую часть, маасэр, во славу Творца, сказал: «…если Б-г будет со мною и сохранит меня на этом пути» (Бэрешит 28:20). То есть если он удостоится поддержки свыше, благополучно завершит путешествие и будет жить благополучно. Такой же дар, маасэр, принёс коhену Всесильного Малки-Цедеку Авраhам после победы над Амарфелем и его союзниками. Для еврейского народа маасер стал обязательной заповедью. Тогда Яаков дал недэр после своего пророческого видения. Так и сегодня дают недэр, когда есть реальная угроза для жизни, объявляют таанит, (временный отказ от пищи) и приносят пожертвование или выполняют работу во славу Творца.

Утром Яаков двинулся на север. Через несколько дней дошёл до большого озера, оттуда поднялся к горе Кэнаан и пришёл к пещере Эвера, правнука Шема. Там жил и уже тринадцать лет как умер (в 2158 году), в возрасте 600 лет Великий Шем, Малки-цедек. И сегодня можно найти пещеру Шема и пещеру Эвера на склоне горы Кэнаан, в Верхней Галилее, где построили город Цфат.

Яаков пришёл к праведному Эверу, жил с ним, служил ему и учился у него четырнадцать лет. За это время он познал многие тайны мироздания и чрезвычайно укрепил свою душу. Однако, как ни тяжко расставание ученика с учителем, жизнь продолжается, надо исполнить заповедь отца и идти в Харан. Они расстались навсегда, Эвер умер спустя два года, в 2187 году от сотворения мира.

В Харан, к брату Ривки, к Лавану, Яаков пришёл без имущества и без подарков. Ему тогда исполнилось 77 лет, однако был чрезвычайно сильным и ловким, как юноша. У колодца недалеко от города Яаков встретил свою двоюродную сестру пастушку Рахель. Он один сдвинул для неё огромную плиту, прикрывавшую колодец от песчаных бурь пустыни, и напоил её овец.

«И поцеловал Яаков Рахэйль, и возвысил голос свой, и заплакал» (Бэрешит 29:11). Горько ему было оттого, что пришёл он свататься с пустыми рукам, и пророческим взором увидел, что Рахель умрёт молодой и могила её будет у дороги (Мидраш Танхума, «Ваецэ» 3).

Она привела Яакова в дом отца своего Лавана, а у него две дочери, Лея, старшая, и красавица Рахель. Его приняли, как близкого родственника, так как в памяти семьи сохранились воспоминания о множестве подарков, что они получили за Ривку. Но у Яакова не было ни денег, ни подарков для приобретения невесты, для Рахель, которую он полюбил с первой встречи у колодца. И он договорился с Лаваном, что отработает за неё семь лет.

Стал Яаков пасти овец Лавана, и эти годы прошли для него, как один день. А Лея видела радость сестры и плакала, боялась, что выдадут её за Эсава, брата Яакова, о котором слышала только плохое (Пиркей де-раби Элиэзер 36).

По истечении срока Лаван устроил пышную свадьбу, но обманул Яакова и на свадебное ложе отправил не Рахель, а Лею. Утром увидел Яаков обман, возмутился, а Лаван говорит ему: «Чем отдавать дочерей чужому, лучше пусть обе будут твоими жёнами!» Яаков вынужден был согласиться и через неделю сыграли вторую свадьбу. Но за Рахель он был вынужден отработать ещё семь лет.

Яакову тогда было 84 года, а близнецам Лее и Рахели по двадцать одному году. Каждая из них получила в подарок от отца служанку, Лея получила Зильпо, а Рахель её родную сестру Бильго. Мама их, Двора, в прошлом была кормилицей Ривки и жила в то время в доме Ицхака.

Нелюбимая жена Лея Яакову родила шесть мальчиков: Реувена (род. в 2192 г), Шим'она (род.в 2193 г), Леви (род.в 2194 г), Иеhуду (род.в 2195 г), Иссахара (род.в 2196 г), Зэвулуна (род.в 2197 г) и девочку Дину. А Рахель только на восьмой год супружеской жизни родила Йосефа (в 2199 г), а потом, перед смертью, – Биньямина.

По воле своих хозяек служанки Зильпо и Бильго тоже стали жёнами Яакова и родили ему сыновей. Зильпо родила Гада (в 2196 г) и Ашера (в 2197 г), а Бильго – Дана (в 2194 г) и Нафтали (в2195 г). Эти двенадцать сыновей Яакова стали родоначальниками двенадцати колен Исраэля.

Лаван, идолопоклонник и колдун, разбогател благодаря Яакову. Он хотел поработить Яакова и его детей, так как боялся, что Харан лишится изобилия, посланного Всевышним за заслуги праведника. Когда стал просить Яаков отпустить его с детьми на родину, сказал Лаван: «Назначь себе плату от меня, и я дам, только не уходи!». Нищим пришёл Яаков и неимущим остался после четырнадцати лет, что отработал за своих жён. Подумал он и согласился отработать ещё некоторое время не за плату, а за прибыль, которую получит от овец и коз, которых Лаван признает негодными.

Прошло ещё шесть лет, и Всевышний наградил его за праведный труд большим богатством. Но зависть одолела Лавана и его родных, стал он искать повод, чтобы наказать своего зятя. «И сказал Г-сподь Яакову: возвратись в землю отцов твоих и на родину твою; и Я буду с тобою» (Бэрешит 31:3). Всевышний подтверждает, что страна, где похоронен Авраhам и где Ицхак ждёт сына – родина Яакова и сыновей Яакова, хотя они и не родились там. И всех потомков Яакова, где бы они ни родились.

Жить на Святой Земле, в любой её части – заповедь Творца. Невозможно быть евреем – исполнять одни заповеди и отвергать другие. Поэтому Талмуд говорит, что оставить Эрец Исраэль можно только в трёх случаях: чтобы учить или обучать Торе, чтобы привести невесту или же ради заработка (на короткий срок). Отдавать любую часть Эрец Исраэль, продать или подарить нееврею – преступление против Творца.

Рав Эльхонон Вассерман незадолго перед смертью (в 1941 г.), в оккупированной фашистами Польше, пишет в книге «Перед приходом Машиаха»: «И вот сегодня, когда мы видим руководителей еврейского народа, отвергающих основы иудаизма, (отвергающих заповеди – А.Д.) нам ясно, сколь справедливы слова Виленского Гаона: эти люди – потомки эрев рав...». Это о тех, кто самовольно распоряжается Эрец кэдуша, святой Землёй, и судьбой еврейского народа.

Учили мудрецы, что евреям нельзя зажигать свечи, изготовленные идолопоклонниками для служения идолам, для авода зара. Как сказано: «Не вноси мерзость в свой дом». Ибо нет шехины, божественного присутствия в доме, где находятся предметы авода зара. Всё то время, пока Авраhам держал около себя своего племянника Лота, Всевышний не открывался ему. Так же и Яакову не было откровения двадцать лет из-за Лавана. Поэтому сказал Всевышний: «Когда отстранишься от него, исполню Своё обещание» (Мидраш Танхума, «Ваецэ» 10).

На 99 году жизни Яаков со всей своей семьёй и с большим имуществом отправился на родину. А Рахель похитила терафим, деревянных идолов своего отца, что служили ему для колдовства и гадания. Как они это делали? С помощь идолов добивались ответа от мальчика-первенца, принесённого в жертву. Тот, кто читает на иврите, может открыть «Мидраш Танхума, главу «Ваецэ», раздел 12.

Когда Лаван узнал, что Яаков покинул Харан, погнался с отрядом вооружённых всадников за ним и за своими дочерями и внуками и настиг их на седьмом дне пути. Но ночью, во сне, был ему голос Б-га, чтобы не причинял вреда Яакову. Он был так напуган, что встреча прошла не так как он предполагал, смирился и стал просить о мире. Сказал раби Йоси бен Ханина, что Всесильный открывается идолопоклонникам только в том случае, когда надо спасти от них праведника (Бэрешит Раба 74:7). Вот нечестивцы, которые слышали Его голос: Бильам (Бэмидбар 22), Авимелех (Бэрешит 20), Лаван (Бэрешит 31:24). Сон злодея тревожен и просыпается он со страхом, а праведник спокоен, он ложится, засыпает и просыпается с миром, потому что Г-сподь поддерживает его (Теhилим 3:6).

«Яаков пошёл своей дорогой, и встретили его ангелы Всесильного. И сказал Яаков, когда увидел их: это стан Всесильного! И нарёк имя тому месту – Маханаим» (Бэрешит 32:2,3) Сказал рабби Элиэзер: "Что значит встретили его? Это ангелы дня и ночи ждали на границе, чтобы охранять и сопровождать его. Две группы, два лагеря, один – это Суд, а второй – Милосердие." (Зоhар "Ваеце", 73) Именно об этом просят евреи в своих молитвах: "Суди и будь Милосердным!"

Тайны главы «ВАЕЦЕ»

В Торе нет напрасных слов, каждое стоит на своём месте, и каждая буква несёт огромную смысловую нагрузку, там скрывается тайна сотворения и существования мира. Жизнь человеческая слишком коротка, чтобы открыть и понять все слова Торы от начала, от «Бэрешит», до последнего слова «Исраэль».

Глава «Ваеце» рассказывает о Яакове, что он оставил родительский дом, чтобы привести жену. Он дошёл до горы Мория и поднялся туда, где Авраhам возносил на жертвенник его отца, Ицхака. Солнце закатилось за холмы, стало темно, он прочитал благословения вечерней молитвы, сложил из камней ложе, лёг и заснул. «И снилось ему: вот, лестница поставлена на земле, а верх её касается неба; и вот ангелы Б-га восходят и нисходят по ней». Он увидел Ворота Небес и услышал голос пророчества на все времена о себе и о своих потомках. (Бэрешит, 28:12).

Пробудился Яаков от сна и возгласил: «Воистину есть Б-г в этом месте». Он понял, что «Шехина», божественное присутствие, может находиться на земле.

После этого откровения он 14 лет учил Тору и в возрасте 77 лет пришёл к Лавану в Харан сватать невесту. В двадцать девятой главе книги Торы «Бэрешит» мы читаем о встрече Яакова и Рахели (Бэрешит 29:10).

Вот как это на иврите: «Вайhи каашер раа Яаков эт Рахель бат Лаван ахи имо вэ эт цон Лаван ахи имо ваигаш ваягель эт hаэвен меаль пи hабээр ваяшк эт цон Лава ахи имо. Перевод: «И было, когда Яаков увидел Рахэль, дочь Лавана, брата матери его, и овец Лавана, брата матери его, то подошёл Яаков и отвалил камень от устья колодца, и напоил овец Лавана, брата матери его». А потом: «И поцеловал Яаков Рахэль, и возвысил голос свой, и заплакал».

Как понять смысл и что скрывается в том, что мы прочитали? Первый наш вопрос о камне, который Яаков снял с устья колодца. Второй – почему в одном предложении трижды указано, что Лаван брат матери его? И третий – почему Яаков плакал?

Попутно выскажем претензии к тем, кто перевёл на русский язык фразу «ахи имо», как «матери своей», но должно быть: «матери его», то есть Яакова. Чтобы не пришло в голову, что Лаван – брат матери своей.

Тора признаёт внешнюю красоту человека только в сочетании с красотой его души: «А Рахель была красива станом и красива видом», то есть красива не только телом своим, но и душой своей (Бэрешит 29:17).

Яаков увидел и полюбил Рахель, в таких случаях говорят: «Душа его наполнилась любовью». Раби Шимшон Рафаэль Гирш (ר' הירש) писал: «Любовь Яакова и Рахели — это любовь с первого взгляда и до последнего вздоха» (Тикун hа-брит). Это любовь души и разума. Любовь придала ему силу приподнять с устья колодца огромный камень и откатить его в сторону, чтобы Рахель могла напоить своих овечек.

Читаем: «ваягель эт hа-эвен» (וַיָּגֶל אֶת-הָאֶבֶן), здесь, в глаголе ваягель, корень «гал». От этого глагола образованы такие слова: галь – волна, гилгуль – вращение, превращение (реинкарнация), удвоенное галь, легальгель – катить или вертеть, отсюда гальгаль – колесо или орбита. Но нам важно другое значение слова с корнем «гал», а именно: «гала» (גלה) – открыл.

Буквальный смысл (пшат) – Яаков открыл устье колодца. А более глубокий смысл (ремез) – он открыл не только колодец с живой водой, но «Мидраш Раба» предлагает разные варианты толкования, чтобы объяснить смысл колодца и камня. Колодец – гора Сион, где евреи получили Тору, а три отары овец, которые были там, это коhены, левиты и исраэли. Колодец – Санhэдрин, а три отары овец это три суда, располагавшиеся в Храме. Раби Бэхайе представляет колодец, как сосуд, а камень, как пробку, которую Яаков снял с сосуда.

Раби Ицхак бен Ашер hАлеви (ריב"א) в своих комментариях на эту главу говорит, что Яаков убрал, «ягель», камень и открыл тайну, скрытую в этом камне. Именно на это указывает огласовка «сэголь» под буквой «гимэл».

Раби говорит, что этот камень – «йецер hа-ра». Очень тяжёлый камень, не каждому под силу убрать его с сосуда, то есть с души человека (Бавли, «Кидушин» 30-б). И хорошо, если тебе помогут снять камень с души твоей!

Человек ещё не родился, «только собирается покинуть чрево матери, а дурное побуждение, йецер hа-ра, уже заложено в нём» (Раши, «Бэрешит» 8:21). Это стремление к обладанию запретным, и стремление к разрушению, но это также и сексуальное влечение, побуждение к продолжению рода, к восстановлению жизни на земле. Таковы свойства змеиного яда – уксус змеи смертелен, но в руках врача её яд спасение от смерти.

Талмуд называет «йецер hа-ра» ангелом смерти, он «Малах hа-мавет», Сатан. Он не мог властвовать над Авраhамом, Ицхаком и Яаковом. Эти трое, а также Моше, Аhарон и Мирьям умерли не от «меча» ангела смерти, Сам Всевышний забрал их души божественным прикосновением, «поцелуем» Своим. Поэтому их тела остались нетленными до наших дней («Бавли, «Бава Батра» 16-а; Мидраш Талпиот, Анаф йецер hа-ра»).

По мнению Рамбана и раби Бэхайе колодец, открытый Яаковом, источник пророческих откровений. Этот источник – второе откровение для Яакова после того, как он оставил родительский дом.

Почему же в одном предложении трижды звучит имя Лавана?

В предыдущей главе мы уже прочитали, что Лаван брат Ривки. Раби Шимшон Рафаэль Гирш обращает наше внимание на то, что встреча у колодца была неожиданной для них. Яаков сразу признал в ней сестру, так как она была лицом и фигурой, словно двойник его матери. И Яаков открывает колодец, чтобы напоить овец Лавана, брата его матери.

Первый раз нам напомнили, что Рахель дочь Лавана, брата его матери. Второй раз, что овцы её из отары Лавана, брата его матери. И третий раз, что он помог напоить овец ради своей матери, так как Лаван брат её.

Яаков поцеловал Рахель и заплакал, увидев пророческим взором её раннюю смерть. Яаков целовал Рахель, но никто не посмеет обвинить его в проступке, ведь Рахель его сестра. (Раши предлагает ещё одно объяснение: плакал он от обиды, что нет таких подарков для неё, какие дарил Ривке Элиэзер, слуга Авраhама.)

«Целуй меня поцелуями уст своих!» – говорит Шуламит (Шир hа-ширим 1:2).

У многих народов принято целоваться при встрече и при разлуке. Но что может передать один другому вместе со своим поцелуем, со своим дыханием? Радость встречи или горечь разлуки? Свою ненависть или свою любовь? Ложь или правду? Какие чувства, и какие мысли прячутся за устами человека?

Мать целует своего ребёнка и вместе с собственным дыханием ласковыми губами, любящими устами своими вкладывает в него свою душу. Учитель оставляет поцелуй на лбу своего ученика, словно ставит печать своей души на всю его долгую жизнь.

Творец через поцелуй вдохнул душу в Адама, Первого Человека на земле.

Всесильный дважды целовал Авраhама. Первый раз, когда «…открылся ему Владыка Мира (да будет благословенно Имя Его вовеки!) и поместил его в лоно Своё, и поцеловал его в голову, и сказал ему: Авраhам, возлюбленный мой» (Сэфер йецира 6). А в конце его дней проводил поцелуем «митат нешика» в Олам hа-ба. И так же увёл из этого мира Яакова, Моше, Аhарона, Мирьям и других праведников, заслуживших Его любовь.

«И поцеловал Яаков Рахель, и возвысил голос свой, и заплакал» (Бэрешит 29:11). Слово плач, «бхиа», соответствует каждой букве слова «яин», вино, а это радость и любовь (Зоhар, «Шир hа-ширим»).

Яаков видел после откровения на горе Мория то, что скрыто от людей. Перед Рахель он был словно малах Всесильного, а Рахель в его глазах – слава и трагедия его потомков, дома Яакова, народа Израиля.

Община Израиля словно супруга Всевышнего, и Он называет её «Моя дочь, Моя сестра, Моя мать» (Раби Моше Кордоверо, «Томэр Двора»).