Недельная глава «Хаей Сара» («Жизнь Сары») сообщает о смерти Сары (Сара умерла в возрасте 127 лет), подробно рассказывает о покупке Авраhамом пещеры Махпела и о женитьбе Ицхака.

Авраhам просил у жителей города Хеврона продать ему пещеру в собственность для семейного кладбища (он хотел похоронить здесь Сару). Эфрон, хозяин участка, на краю которого находилась пещера, делает ему невероятно бескорыстное, на первый взгляд, предложение — он готов «отдать» Авраhаму и поле, и пещеру. «Отдать» — значит, вроде бы, предоставить бесплатно. Заметьте — и поле, и пещеру, хотя Авраhам о поле вообще не просил. За «бескорыстным» предложением скрывается намек на крупную сделку. Эфрон знает, что Авраhам — человек щедрый, и знает также, что щедрому намека достаточно. Действительно, Авраhам уговаривает Эфрона назвать цену и намерен сразу полностью уплатить ее. Эфрон не теряется и запрашивает огромную по тем временам сумму — четыреста шекелей (тогдашние шекели — это очень крупная монета). Авраhам немедленно отвешивает ему самые ходовые (те, что были в ходу у торговцев повсюду), так называемые большие шекели.

Авраhам хоронит Сару, и участок навсегда становится местом погребения для семьи Авраhама. В пещере Махпела похоронены Авраhам и Сара, Ицхак и Ривка, Яаков и Лея, и, по преданию, там же похоронены Адам и Хава.
Надо отметить, что Авраhам не совершил покупку, пока все население города не дало своего согласия, чтобы эта земля служила кладбищем.

«Твуат hа-арец» (уникальная книга, изданная в 1820 году р. Йосефом Шварцем) сообщает массу ценных сведений о географии, растительном и животном мире Эрец-Исраэль. О пещере Махпела там говорится следующее: «В точности местонахождения могил нет никаких сомнений. По свидетельству Торы, наши отцы и матери (Авраhам, Сара, Ицхак, Ривка, Яаков, Лея) похоронены в пещере Махпела на краю города Хеврона. Иосиф, сын Матитьяhу (Иосиф Флавий), пишет, что здание над могилами отцов сделано из красного мрамора. В шестом веке христиане построили там церковь, а мусульмане, захватив страну, превратили эту церковь в мечеть». Книга детально описывает это место.

Мидраш замечает, что если кто-нибудь пожелает оспорить наше право на Эрец-Исраэль, есть три места, наше право на которые бесспорно.
Место, где похоронена Сара, купил Авраhам.

Место, где похоронен Йосеф, купил Яаков: «А кости Йосефа, что вынесли сыны Израиля из Египта, похоронили в Шхеме, на участке поля, которое купил Яаков у детей Хамора, главы города Шхем, за сто ксита (ксита — монета. — И.Р.)» (Йеhошуа, 24:32). Там стоял шатер Яакова (33:19).

Место для Храма купил царь Давид, чтобы построить на нем жертвенник. Прежний его владелец, Аравна-иевусей, продавший царю этот участок за немалые деньги, был очень доволен сделкой. Он пожелал Давиду: «Пусть Г-сподь, твой Б-г, благоволит тебе» (см. Шмуэль II, 24). И пожелание сбылось. Говоря об этом, Талмуд делает вывод: берегись проклятия любого человека, а благословение даже простого человека пусть будет ценно в твоих глазах.
Далее в главе говорится о женитьбе Ицхака.

Авраhам решил женить сына. Найти невесту для Ицхака он поручил своему верному слуге Элиэзеру. Авраhам потребовал, чтобы Элиэзер Б-гом земли и небес поклялся не брать Ицхаку жену из кнаанейцев, среди которых они жили. Это были люди распущенных нравов, не знающие милосердия и сострадания (вспомним Сдом). Авраhам послал Элиэзера к семье своего брата Нахора: родных Авраhама, хотя среди них и встречалось идолопоклонство, отличали доброта и скромность.

Почему Авраhам отправил слугу? Ицхак не имел права выезжать за пределы Обетованной земли, ибо есть закон, по которому предназначенную Б-гу жертву нельзя вывозить из Эрец-Исраэль. А Ицхак был жертвой еще при жизни. Сам же Авраhам, вероятно по состоянию здоровья, не мог поехать.
И вот Элиэзер прибыл с десятью верблюдами в город, где жил брат Авраhама. Но как найти суженую, как узнать, годится ли девушка в жены Ицхаку?
Элиэзер решил пойти к роднику, где девушки черпают воду, и попросить у какой-нибудь из них напиться. Если девушка скажет: пей, господин, а также и верблюдов твоих напою, — значит, она и предназначена Ицхаку, сыну Авраhама, в доме которого любят людей и любят помогать им. Элиэзер помолился Б-гу, чтобы Б-г послал ему ту, кого он ищет.

«И было: он не кончил еще говорить, и вот Ривка выходит, — та, что родилась у Бетуэля, сына Милки, жены Нахора, брата Авраhама, — и кувшин ее на ее плече… И спустилась она к источнику, и наполнила свой кувшин, и взошла. И побежал раб (Элиэзер. — И.З.) навстречу ей, и сказал он: Дай-ка мне отхлебнуть немного воды из твоего кувшина. И сказала она: Пей, мой господин. И поспешила она, и спустила кувшин свой на руку свою, и напоила его. А [когда] напоила его, сказала: Также и для верблюдов твоих буду черпать, пока не перестанут пить. И поспешила она и опорожнила кувшин свой в пойницу, и побежала еще к колодцу, чтобы черпать, и начерпала она для всех его верблюдов» (24:15—20).

Элиэзер дал Ривке носовое украшение и два браслета, пошел к ее родителям и рассказал подробно, зачем он здесь.
Спросили у Ривки, пойдет ли она с этим человеком. Ривка ответила: пойду. И Элиэзер отправился в обратный путь с Ривкой, довольный своей удачей.
«И рассказал раб Ицхаку обо всем, что делал. И привел ее Ицхак в шатер Сары, своей матери. И взял он Ривку, и стала она ему женой, и он возлюбил ее. И утешение обрел Ицхак после [утраты] своей матери» (24:66—67). Ицхак увидел, что Ривка во всем подобна Саре — так же благочестива, скромна, так же гостеприимна, и убедился, что дело Сары и Авраhама продолжается Ривкой.

Мой отец и учитель, благословенной памяти рав Бенцион Зильбер, всегда обращал мое внимание на слова: «И сказал Авраhам своему рабу, старшему по дому, полностью распоряжающемуся всем, что ему принадлежало: положи… И возьму с тебя клятву Г-сподом, Б-гом небес и Б-гом земли, что ты не возьмешь (т.е. не выберешь. — И.З.) жену для моего сына из дочерей Кнаана, среди которого я живу. Но пойдешь на землю мою и на родину мою и возьмешь жену для моего сына Ицхака» (24:2—4).

Зачем перечислены здесь все полномочия Элиэзера: «старший по дому» и т.д.? Мы ведь знаем об этом из предыдущего повествования. И тут отец рассказывал мне эпизод из жизни известного праведника — р. Леви-Ицхака из Бердичева. Было время, когда он, как и многие великие люди того времени, разъезжал по городам, скрывая, кто он, т.е. сам себя отправив в изгнание (галут). Однажды ранним утром — было еще темно — он въезжал в какой-то городок. Навстречу ему мясник гнал телят. Увидев человека благообразного вида, он подумал, что это может быть резник — шохет. Мясник тут же обратился к приезжему: Вы умеете резать скот? — Да, — ответил р. Леви-Ицхак. — Может быть, вы зарежете этих телят, — предложил мясник. — Я могу это сделать, — сказал р. Леви-Ицхак, — но и у меня есть к вам просьба. В дороге у меня вышли все деньги. Займите мне рубля полтора-два! Ненадолго! Дайте мне свой адрес, и я вскорости верну вам долг. — Извините, конечно, — говорит мясник, — но, сами понимаете, как я могу дать полтора рубля взаймы человеку, которого впервые вижу! — Теперь подумай, — сказал р. Леви-Ицхак. — Когда я заявил, что могу быть резником, ты доверился мне сразу. Но ведь если я не специалист, то ты накормишь трефой и невелой как минимум несколько десятков человек. А когда дело коснулось твоего кармана, и всего-то ты мог потерять полтора рубля, ты пожелал гарантий.

Авраhам, отец наш, поступал наоборот. Стих подчеркивает, что в материальном отношении Элиэзер пользовался полным его доверием — полновластно распоряжался всем. Но когда дело коснулось духовной стороны — судьбы дома Ицхака, Авраhам потребовал гарантий и взял с Элиэзера клятву.
И этому мы должны учиться у Авраhама. Заботясь о будущем наших детей и внуков, мы должны искать гарантий прежде всего в вопросах духовных, т.е. в обеспечении нашим потомкам безупречного еврейского воспитания.

Рав Ицхак Зильбер
«Толдот Йешурун»


Автор: toldot.ru