Космос для людей: зачем миллиардер Джаред Айзекман оплатил полет туристов SpaceX
Билеты всем туристам, отправившимся на орбиту в рамках миссии SpaceX Inspiration4 — первого в истории космического полета без профессиональных астронавтов, — оплатил миллиардер Джаред Айзекман. Предприниматель, бросивший школу и совершивший рекордно быстрый кругосветный полет на реактивном самолете, считает, что из отведенного на жизнь времени нужно извлечь максимальную пользу.
Кто такой Айзекман, как он пережил выгорание и отправился за вдохновением в космос — в материале Forbes.
19 сентября завершился трехдневный полет в космос первого в истории экипажа, в котором не было профессиональных астронавтов. В рамках миссии Inspiration4 компания миллиардера Илона Маска SpaceX отправила на орбиту четверых туристов. В состав экипажа вошли: профессор геологии Шиан Проктор (51 год), ветеран ВВС и аэрокосмический инженер Кристофер Семброски (42 года), медик Хейли Арсено и Джаред Айзекман (38 лет) — миллиардер (согласно рейтингу Forbes Real-Time, 20 сентября его состояние оценивается в $2,5 млрд), владелец и глава платежного сервиса для ресторанов и гостиниц Shift4 Payments.
Айзекман оплатил все четыре места на корабле SpaceX. Одной из задач полета, помимо научных исследований, было собрать $200 млн для детской больницы имени святого Иуды в Мемфисе, которая специализируется на онкозаболеваниях. Половину из этой суммы — $100 млн — он пожертвовал сам.
Миллиардер не стал раскрывать сумму, в которую ему обошелся полет. Он лишь добавил, что ожидаемый объем пожертвований «значительно превышает стоимость миссии».
По данным Time, один билет мог обойтись ему в $50 млн. Места в другой миссии SpaceX с участием частных лиц, запланированной на следующий год, были проданы примерно по $55 млн каждое, что соответствует стоимости предыдущих частных полетов в космос, пишет The Wall Street Journal.
«Я мог бы просто пригласить моих приятелей-пилотов, и мы бы отлично провели время, вернулись бы и выпили коктейлей. Но вместо этого мы хотели привлечь обычных людей и вдохновить всех вокруг идеей открытия космических полетов для большего числа людей», — говорил Айзекман.
Часть программы обучения миллиардер разработал сам. Она предусматривала в том числе пилотирование на его самолете МиГ-29. Это было нужно, чтобы подвергнуть членов экипажа воздействию перегрузок, с которыми они столкнутся во время взлета и входа в атмосферу. Также в программу входил двухдневный поход на гору высотой больше 3 километров.
«Я искренне хочу, чтобы через 50 или 100 лет мы жили в мире, где люди путешествуют на своих ракетах, как Джетсоны (герои мультсериала. — Forbes), и семьи прыгают по Луне со своим ребенком в скафандре», — пояснил Айзекман. При этом, по его словам, «если мы собираемся жить в этом мире, нам лучше победить детский рак».
После возвращения из космоса Айзекман сообщил в Twitter, что удалось собрать даже больше запланированного.
Вполне возможно, что ни Shift4 Payments, ни Inspiration4 не было бы, если бы Айзекман рос более терпеливым ребенком, пишет Time. Джаред появился в семье, когда у его родителей было уже трое детей старше его на 15, 13 и девять лет. И это стало причиной психологического дискомфорта для него как для младшего ребенка. «Они жили своей жизнью, а мне все еще приходилось поднимать руку, чтобы попроситься в туалет в школе, и я подумал: «Это смешно», — вспоминал Айзекман.
В итоге в 1999 году в 16 лет он бросил школу, получив только сертификат об общем образовании. Айзекман и его одноклассник попытались открыть собственный бизнес, связанный с компьютерными технологиями и интернетом, но тогда у них ничего не вышло. Поэтому будущий миллиардер устроился на работу в ретейлер электроники CompUSA, рассчитывая, «что сможет создать бизнес и переманить некоторых клиентов». Однако его самого переманила компания MSI Merchant Services, продававшая терминалы для приема банковских карт, которой было нужно решить свои IT-задачи с помощью Айзекмана.
Работая в IT-отделе MSI, Айзекман заметил, что настройка терминалов представляет собой трудоемкий и дорогостоящий процесс. Так, если заведение общепита собиралось начать принимать карты, то на установку необходимой инфраструктуры уходило две недели и требовалось много документов и сборов.
«Я проработал там около шести месяцев и, как и многие люди, категорически не любил одного из своих начальников. Я увидел возможность делать вещи лучше и эффективнее, поэтому я ушел оттуда и основал компанию, которой я до сих пор управляю», — пояснил предприниматель.
Айзекман назвал свою компанию United Bank Card — она стала предшественником Shift4 Payments — и постепенно начал формировать клиентскую базу из людей, с которыми он познакомился в MSI. Офисом United Bank Card стал подвал в доме его родителей. Компания занималась продажей оборудования и программного обеспечения, которое позволяло ресторанам, барам и другим предприятиям обрабатывать транзакции по банковским картам.
Благодаря знакомствам из MSI, а также $10 000, занятым у деда, который, кстати, стал первым сотрудником его компании, Айзекман уговорил один из банков предоставить ему специальный идентификатор, необходимый для продажи платежных терминалов.
За последние 22 года компания Айзекмана расширилась и поглотила более мелкий бизнес. В их числе оказалась компания под названием Shift4, название которой фирма Айзекмана взяла себе (при нажатии на клавиатуре Shift и кнопки 4 получается знак доллара), отмечает Time. В прошлом году Shift4 Payments стала публичной. Сейчас в ней работает 1300 сотрудников, а рыночная капитализация превышает $7 млрд. WSJ пишет, что рыночная стоимость компании составляет $6,5 млрд.
Если сегодня зайти в любой ресторан или бар в США, вероятность того, что транзакция обрабатывается оборудованием и софтом Shift4, составляет 50%, в отелях такой шанс составляет примерно 40%, указывает Time.
«Времени не слишком много, поэтому все сводится к тому, чтобы извлечь из него максимальную пользу, пока возможно», — говорил Айзекман несколько лет назад. В какой-то момент, создавая бизнес с нуля, он выгорел и решил заняться авиацией. Для этого бизнесмен получил квалификацию пилота реактивных самолетов и в 2009 году, когда ему было 26 лет, осуществил самый быстрый кругосветный перелет на легком реактивном самолете. Он побил предыдущий рекорд на 21 час, пробыв в пути 61 час 51 минуту.
Позже он выучился на пилота реактивного истребителя и стал этим подрабатывать: вместе с членом известной пилотажной группы ВВС США «Буревестники» Шоном Густафсоном и другими отставными пилотами и гражданскими они создали эскадрилью для авиашоу под названием «Команда истребителей «Черный алмаз» и стали выступать на играх Национальной футбольной лиги и гоночных состязаниях Indy 500.
В 2011 году Айзекман чуть не погиб: в составе группы из четырех истребителей L-39 он летел со скоростью больше 740 километров в час над пустыней, пытаясь придумать новый яркий финал своего шоу. По задумке, самолеты должны были лететь навстречу друг другу и в последний момент свернуть, чтобы избежать столкновения. Однако осуществить задуманное им удалось чудом: во время полета возникла проблема с координацией и самолеты чуть не столкнулись.
Позже пилоты основали компанию Draken International, которая занималась тренировками американских военных летчиков. Для этого был создан крупнейший в мире частный флот военных воздушных судов из 100 истребителей, которые Айзекман покупал по всему миру.
Айзекман получил лицензии на управление 20 гражданскими и военными самолетами, включая советский МиГ-29. Кроме того, он получил степень бакалавра в области аэрокосмических исследований.
Впервые миллиардер обратился в SpaceX в 2009 году — после того, как побывал на запуске корабля с одним из первых космических туристов с космодрома Байконур. Однако тогда осуществить полет не удалось — компании потребовалось гораздо больше времени, чтобы получить разрешения на перевозку туристов. Во второй раз Айзекман пришел в SpaceX после того, как в прошлом году компания Илона Маска отправила на МКС свой первый экипаж из двух человек.
Его жена Моника, с которой миллиардер вместе уже 20 лет, не удивилась тому, что Айзекман договорился о полете в составе миссии Inspiration4 («Вдохновение»). Она знала, что он давно мечтал отправиться в космос, и не стала возражать. В то же время две их дочери (7 и 5 лет) пока относятся к космосу как к чему-то фантастическому. «Для них космос — это всего лишь Малыш Йода (персонаж «Звездных войн». — Forbes)», — рассказал Айзекман.
«Удивительно, но никто из моих друзей или кто-то другой пока не сказал мне: «А может, и мне полететь в космос?» Я думаю, что все они находятся в режиме ожидания и наблюдения — давайте посмотрим, как все пройдет. И это прекрасно. В этом и заключается наша миссия — открыть космос», — пояснил Айзекман WSJ.
Источник: forbes.ru
Читайте также
Все материалы рубрики
Илья Набатов — виртуозный куплетист-сатирик советской эпохи
Настоящий человек-оркестр. Теперь так не умеют. Ну да не будем о грустном…
«Набатов с братом!» — так объявляли выход на сцену мастера политической сатиры Ильи Набатова и его брата Леонида. Илья виртуозно исполнял сатирические куплеты, а Леонид ничуть не менее искусно ему аккомпанировал. Публика смеялась более полувека.
Дитя Александрии или В поисках жанра
Илья Туровский (что стал впоследствии Набатовым) родился в Александрии в сентябре 1896-го года. Но не в той, что за многие века до его рождения основал в Египте отважный царь и полководец Александр Македонский, а в той, что в год появления на свет будущей эстрадной звезды отмечала лишь свое скромное 150-летие. В маленьком провинциальном городке, славном казацкими традициями, под малороссийским Елисаветградом (ныне Кропивницкий), и прошло детство Ильи — статного высокого сына местного преуспевающего бакалейщика Шмуля Туровского.
Нет, вот уж кем-кем, а бакалейщиком становиться он никак не хотел и не собирался. Ни под каким видом! Да, правда сказать, оно и невозможно стало, пришла советская власть, и все сделалось общее, даже бакалея. Зато вот «играть на театре» очень хотелось. И власть тоже не мешала.
Лицедеев в стране появилось хоть отбавляй. Талантливых и бесталанных. Молодому Илье Туровскому несказанно повезло – его талант по заслугам оценил и взял в свою студию сам Михаил Тарханов – одна из первых звезд МХТа. И уже вскоре Илья (который к тому времени успел стать еще и юристом) поступает в труппу театра «Сурма» в родном городе. Просторы которого, однако, казались ему уже маловаты. Да и к тому же хотелось выступать соло. Читать фельетоны в стихах, петь сатирические куплеты на злобу дня, словом, бить в набат — насколько цензура, конечно, дозволяла. Тогда-то и появился у 25-летнего артиста тот самый псевдоним, что прославит его на всю страну, на подмостках которой Илья Набатов выступал с неименным успехом до такого далекого 1977-го года.
Илья Набатов — вечерний куплетист или Усики Менжу
«Утром в газете — вечером в куплете» — таков девиз и лозунг артиста Набатова, имя которого в конце 20-х мы встречаем уже в Москве. Вместе с именем его брата Леонида — дирижера и пианиста музыкальной комедии. Дуэт появляется в клубах — в «сборниках», в кинотеатрах (выступать перед началом сеансов отнюдь не считал зазорным даже Петр Лещенко (!)), а также на арене цирка. Музыкальное сопровождение Леонида Набатова было совершенно необходимо, ибо усиливало эффект от номера, который был то пародией в стиле «фокстрот», то фельетоном под звуки чарльстона, то сатирой в ритме танго.
Став едва ли не единственным в СССР исполнителем в труднейшем жанре «политической сатиры», требующем совершенно особенных художественных приемов, Илья Набатов, разумеется, клеймил позором лишь прогнивший Запад — ругать царивший в его собственной стране тоталитарный сталинский режим было чревато ГУЛАГом. Однако, и когда режим стал более вегетарианским, и у власти оказался Хрущев, Набатов сказал: «Для нас совершенно безразлично, кто будет держать палку. От смены руководства режим у нас не меняется. Он был и есть по существу полицейский».
И все же блестящее владение жанром, безупречное мастерство и тонкий артистизм, а также непременное использование, в той или иной мере, «эзопова языка» и «эффекта парадокса», позволяли маэстро поражать публику меткими стрелами насмешки и недвусмысленной иронии и в адрес родных пенат — да так, что его номера становились порой настоящим мини-спектаклем на актуальную тему. «Советскому Иудушке-дурачку» и «Советскому Хлестакову» (куплеты, созданные под влиянием знаменитого чтеца и конферансье Николая Смирнова-Сокольского) аплодировала вся страна, номера Набатова звучали по радио.
Выезжая в годы Великой Отечественной войны в составе фронтовых бригад на передовую, маэстро Набатов пел «Фашистскую драпсодию» и рассказывал «Сказки энского леса», импровизируя, каламбуря и поднимая дух уходивших в бой советских солдат.
Набатовские выдумка и фантазия могли сравниться лишь с его энергией. Он сочинял и придумывал без конца, играя ритмами и жонглируя полутонами — его выразительные средства были невероятно выпуклы, а лексическая точность подчеркивалась абсолютно виртуозным перфекционизмом мимики.
Посрамляя своих эпигонов и подражателей, Набатов всякий раз появлялся на сцене в совершенно неподражаемом, уникальном образе денди с усиками — а-ля Адольф Менжу из чаплиновской «Парижанки», в костюме «с иголочки», и один-единственный жест его — в сторону сидящего за роялем брата Леонида — уже вызывал громоподобную овацию.
Кругом Набатов или Прототип Велюрова
Он успевал удивительно много. Перепархивая своей изящной худощавой фигурой с концерта в Колонном зале Дома Союзов, в котором он едко пародировал жизнь целого города, на концерт в Кремле, где его номер на бытовую тему почти всегда был центральным, Набатов успевал дать интервью в газету или написать статью в журнал. Его «Заметки эстрадного сатирика», в которых он писал, в частности, о развитии эстрадных факультетов в театральных вузах (эстрада в ту пору была «в загоне»), пользовались большой популярностью, а сочиненные им куплеты исполнялись и другими известными артистами.
Остроумный бонвиван и светский собеседник, Илья Набатов обладал не только изящными манерами, но и удивительно фактурной внешностью, которая была востребована также и в кино, где артист играл почти всегда иностранных героев. Кроме, разве что, музыкального фильма «В этот праздничный вечер…», в котором Набатов в окружении первых звезд советского искусства сыграл…самого себя.
Но как же жаль, что он так мало остался запечатлен на кинопленке! Но и как же прекрасно, что поздравительно-зубодробительный дуэт Набатова и Зиновия Гердта на 70-летии Леонида Утесова все же записали! А чего стоит посещение в «склифе» захворавшего Набатова Борисом Бруновым и Александром Левенбуком? Когда артист отказался даже от шкалика с коньячком, когда — о, ужас! — даже предложение: «А, может, девочку?», вызвало у мастера решительный отпор — «И думать не могу!» И тут как всегда остроумный Брунов нашелся: «Илья, Семеныч, а если не думая?!» — «А если не думая!..» — тотчас же воскликнул Набатов и, вскочив с постели, словно его там никогда и не было, пустился танцевать по палате, весело напевая:«А я, еврей, шагаю по Москве!»
Говорят, что именно он — Илья Семенович Набатов — стал прообразом Велюрова в «Покровских воротах» Михаила Козакова. И похоже, что так оно и есть. Больше некому.
Только не пытайтесь Набатову подражать. Сие бессмысленно и бесполезно. А вот учиться у него можно. Да еще как! Столько образов! И все — абсолютно разные! Настоящий человек-оркестр. Теперь так не умеют. Ну да не будем о грустном… Хотя бы из уважения к Мастеру. Ведь он так самозабвенно веселил нас. Слушайте, ну, ведь, до сих пор смешно!..