МАОЗ — общество помощи еврейству СССР
«Отпусти народ мой» — таким мог бы стать девиз этой организации
Мария Якубовичмузыковед и культуролог
И сказал Г-дь Моисею: пойди к фараону и скажи ему:
так говорит Г-дь: отпусти народ Мой, чтобы он совершил Мне служение.
(Исх. 8:1)
Название МАОЗ знакомо лишь специалистам. Но огромная алия из СССР была бы невозможна без его деятельности.
В 1960-е годы в Израиле выпущена купюра в 10 000 (после деноминации 10) шекелей, на которой была изображена встреча первого посла Израиля Голды Меир с москвичами в сентябре 1948 года во время посещения ею московской синагоги, с текстом на иврите: «Шалах эт ами!» («Отпусти народ Мой!»). Так Моисей потребовал у фараона освободить евреев из египетского рабства.
Советское общество всегда с трудом терпело в себе чуждые образования. А еврейская диаспора после возникновения государства Израиль с усилением внутри нее идеологии сионизма, национального пробуждения, становилась все более чуждой. Начались ожидаемые реакции государства – «дело врачей», обвинения религиозных евреев в предательстве идеалов советской родины. Желание уехать в Израиль тоже приравнивалось к измене родине.
Я прекрасно помню, как врачи-сотрудники моей мамы разделились: один подал заявление об увольнении в связи с отъездом с семьей в Израиль, а несколько других, многолетние друзья первого, написали гневную статью в газету о его предательстве и никопоклонстве перед Западом и инициировали заседание парткома.
«Если не придет сильное и имеющее влияние вмешательство извне, решение еврейской проблемы в СССР может произойти в любой момент в той форме, которая будет угодна советской власти. И тогда уже будет поздно для этого вмешательства», – писал основатель МАОЗА и его первый председатель Шабтай Бейт-Цви в брошюре «Чего хочет МАОЗ?» в 1959 году.
МАОЗ – первая общественная организация Израиля, начавшая борьбу за алию из СССР, на много лет опередившая всех защитников свободной алии.
Основатель МАОЗа Шабтай-Бецалель Бейт-Цви (Шавиви, 1906—1994) родился Шабтаем Баскиным в 1906 году в Слуцке, получил диплом инженера-электротехника, провел несколько лет в советских тюрьмах за сионистскую деятельность. В память семнадцатилетнего сына Цви, погибшего в войне за Независимость, Баскин сменил фамилию. Всю жизнь он проработал в архивах Еврейского Агентства в Тель-Авиве и пришел к пониманию: основная задача сионизма – обеспечение свободного выезда евреев из СССР в Израиль.
В 1958 году он основал МАОЗ – общество помощи советским евреям, с целью оказать давление на собственное правительство, политика невмешательства которого – «тихая дипломатия» – вредила положению евреев в СССР и не устраняла запрет на выезд в Израиль. Небольшой МАОЗ на много лет стал первой и единственной общественной организацией в Израиле, начавшей бороться за алию из СССР.
МАОЗ означает «крепость».
Маоз, крепость, могучая твердыня, оплот спасения моего.
Тебя подобает восхвалять.
Да будет воздвигнут Дом молитвы моей,
и там мы принесем благодарственную жертву.
(Песня, которую поют после зажигания ханукальных свечей в честь победы Маккавеев)
Израильское правительство не хотело осложнять политические отношения с Советским Союзом. «Правительство призывало к тихой дипломатии: полагаться на государственные структуры, не действовать самостоятельно и открыто, не раздражать советских властителей, утверждая, что это только повредит советским евреям», – писал журналист Йоси Ахимеир в 1971 году.
«Спасение евреев России возможно только на сионистской основе, путем их репатриации в Израиль, – писал Бейт-Цви. – Главное препятствие – нежелание советских властей разрешить их выезд. Значит, первая задача – устранить это препятствие. Следует подчеркнуть, что имеется в виду не обыкновенная алия, а ИСХОД, то есть очень большая алия, которая в течение нескольких лет приведет большую часть евреев России в Израиль.
...Но их избавление не придет без помощи извне. Их спасение – долг их братьев в государстве Израиль, которое было создано специально для этой цели. Если государство откажется от этого своего долга, оно может, не дай Б-г, потерять свое право на существование. Израиль обязан быть преданным евреям России не менее, чем они преданы Израилю. Израиль нуждается в евреях России не менее, чем они нуждаются в Израиле. Поэтому нет у Израиля более важной и неотложной задачи, чем спасение евреев из СССР».
Мой народ! Да, я счастлив уж тем, что твой сын!
Никогда на меня не посмотришь ты взглядом косым.
Ты заглушишь меня, если песня моя не честна.
Но услышишь её, если искренней будет она.
Иосиф Бродский
МАОЗ ежечасно напоминал государству и общественности об этой ситуации, раздавал листовки, устраивал митинги. С 1964 года накануне каждого праздника Песах рассылал десятки тысяч экземпляров плаката «Кес Аль-Доми» («Стул. Не молчи!») с картиной Моисея Маймона «Марраны» («Тайный седер в Испании во времена инквизиции», 1893) и надписью «Отпусти народ мой!» на разных языках, и предлагал оставлять во время пасхального седера свободный стул в знак солидарности с евреями СССР. Слова «Аль-Доми» взяты из Теилим 83:2, где сказано «Б-же, да не будет у Тебя покоя, не молчи и не будь спокоен».
Кстати, Российская академия художеств за эту картину присудила Маймону – одному из первых художников-евреев – звание академика.
В 1965 году МАОЗ подал в Кнессет петицию со ста тысячами подписей в поддержку советских евреев. В 1968 году организацию возглавила уроженка Херсона Голда Елин.
Голда Елин. 1960-е годы
Печатались десятки книг и брошюр. Распространялись информационные листы об отказниках в СССР, организовывались голодовки у Стены Плача и демонстрации, продолжавшиеся до тех пор, пока последние отказники не покинули Россию.
«Отпусти народ Мой». Монета номиналом в 100 израильских фунтов в золоте. 1971
В 1987 году МАОЗ получил новое название «МАОЗ – сионистское национальное движение».
Мы наблюдали, как советские сионисты получили право свободного выезда. И крошечный, держащийся лишь на безграничном энтузиазме своих членов МАОЗ сыграл в этом огромную роль.
Читайте также
Все материалы рубрики
Романтик и герой Авшалом Фейнберг: поэтическое свидетельство
Каждой нации нужны легенды, ключевые фигуры в ее истории — восставшие и боровшиеся с темными силами, которые мешают светлому будущему
Мария Якубовичмузыковед и культуролог
Каждой нации нужны легенды, ключевые фигуры в ее истории – восставшие и боровшиеся с темными силами, которые мешают светлому будущему. «Шпионское кольцо» НИЛИ, семья Ааронсонов и Авшалом Фейнберг – именно такие герои. И одновременно очень живые люди со своими страстями.
Их судьбы не забыты, по сей день вдохновляют нас, и все время всплывают новые и новые факты.
Я хочу рассказать об одной известной израильской песне.
Стихи для нее – «Тысяча поцелуев» – в виде реального письма, полного страсти, тоски и эротики, написал несчастный романтик, авантюрист и герой Авшалом Фейнберг: работник сельскохозяйственной станции в Атлите, близкий друг друг руководителя этой станции (и НИЛИ) Аарона Ааронсона и его двух сестер – Сары и Ривки.
Авшалом Фейнберг Фото: музей НИЛИ
Утверждают, что письмо было адресовано Ривке Ааронсон. Учитывая, что когда они познакомились, ей было всего шестнадцать, письмо звучит очень и очень смело.
Письмо «Тысяча поцелуев». Фото: Национальный музей Израиля
Тем не менее даты не совпадают. Личность адресата так и не раскрыта. Фейнберг написал письмо 18 октября 1910 года, но с Ривкой встретился только в декабре того же года – и передал письмо ей.
Ривка и лечебные травы на сельскохозяйственной станции в Атлите. Фото: музей НИЛИ
Известно, что Авшалом и Ривка собирались пожениться. Но с ростом опасности от подпольной деятельности «Шпионского кольца» юную Ривку вместе со старшим братом Александром семья отправила из ишува в Америку.
Авшалом и Ривка. Фото: музей НИЛИ
Авшалом и старшая сестра Сара очень сблизились. Хотя Сара была уже замужем, но оставила мужа вместе с братом Аароном в Турции, вернулась в Атлит и стала фактическим командиром смелого подполья.
Авшалом и Сара. Фото: музей НИЛИ
Что именно произошло в этом треугольнике на самом деле, никто не знает. Некоторые утверждают, что Ривка, узнав об этом романе, дала понять оставшимся членам семьи, что принимает его, и поэтому они не препятствовали этой связи. А некоторые утверждают, что между Авшаломом и Сарой не было ничего, кроме чистой дружбы товарищей по подполью.
Но известно еще одно любовное письмо, уже не стихотворное – письмо Авшалома Саре Ааронсон.
Письмо Авшалома Саре. Источник документа – Национальный музей Израиля
Именно поэтому семья Ааронсон долго скрывала всю свою переписку.
Авшалом Фейнберг был убит на Синае бедуинами в январе 1917 года во время секретной миссии для НИЛИ.
Существует еще одно письмо, в котором Сара повествует Ривке и Александру о его гибели.
«Если бы вы знали, мои дорогие, сколько раз я начинала писать вам.
Как я знаю из письма Ривки, мои котята не знают подробностей о нашем покойном возлюбленном, и так трудно это рассказать: сердце разрывается и горе так огромно.
...Вы знаете, как сильно наш мальчик хотел решить вопрос наших еврейских интересов с англичанами. Но когда он после успешной миссии, полный надежд, вернулся в Эрец Исраэль, связь внезапно прекратилась. Кто знает, почему.
...Наш возлюбленный потерял терпение и снова начал искать опасные пути. Как я умоляла его и указывала на опасности пути! Я предчувствовала дурное, но не было никакой возможности его убедить. Моя дорогая, наша беда так тяжела и глубока.
Наш возлюбленный с другом отправились в пустыню. По пути они столкнулись с патрулем бедуинов, которые стреляли в них и преследовали их, и он погиб.
Мой мальчик, Ривка, был несчастен и страдал больше, чем мы с тобой. Я была единственной, кто мог очистить его сердце, мысли и надежды, и я помогла ему, ободрила и почти усыновила его. Наш друг и возлюбленный стремился и страдал всю свою короткую жизнь и пал, как герой. Уже шесть месяцев его с нами нет. Но наша работа останется в памяти людей и будет названа в честь любимого – Авшалом».
Письмо Сары Ривке. Источник документа – Национальный музей Израиля.
Спустя несколько месяцев, в начале октября 1917 года Сара Ааронсон была арестована турками, подверглась жестоким пыткам. Три дня она умирала и застрелилась, чтобы не раскрыть информацию о подполье.
Сара. Фото: музей НИЛИ
Ривка дожила до 89 лет, так и не выйдя замуж, и всегда появлялась на публике в элегантных белых кружевных платьях – как невеста под хупой, вечно верная ушедшему возлюбленному.
Ривка. Фото: музей НИЛИ
А слова «Тысячи поцелуев», написанные на высоком, поэтическом, богатейшем иврите, вдохновили Мирит Шем Ор на написание песни, музыку к которой написал ее муж, известнейший певец и композитор Цвика (Генрик) Пик. Йеорам Гаон записал ее в 1985 году.
А еще послушайте вариант в исполнении Цвики Пика.
Юный Авшалом сто лет назад писал:
«Тысяча поцелуев тебе, любовь моя.
Так влюбленные заканчивают письма, которые их роднят еще больше.
А я так начинаю свое письмо тебе, любовь моя.
Куда я хочу тебя целовать?
Тысяча поцелуев тебе, любовь моя.
Прежде всего, я бы поцеловал тебя в чистый белый лоб.
От него мои поцелуи разбегались бы на твои чёрные кудри, как лучи короны, как жемчужное ожерелье, которым красавицы украшают себя.
А потом я прошептал бы тебе в две перламутровые раковинки, твои уши, две маленькие сладкие тайны, как кровь звенит в сердце моем.
Мои губы скользили бы дальше к твоим бровям и твоим ресницам.
А потом я целовал бы твои глаза, круглыми, быстрыми и звонкими поцелуями, как пьют с жаждой стакан вина в жаркий летний день.
А затем целовать, целовать, целовать ямочки на твоих щеках и родинку на подбородке.
И вобрать ртом твои розовые губы, дышать, дышать и дышать поцелуем, пока мы не задохнемся.
И на твоей снежной чистой шее, чьи движения так нежны, поцелуями спуститься к маленькой ямке между ключицами.
И осыпать градом поцелуев плечи.
И положить голову тебе на грудь, точно найти, где бьется твое сердце, и через платье, кожу, плоть и кровь почувствовать его губами.
И целовать твои стан и колени.
И целовать твои душистые и свежие руки, белые нити любви.
И пошлю поцелуи каждому из твоих очаровательных движений, волнующему веселью без цели...
Я хотел бы приникнуть ртом к источнику света, и это был бы поцелуй тысячелетия. Но небеса не в глазах грешников, свет не для нечистых земных губ, и поэтому невозможность этого вечного поцелуя навсегда обожжет мои губы и лишит меня дыхания до смерти.
Тысяча поцелуев тебе, звезда моя!»