В каждом номере «КГ» мы знакомим наших читателей с выходцами из общины, добившимися успехов в выбранной ими профессии. Это писатели и поэты, художники и музыканты, политические и общественные деятели, учёные и бизнесмены. Но есть одна профессия, среди представителей которой преуспевших горских евреев, да и вообще евреев за годы Советской власти были считанные единицы. Сегодня вашему вниманию мы предлагаем интервью с Исааком Юнатановичем Мишиевым, полковником милиции, руководителем следственного отдела УВД Пензенской области.

Исаак Юнатанович родился в Дербенте в 1946 году, в многодетной еврейской семье. Тяжёлые послевоенные годы, бедная семья, неудобная национальность и, как теперь принято говорить, ни связей, ни протекции. Чего можно добиться в такой ситуации? Оказывается, многого!

Я, как любой нормальный человек, в той стране - к милиции, а в этой - к полиции отношения не имела никакого. И никогда не стремилась с органами правопорядка познакомиться поближе. Ну, разве что сериалы. Сериалы о жизни милиции я люблю. Особенно, знакомые с детства: «Следствие ведут знатоки», «Место встречи изменить нельзя», Да и сегодняшняя «Каменская» тоже ничего.

- Их сейчас столько развелось! Какой канал ни включи. А ведь неправда это всё. Художественный вымысел. Я, конечно, понимаю: если всё показать, как оно есть на самом деле, никто это с замиранием сердца смотреть не будет. В жизни оно во много раз интереснее происходит, но зритель этого не поймёт, потому что происходящее не всегда ярко и красочно и, конечно, менее романтично. Но в этих сериалах иногда сильно перебарщивают. Показывают вещи ну просто незаконные. Они так улики добывают, что ни один суд в мире их как улики не примет. После такого расследования 90% преступников были бы оправданы за недоказанностью преступления. Самый правдоподобный сериал это «Следствие ведут знатоки», пожалуй. А все остальные - художественный вымысел. Враки, одним словом.

- Но Вы же их всё-таки смотрите?

- Жена смотрит, а я ей смотреть мешаю. Не могу удержаться от комментариев. Ох, она злится! Говорит, что я ей всё удовольствие своей «правдой» порчу.

Но, надо сказать, что один правдоподобный момент в сериалах есть. Мы тоже после хорошего расследования можем крепко выпить. Это уж как водится.

Стройный, подтянутый, взгляд открытый, изучающий, чувство юмора прекрасное. Это мой сегодняшний собеседник - полковник милиции Мишиев Исаак Юнатанович. В Израиле он гость. Приехал в отпуск к родственникам, а я не упустила возможность побеседовать. Не каждый же день, согласитесь, встречаются настоящие полковники.

В самом начале разговора он упомянул, как бы невзначай, что на пенсию не отпускают. Он точно знал, какая у меня на эти слова последует реакция. Ну, ещё бы! С его-то опытом в сыскном деле!

- Как, на пенсию? А сколько же Вам лет?

Спросила и сама смутилась. Но, в конце концов, он же не женщина, и, скорее всего, тему эту задел не случайно. Знает ведь, что выглядит лет на десять моложе своего паспортного возраста.

- Откройте секрет Вашей молодости. Спорт, здоровый образ жизни, никаких излишеств?

Ну, я и спросила. Это с его-то работой? Как раз место для здорового образа жизни. Один вопрос несуразнее другого. И что это со мной. Я же совершенно о другом собиралась спрашивать.

- Спортом занимался когда-то. Никаких излишеств? Здоровый образ жизни? Это момент важный, но не главный. А знаете, что главное? Я для себя давно это понял: медленнее стареет тот, кто любит жизнь. Человек жизнерадостный, умеющий радоваться каждому дню, любой мелочи, любящий свой дом гораздо дольше остаётся молодым. И особенно важно, чтобы человек любил свою работу. Это громадный стимул для поддержания жизненного тонуса.

Судя по тому, как Вы выглядите, можно сделать вывод, что работу свою любите.

Очень. Я о ней мечтал, я к этому стремился. Шёл очень трудно, но добился своего. И сейчас можно сказать, что я счастлив.

- Но ведь тяжёлая же работа, опасная и, надо сказать, не очень хорошо оплачиваемая.

- Это правда. Но на сегодняшний день ко мне всё перечисленное не так сильно относится. Всё-таки должность. А на предыдущих ступенях именно так и было. Я тут в Израиле посмотрел, как полиция работает. Мне специальную экскурсию организовали. Есть много общего, но и отличие есть существенное. Работают они здесь легче, а получают гораздо больше. У них и техническая оснащенность, и транспорт. Здесь нет, к примеру, милицейских патрулей. Машины курсируют, это точно. А наши ногами ходят. Каждый на своём участке. И это, между прочим, очень эффективно. Таким образом, предотвращается огромное количество правонарушений. А профилактика - это первейшая задача правоохранительных органов. Гораздо важнее предотвратить преступление, чем потом его раскрывать и кого-то наказывать. Поэтому у нас так много милиции на улицах. Здесь я этого не видел.

- Ну а в оцеплениях или в местах большого скопления народа?

- А у нас ещё и на каждом углу, на каждой улице. Кстати, здесь и к правонарушениям по-другому относятся. Был я в полиции, видел. Слов нет – компьютер вещь отличная. Но у меня сложилось впечатление, что в деле розыска преступника он и помогает, и мешает. С одной стороны он даёт огромное количество возможностей по передаче и сбору информации. А с другой - полицейский меньше думает, меньше запоминает и хуже от этого соображает. Всё, что здесь за людей делает техника, мы делаем головой и ногами. Мы ходим, разговариваем, наблюдаем, запоминаем, делаем выводы. И раскрываемость у нас выше. Вот, к примеру, кража мобильного телефона. Вы тут даже и заявлять в полицию не пойдёте. А у нас заявляют. И мы ищем, и даже находим, хотя это очень тяжело сделать. Или автомобильные угоны. У нас этим целые отделы специалистов занимаются. А тут у меня сложилось впечатление, что всё сводится к получению страховки.

И тут я, совершенно непонятно зачем, начала рассказывать о своей украденной машине, об ограбленной квартире подруги. Мой собеседник внимательно меня выслушал, задал пару наводящих вопросов и сделал вывод, что с таким количеством фактов и совпадений для опытного следователя эти дела вполне раскрываемые. А я со вздохом констатировала, что в обоих случаях наша полиция ничего не нашла. Но я уже израильтянка, поэтому попыталась как-то защитить своих:

- И всё же у нас тут жизнь поспокойнее. Правонарушений меньше. Даже ночью можно гулять и никого не опасаться.

- И у нас можно. Точнее, уже можно!

- С каких это пор? Я помню, меня родители в 9 вечера на остановке встречали, так опасно было ходить.

- Было, не спорю. Но сейчас другие времена.

- Неужели всех пересажали?

- Ещё не всех. Но порядок налаживается. Жизнь совсем другая стала. Разгул преступности и беспредел времён смутного времени перестройки закончился. Наладился порядок. Теперь и у нас можно гулять в 3 часа ночи.

- Это только у вас или в целом по России?

- У нас точно, но и в целом по стране гораздо спокойнее стало.

- И Вы хотите сказать, что не бывает уже таких случаев, когда преступление раскрыто, виновный найден, вина его доказана, и вдруг один телефонный звонок сверху, и бандит выходит на свободу с чистой совестью?

- Прошли те времена. Уже не бывает. Даже депутатов без особых затруднений лишают депутатской неприкосновенности. Мало того, губернатор говорит открытым текстом: ловите, сажайте, вот вам моя санкция.

- Это Путин такой порядок навёл?

- Не люблю говорить хвалебные слова в адрес вышестоящих, но тут это истинная правда. Заслуга его велика. И народ это, видит. И если правительство примет закон, разрешающий ему ещё раз баллотироваться, народ его поддержит.

И тут вдруг я поняла, в чём необычность нашей беседы, и чем это интервью отличается от всех остальных, проведённых мной для газеты. Всегда инициатива была в моих руках. Я заранее продумывала вопросы, задавала их во время интервью, а собеседник на них отвечал. В данном случае правила игры диктовала не я, а он. Полковник так мастерски руководил ходом нашей беседы, что я даже забыла про свои домашние заготовки. Ну, уж нет, товарищ полковник! Вы, конечно, профессиональный следователь, но и мы тоже не лыком шиты! Вы со мной собрались о российской политике поговорить? Тема, конечно, интересная. Но меня больше интересует Ваша персона. Не надо уходить в сторону. Не удастся.

- Исаак Юнатанович, Вы так вдохновенно рассказываете о российской милиции. Понятно, что работа - это главное в Вашей жизни. И всё же, если представить, что Вам нужно выбрать другую профессию, кем бы Вы стали?

- Я начал работать с 13 лет. Ящики сбивал под виноград. А потом освоил профессии сварщика, каменщика, сверловщика, слесаря-инструментальщика. Я много чего умею. Но в вопросе выбора профессии на всю жизнь у меня альтернативы не было. Я хотел быть только следователем. В 19 лет уехал из дома. 3 года отслужил в армии, потом учился в Школе милиции. Окончил её, получил звание лейтенанта и поехал по распределению в самый дальний район Пензенской области работать следователем, как и мечтал. А позже уже закончил Академию МВД. Не могу себе представить, кем бы я стал, если бы не был следователем. Могу точно сказать, кем бы я Не стал!

- И кем же?

- Я никогда бы не стал адвокатом, хотя моё образование это позволяет, и многие мои сокурсники пошли именно в адвокатуру.

- Там, наверное, денег больше?

- Безусловно! Нечего и сравнивать. Но я ни за какие деньги не смог бы защищать преступника. Понятно, каждому подсудимому по закону положен адвокат, и кто-то эту работу должен выполнять. Но на это нужен определённый склад характера. Я бы не смог. Кстати, мой старший сын тоже пошёл по моим стопам. Старший лейтенант, следователь. Хоть и зарплата маленькая, но работу свою очень любит. А в нашем деле без этого нельзя. Недаром у нас такая текучесть кадров. Кто-то сам сбегает, кого-то увольняют за несоответствие, а иногда и за нарушения. А остаются только люди, по-настоящему преданные делу.

- А самое первое своё дело Вы помните?

- Ну, конечно! Разве такое можно забыть? Мой первый выезд в должности следователя райотдела милиции был на пожар с трупом женщины.

- А вот в кино показывают, как тяжело молодые следователи воспринимают трупы. А какова была Ваша реакция? Страшно? Противно?

- Нет. Я с самого начала нормально реагировал, принимал это как часть моей работы. Осматривал трупы, присутствовал на вскрытиях. Был в моей практике только один случай, когда я не выдержал. Не смог присутствовать на вскрытии. Это было вскрытие трупа восьмилетней девочки. Она шла с матерью за руку по обочине дороги. Проезжавшая машина вырвала её из руки матери и отбросила в сторону. Я пришёл в морг, посмотрел на это крошечное тельце, попросил эксперта, чтобы написал в протоколе, что я был, и ушёл.

- Очень страшно!

- Конечно, страшно. На сегодняшний день я с такими вещами меньше сталкиваюсь. Должность, всё-таки.

- Как называется должность, которую Вы сегодня занимаете?

- Зам. начальника следственного управления УВД Пензенской области.

- А что по поводу очередного звания? Не пора ли стать генералом?

- Плох тот солдат... Но в моей ситуации мечтай, не мечтай, а должность у меня полковничья. От полковника до генерала нет временных рамок. Может пройти неделя, а может вся жизнь. Всё зависит от занимаемой должности. Но если честно сказать, меня моё сегодняшнее положение устраивает. Вы не поверите, но я выше идти даже и не хочу. Вот говорят: человек на своём месте. Я сегодня именно на своём месте.

- И всё же когда-то придётся выйти на пенсию. Чем заниматься будете? Вы совсем не похожи на человека, которого устроит ковыряние в собственном огороде и прогулки с внуками по парку.

- Это точно. Я без работы не смогу. Пойду преподавать. Меня и сейчас зовут, но времени не хватает.

- А писать никогда не хотелось попробовать. Ведь Вы в своей практике видели много интересного.

- Никогда об этом не думал. Кто его знает? Всё может быть.

Эх! Жаль, что Вы живёте в Пензе, подумала я. Жили бы в Израиле, наверняка совместными усилиями написали бы десятка два рассказов. Уж очень интересный Вы собеседник. Ну, настоящий полковник!

Маргарита Козакова, «Кавказская газета»

Автор: Маргарита Козакова, «Кавказская газета», Израиль