10 ноября 2026, вторник30 Хешвана 5787 — конвертер дат
Логотип STMEGISTMEGI TVSTMEGI Junior
Культура и Искусство 7 мин чтения 589 просмотров

Наталья Пинхасова - пианистка и менеджер из Сан-Франциско

Игру Натальи на фортепиано приятно слушать, музыка словно льется из-под ее пальцев. Она очень эмоциональная, подпевая себе, как бы создает ансамбль. Часами можно слушать с прикованным вниманием ее игру.

СРедакция СТМЭГИ

Игру Натальи на фортепиано приятно слушать, музыка словно льется из-под ее пальцев. Она очень эмоциональная, подпевая себе, как бы создает ансамбль. Часами можно слушать с прикованным вниманием ее игру. Прекрасная мать, дочь, жена. Везде, где Наташа, светло и радостно. Ее анекдоты доводят общество до истерического смеха. Где она их черпает, как сочиняет? Для всех загадка, главное точное попадание, относящееся к тому или иному персонажу. Деликатность, восприимчивый ум, природная красота - вот к чему всегда тянулись её друзья по работе, где проходила большая часть жизни, и конечно родня, где она чувствовала свое признание.

Наталья Сергеевна Пинхасова родилась и выросла в г. Нальчике, сестра - медработник, она пианистка. Родители были любящей парой, и никто не выдавал замуж ее маму - Нелю. Неля по любви вышла замуж за красивого и способного молодого солдата …. Но жизнь развернула все наоборот и семья распалась, мать сама растила двух дочерей, работала учителем немецкого языка, а в 90-е годы уже администратором в гостинице.

Натали, так ее зовут на работе уже в Сан-Франциско, сменила профессию и начала с самого унизительного труда. Благодаря ее способностям она в эмиграции не потерялась, не впала в депрессию, а шла по жизненному пути шаг за шагом. Способности педагога приносили успех, её ученики всегда отличались музыкальностью и технически были подкованными, и сама она много играла и прекрасно аккомпанировала. А когда она импровизировала и пела свои куплеты - это было что-то!

Ей пришлось буквально бежать из Нальчика с мамой, двумя детьми и мужем. Дети какое-то время не ходили в школу, их прятала ее тетя, которая жила в городе. Местные бандиты отняли ее квартиру и квартиру ее матери, угрожая ей. Но на помощь пришла бабушка (Светлая ей память), прислала визу и семья вылетела в страну, о которой ничего не знала. Надо было думать, как подниматься. Мама была не сильная женщина, она болела, и Наташе надо было самой все решать, что-то предпринимать и конечно как-то подрабатывать. Но суть в том, что не имела молодая женщина амбиций, да и некогда было, приходилось работать и в школе у матушки, так называют директора школы старорусских в Сан-Франциско, а школа имени Л.Н. Толстого. В этой школе педагог фортепиано утром пекла блины, а потом вела уроки русского языка и музыки, знакомила детей с песнями русских композиторов, со знаменитой «Калинкой», притом, что даже их родители не были рождены в России. И вот пианистка начинала работать, где придется, и в том же отеле, где сегодня она менеджер. Я видела этот отель, когда была в Калифорнии, в холле стоит прекрасный белый рояль.

Как-то Натали пришла на подработку и села за рояль, начала играть «Экспромт-Фантазию» Ф. Шопена. В это время на гастролях в Сан-Франциско был знаменитый виолончелист Мстислав Ростропович, он жил в этом отеле с женой. Услышав музыку, да еще в таком прекрасном исполнении, Мстислав Ростропович с женой долго стояли и слушали игру кавказской женщины, которая пришла на подработку. Она часто вспоминает эту встречу. Конечно, после игры они познакомились. Маэстро преподнес Натали два приглашения на свой концерт и пригласил ее и мужа на ужин, ведь как приятно среди англоговорящих увидеть и услышать русскоязычную пианистку. Не заметить ее было невозможно. Яркая, с прекрасными вьющимися черными волосами, слегка подобранными заколкой, огромными ресницами, сияющими глазами, да еще и очень коммуникабельная. Они сразу нашли общего знакомого - нашего земляка нальчанина Юрия Темирканова, дирижера Санкт-Петербургской Филармонии. Они жили на одной улице, и дома стояли рядом. Мама Натали училась с Юрой в одном классе в послевоенное время. Ели мамалыгу, лакумы кабардинские, еврейские чуду, да и жили очень дружно. Кто мог предположить о такой совершенно случайной встрече. В течение месяца Мстислав Ростропович жил в отеле, где Натали уже получила работу менеджера, и в знак признательности музыканту-пианистке он подарил на память очень дорогое украшение, которое Натали хранит как дар от самого доброго и неповторимого музыканта. Как-то в разговоре Натали сказала: «Я не могла предположить, что жизнь так поменяет все, и даже профессию». Но жизнь преподносит сюрпризы. С музыкой она, конечно, не расстается, имеет учеников по игре на фортепиано.

«Старые Русские» - так именуются люди, уже в третьем поколении родившиеся в Америке, но говорят все по-русски, учат детей русскому языку и музыке, и всем русским народным песням, и конечно наши педагоги музыки востребованы, но не настолько, чтобы можно было жить так, как этого хочется, но, тем не менее, есть подработка. Освоив несколько компьютерных программ, наши люди устраиваются неплохо, что их, как говорится, кормит.

Наталья оптимистка, свое 50-летие она встретила рождением внука. Ему уже 6 месяцев, и сегодня ее жизнь полна радости с этим младенцем. Как-то она мне позвонила на скайп и показывает, как под ее аккомпанемент внук танцует «Лезгинку» и «Баригель». Дочь держит его за плечики, а он ножками вытанцовывает, а папа ашкеназский еврей. Вот вам кавказские корни.

ДА! Много прошла эта женщина в эмиграции, мама получила инсульт и теперь в кресле, сама перенесла дважды зловещее заболевание и, принимая лечение, работала, дабы не потерять свое место, которое она заработала своим отношением к работе, своей культурой и не в последнюю очередь своими музыкальными способностями. В её кабинете всегда тихо играет музыка, ностальгическая, наша кавказская музыка. Испытания, которые ей были посланы, она преодолевала, не впадала в панику и истерию, главное, что она вновь обрела надежду на счастье и жизнь.

Анекдоты - это ее хобби, и всякий раз она выглядит очень убедительной. Успех она познала с семнадцатилетнего возраста, была известна людям, далеким от мира искусства. Благожелательность, простота, миловидность, ее лицо было словно создано для камеры - никаких изъянов. В тонких чертах проступало изящество... С возрастом она становилась еще красивее, хотя едва ли можно ожидать, что в 50 лет время не оставит на лице свои следы. Она выглядит совершенно сногсшибательно. Она была и есть борец, не сдалась ни перед ударом болезни, ни перед тем, с чего начинала свою трудовую деятельность, но явно это не случайность, это труд, сила воли, и конечно огромное желание жить ради семьи и детей. Дочь живет в Лос-Анджелесе, окончила университет, мама удивительного малыша, который поднимает настроение окружающим и родственникам с обеих сторон.

Натали, время, к сожалению, летит с быстротой молнии. Вот ты уже и бабушка, а здоровье поборет все! У тебя прекрасная энергетика, ты заряжаешь любое общество своими анекдотами, будь они несколько и хулиганскими, или с намеком на какую-то личность, это есть прекрасное умственное состояние. Уверенность в себе и надежность - вот что ее держит и дает ей силы, таких женщин немало у нас в общине. А тупики и острые углы не могут обходить тех, кто стремится к большому, величественному. Натали, я помню, как ты училась в музыкальной школе, в училище играла всегда огромнейшую и завышенную программу, потом работала в музыкальной школе №1, в школе искусств «Шуламит» и «Товуши», и многие ребята помнят тебя, «вот та красивая, которая нам играла наши любимые песни, разыгрывала с нами сценки». Я знаю, что твои кумиры Маврыкина и Никитична, ты и сейчас пародируешь их так, что невозможно от смеха успокоиться, вот это и есть жизнь. Пусть Бог даст тебе много здоровья, удачи, желаю тебе быть вечной оптимисткой. Теперь ты в двух лицах - менеджер огромного отеля и пианистка.

Как-то мне Натали рассказала, что была свадьба еврейская в зале отеля, более 500 человек, и отец жениха, американский еврей, обратился к ней с просьбой сыграть еврейские песни. Конечно, она сыграла, ведь опыт работы в еврейской школе на Кавказе не прошел бесследно, все, что заложено в человеке, будет всегда востребовано и иногда настолько помогает, что ты и предположить не можешь. Ее девиз - не сдаваться! Идти вперед, преодолевать все препятствия на пути. Я долго думала после разговора с ней о том, что кавказская женщина действительно сильная. В Израиле многие женщины зарабатывают мытьем полов, уборками, кто чем, и нет апломба, как у некоторых наших мужчин. Вот это женщина Кавказа! Истинный горец Расул Гамзатов в те далекие времена писал: «Я руки женские целую...». Вот отношение искреннее к нашим женщинам. Не дожидаясь очередного анекдота от тебя, я хочу оставить четверостишье:

Рассвет приходит и уходит к тем, кто видел тьму.

Во всем ее убийственном величии...

Кто плакал от людского безразличия,

Но безразличным не был ни к кому.

Рассвет приходит к тем, не зная ни усталости, ни лени

Кто, обессилев, падал, но поднимался и продолжал идти!..


Автор: Материал подготовила Инесса Ташаева

Следующая статья· Культура и Искусство
Культура и Искусство 5 мин чтения 1,1 тыс. просмотров

Москва еврейская. Забелина, дом 5. Осип Мандельштам

Скоро два года, как в Москве был открыт памятник великому русскому поэту Осипу Эмильевичу Мандельштаму.

СРедакция СТМЭГИ

Скоро два года, как в Москве был открыт памятник великому русскому поэту Осипу Эмильевичу Мандельштаму. Справедливости ради надо сказать, что это четвёртый памятник из установленных до этого времени в разных городах и странах. Все они и похожи, и не похожи. Похожи, наверное, тем, что равнодушные и сторонние люди не брались за его воплощение. А те, кто любил и понимал поэзию Мандельштама, в первую очередь и пытались именно поэзию воплотить в камень. Памятник - это не бюст, по словам самого скульптора, - это голова, устремлённая вверх. Характерная поза Мандельштама при жизни - он всегда был похож на гордую и пугливую птицу.

Хорошее место было выбрано для памятника. Он стоит в очень тихом месте, на углу двух улиц, Забелина и Старосадской, в скверике, и как раз напротив дома и окон квартиры, где он жил периодически у «брата Шуры». Брат Осипа Эмильевича - Александр - жил со своей женой в маленькой, похожей на пенал комнатке в большой коммунальной квартире, где обитали ещё девять семей. Судя по воспоминаниям самого Мандельштама, он не любил эту квартиру. Вот что он пишет: «Рядом со мной проживали суровые семьи трудящихся. Бог отказал этим людям в приветливости, которая всё-таки украшает жизнь. Они угрюмо сцепились в страстно-потребительскую ассоциацию, обрывали причитающиеся им дни по стригущей талонной системе и улыбались, как будто произносили слово «повидло».

Строки эти Мандельштам писал, находясь уже далеко от той квартиры и от Москвы. Случилась страшная и странная история, заставившая Мандельштама бежать из Москвы, и он прожил семь счастливых лет в Армении. История такая. В бурлящие, суровые годы становления Советской власти Мандельштам был оглушен происходящим, он, человек абсолютно аполитичный, живущий в мире поэзии, не понимал и не принимал происходящего. Разруха, голод, расправы, кровь - всё, что окружало его, повергало в ужас. Но надо было жить и разбираться в том, кто прав, кто виноват. Надо было принимать действительность.

Из воспоминаний Георгия Иванова: «Когда пришёл «Октябрь» и «неудачникам» всех стран были обещаны и дворцы, и обеды, и всяческие удачи, Мандельштам оказался «на той стороне» - у большевиков. Точнее - около большевиков.... Это было, конечно, не совсем хорошо, но и не так уж страшно, если подумать, какой безответственной (притом голодной, беспомощной, одинокой) «птицей Божьей» был Мандельштам».

Однажды на каком-то большевистском банкете, где «интеллигентские бородки и золотые очки вперемежку с кожаными куртками», и «среди этих очков, «Пупсика», «Интернационала», водки и икры» Мандельштам стал свидетелем того, как некто Блюмкин выписывает ордера на расстрелы. Блюмкин - комиссар, одетый в кожаную куртку, был сильно пьян и, перебирая бумаги, бормотал имена и фамилии: «Кто такой? Не помню... Ну, все равно в расход...». Мандельштам, с недоеденным пирожным в руке, застыл, глядя на это. И вот «Мандельштам, который перед машинкой дантиста дрожит как перед гильотиной, вдруг вскакивает, подбегает к Блюмкину, выхватывает ордера, рвет их на куски».

Потом он выбежал из здания, пока никто не успел опомниться, и бродил всю ночь по морозной Москве, бормоча: «Погиб, погиб, погиб...». А наутро случилось следующее. Он был приглашен к Дзержинскому. Дзержинский выслушал рассказ очевидца, почесал бородку и... поблагодарил Мандельштама за бдительность и выполненный долг честного гражданина. А потом добавил: «Сегодня же Блюмкин будет расстрелян». Но этого не случилось. Блюмкин каким-то образом оказался на свободе и вот тут Мандельштам понял, что приобрёл страшного врага, и ему надо бежать. Неизвестно, каким образом без денег, на одной лишь энергии самосохранения, он оказался через пять дней в Грузии, где смог вздохнуть более-менее свободно. Правда, в Грузии его приняли сначала за большевистского шпиона, и он некоторое время провёл в тюрьме. Но в такой ситуации для Мандельштама не было более надёжного места, чтобы отдышаться и прийти в себя.

Может быть, история эта разрушает стереотип о «героизме» Мандельштама, который писал стихи, за который был сослан и погиб. Но это всё тот же Мандельштам. В ноябре 1933 года он пишет антисталинскую эпиграмму «Мы живём, под собою не чуя страны…». Пастернак назвал это самоубийством. Но были ещё такие стихи, как будто предрекающие судьбу поэта:

Мне на плечи кидается век-волкодав,

Но не волк я по крови своей.

Запихни меня лучше, как шапку, в рукав

Жаркой шубы сибирских степей

Чтоб не видеть ни труса, ни хлипкой грязцы,

Ни кровавых костей в колесе,

Чтоб сияли всю ночь голубые песцы

Мне в своей первобытной красе.

Уведи меня в ночь, где течет Енисей

И сосна до звезды достает,

Потому что не волк я по крови своей.

И меня только равный убьет.

Власти, видимо, долго не понимали скрытого смысла его стихов. Возможно, принимали Мандельштама за поэта «не от мира сего» и потому не представляющего опасности для режима. Но, в конце концов, разобрались. В 1938 году Мандельштам был арестован и сослан в Сибирь. А в 39-м пришло сообщение о его смерти под Владивостоком. До сих пор достоверно ничего неизвестно: ни место, ни время гибели поэта, ни обстоятельства....

Когда-то в ранней молодости Георгий Иванов сказал: «... о Мандельштаме как-то особенно «позаботилась» недобрая фея, ведающая судьбами поэтов. Она дала ему самый чистый, самый «ангельский» дар и бросила в мир вполне голым, беззащитным, неприспособленным.… Барахтайся, как можешь». И Мандельштам «барахтался». Он был порою трогательным, порою невыносимым, занудствовал, выкуривал чужие сигареты, заливал кофе чужие рукописи, терял в дороге чемоданы и был порою просто смешон. Но в какие-то моменты проявлял гражданское мужество, недоступное многим. Вдруг становился отчаянно храбрым, даже безрассудным, и поражал этим мужеством и безрассудством современников. И нас, людей другого века.

В Москве 2012-го Мандельштам всё также смотрит птичьим взглядом на окна дома, где жил. На прохожих. На тех, кто приходит к нему. На поэтов, которые читают здесь свои стихи, собираясь каждый год в день памяти поэта - Осипа Эмильевича Мандельштама. Присутствующие на мероприятии не держат никакой политической атрибутики, лишь повязывают на себя белую ленту.


Автор: Материал подготовил Гарик Канаев