Глава «Ки таво» («Когда придешь») начинается с заповеди о первых плодах семи видов растений, которыми славится Эрец-Исраэль, и о специальном тексте, который мы должны произносить, когда приносим их в Храм.

Затем Тора указывает, когда мы обязаны отдавать отделенное от урожая в третий и шестой годы цикла шмита и что следует сказать при этом в Храме. Большое место отводит глава описанию особой процедуры, которую евреи должны были проделать, как только перейдут Ярден. Этой процедурой, о которой мы расскажем подробно, они еще раз должны были подтвердить, что принимают на себя все заповеди, предписанные Б-гом. А затем следует предсказание о том, как Всевышний будет отвечать на поведение Своего народа. Конкретно изложены благословения, которые получит еврейский народ, если будет соблюдать заповеди Торы, и проклятия, которые обрушатся на него, если он сойдет с ее пути.

Тора предписывает евреям, живущим на своей земле, ежегодно приносить в Храм долю от первых плодов выращенных ими растений:

«Возьми от начатка всякого плода земли, что получишь от земли твоей, которую Г-сподь, Б-г твой, дает тебе, и положи в корзину, и пойди на место, которое изберет Г-сподь…» (26:2).

Такое приношение называется бикурим. Отделяют его от урожая не всех растений, а только семи видов, которыми славится Страна Израиля (о них мы говорили в главе «Экев» книги «Дварим»).

Откуда мы знаем, что бикурим надо приносить не от всех плодов, а лишь от семи видов растений, ведь в стихе об этом не говорится?

На это нам указывает, во-первых, слово ме-решит — «от начатка» (не сказано решит — «начаток», потому что имеется в виду не весь он, то есть не от всех видов плодов) и, во-вторых, — слова «от земли твоей». Не просто от земли, но от особенной земли, которую дает тебе Сам Всевышний. Именно о ней в главе «Экев» сказано:

«В страну пшеницы, и ячменя, и винограда, и инжира, и граната, олив и [финикового] меда» (8:8).

Очень важно отдавать Б-гу все самое первое из того, что Он нам дает. Это относится и к первому ребенку, и к первому детенышу скота, и, как видите, к первым плодам растений.

Каждый год, заметив первый спелый финик или гранат на дереве в своем саду, первую созревшую гроздь в винограднике, первый налившийся колос на поле, человек должен взять от них немного для приношения в Храм. Конкретно Тора долю не определяет, но мудрецы постановили, что она должна составлять не меньше одной шестидесятой части от плода каждого вида.

Бикурим несут в Храм и, передавая их коhену, говорят:

«Заявляю ныне Г-споду, Б-гу твоему, что я пришел на землю, которую Г-сподь клялся нашим отцам дать нам» (26:3).

Если вас удивляет, почему говорят «Б-гу твоему», а не «Б-гу моему» или «Б-гу нашему», учтите, что принесший обращается к священнослужителю. Он как бы говорит: «Б-гу, Которому ты служишь, Б-гу, Которому служат в этом Храме».

А когда коhен ставит корзину перед жертвенником, говорят:

«Арамеец [Лаван] хотел гибели отца моего, а [затем] тот спустился в Египет… И творили нам зло египтяне, и истязали нас, и обременяли нас тяжкой работой… И вывел нас Г-сподь из Египта… И привел нас на это место, и дал нам эту землю, землю, текущую молоком и медом. А теперь вот принес я первые плоды земли, которую Ты дал мне, Г-сподь!» (26:5,6,8—10).

Мы перечисляем здесь все беды, из которых выручил нас Всевышний, прежде чем наш народ оказался в обещанной ему стране, радуемся тому, что мы наконец на своей земле, и признаем свой долг благодарности Б-гу, Который добр и милостив к нам.

Для того, чтобы мы могли понять следующий отрывок, надо объяснить, что, кроме отделения от первых плодов семи видов растений, которыми славится Эрец-Исраэль, евреи обязаны отделять определенную долю от нового урожая всех видов растений, выращенных на Святой Земле. Это уже не бикурим, а трумот и маасрот. Но бикурим отделяются прежде всего.

Ежегодно отделяют долю для коhена — трума гдола (у нее установленного размера нет, но было принято отделять одну пятидесятую от урожая после отделения бикурим). Затем отделяют долю для леви — маасер ришон — «первая десятина», то есть, как видно из названия, десятую часть от того, что осталось после отделения доли для коhена. Леви же отделяет для коhена одну десятую от своей доли — трумат-маасер.

Затем — и не каждый год, а четыре раза в семилетний период между годами шмита: в первый, второй, четвертый и пятый годы — отделяют маасер шени — «вторую десятину», которую сам хозяин съедает в Иерусалиме, в пределах городских стен.

В третий и шестой годы семилетия — то есть в те годы, когда не отделяют вторую десятину, отделяют маасер ани — «десятину для бедных». По размеру она равна второй десятине, то есть составляет десятую часть того, что осталось после отделения трума гдола и маасер ришон.

Заповедь об отделении приношений трума и маасер и о том, кому они предназначены, дана в главе «Корах» книги «Бемидбар» (18:12, 13, 21, 26), а заповедь о том, в какие сроки это надо сделать, — в главе «Ки таво».

«Когда завершишь отделять все десятины твоего урожая в третий год, год десятины, и дашь леви, пришельцу, сироте и вдове… то скажешь пред Г-сподом, Б-гом твоим: “Я убрал посвященное из дома и также передал это леви и пришельцу, сироте и вдове… по велению Твоему… Взгляни же из святой обители Твоей, с небес, и благослови твой народ Израиль, и землю, которую Ты дал нам, как Ты клялся нашим отцам, — землю, текущую молоком и медом”» (26:12, 13, 15).

Заповедь отделить и заповедь передать даны порознь, поскольку отделять мы обязаны в установленные сроки, а передать отделенную долю можно не сразу. Иногда человек имеет право выждать, пока у него не появится возможность отдать отделенное тому, кому он считает нужным: особенно почитаемому им коhену, крайне нуждающемуся бедняку. Что ж, это его право. Но есть временной предел и для передачи. Сделать это надо не позже, чем в канун первого после отделения праздника Песах, Шавуот или Сукот.

В третий и шестой годы, как вы теперь знаете, отделяется доля для бедных. Заботясь о том, чтобы беднякам не пришлось слишком долго ждать своей доли, Тора велит передать все отделенное и еще не врученное не позднее, чем в канун праздника Песах четвертого и седьмого годов. Она требует проверить, не осталось ли в хозяйстве что-либо отделенное для этой цели и еще не переданное по забывчивости владельца, и если осталось, немедленно отправить его по назначению — так, как мы избавляемся перед Песахом от всего квасного.

Но почему, если долю для бедных задерживать нельзя, передача ее все-таки откладывается до весны четвертого года? На это нам отвечают слова «Когда завершишь отделять все десятины твоего урожая в третий год…» — ведь сбор урожая нередко завершается после Сукот (инжир, например, остается на деревьях до Пурима), а значит, отделение десятин может затянуться до Песаха четвертого года.

«В году десятины» следует понимать как «в году одной десятины». Это год, когда из двух названных выше десятин приносят только одну — первую. А вместо второй отделяется десятина для бедных, на что указывают слова «пришельцу, сироте и вдове».

«Я убрал посвященное из дома и также передал…»

Слово «также» указывает нам, что вместе с отделенным в третьем году человек отдает и все, накопившееся ранее.

Итак, дважды в семилетие: в четвертый и седьмой годы после шмиты — мы обязаны не позднее Песаха отдать по назначению все, чего не отдали: долю коhаним, левиим и бедных. В это же время уничтожают маасер шени, если его вовремя не съели.

На теме Эрец-Исраэль сосредоточена вся глава. Евреи должны вступить в страну не просто так. Им предстоит воевать, делить землю между коленами, устраиваться на новой земле, но прежде всего они должны глубоко осознать, какое важное событие с ними происходит.

«И будет: в день, когда перейдете через Ярден на землю, которую Г-сподь, Б-г твой, дает тебе, установи себе камни большие и покрой их известью. И напиши на них все слова этого Учения после перехода твоего, чтобы ступить тебе на землю, которую Г-сподь, Б-г твой, дает тебе…» (27:2, 3).

Существует мнение, что на камнях были записаны в сжатом виде заповеди Торы.

И еще один приказ получают евреи: перейдя Ярден, шесть колен должны подняться на гору Гризим и шесть — на гору Эйваль. В долине между ними расположатся левиим и, обращая лицо поочередно к обеим горам, будут произносить благословения (в сторону горы Гризим) и проклятия (в сторону горы Эйваль).

Горы эти находятся возле города Шхем, одна напротив другой.

Интересно, что склоны их, обращенные друг к другу, представляют собой резкий контраст: склон Гризим покрыт травой и деревьями, а склон Эйваль гол как скала. Возможно, именно потому эти горы и были выбраны для церемонии. Евреи могли непосредственно видеть, как выглядят браха — «благословение» — и клала — «проклятие», могли убедиться, что в одном и том же месте, при одинаковых условиях, возможны два противоположных явления.

Описывая эту процедуру, Тора приводит только проклятия. По ним мы восстанавливаем и благословения.

Левиим смотрят на гору Гризим и громко произносят: «Благословен тот, кто не делает идола!» И весь народ отвечает: «Амен!»

Потом они обращают лицо к горе Эйваль и говорят: «Проклят тот, кто сделает идола… и поставит тайно!» (27:15). И весь народ отвечает: «Амен!»

Почему в проклятии добавлено слово «тайно»? Потому что в нормальной ситуации открытая установка идола просто исключена — мы обязаны этому помешать. Поэтому все проклятия относятся к действиям, которые совершаются тайно. Например: неуважение к родителям, передвижение границы соседа и другие.

И так двенадцать раз. Последнее, что говорят левиим: «Проклят тот, кто не осуществит слов этого Учения…» (27:26). И весь народ отвечает: «Амен».

Последнее проклятие означает как раз то, с чем связано слово «тайно» в процитированном выше предложении. Мало самому выполнять заповеди Торы. Надо препятствовать их нарушению. Скажем, человек имеет вес в своем городе и мог бы добиться, чтобы в субботу магазины не работали. Но он не мешает хозяевам торговать по субботам, потому что ему неловко. К такому человеку и относятся слова: «Проклят тот, кто не осуществит слов этого Учения…»

Амен иногда означает «верно», иногда — «да сбудется», иногда — «я принимаю это». Значит, выполнив эту заповедь, все евреи поклялись выполнять слова Торы.

А теперь перейдем к основному содержанию главы: к благословениям, которые получит еврейский народ, если будет соблюдать заповеди Торы, и проклятиям, которые ему грозят, если он сойдет с ее пути.

Собственно, Тора затрагивает эту тему не впервые. Об этом идет речь в двух местах: в главе «Бехукотай» книги «Ваикра», 26 и в главе «Ки таво», 28 книги «Дварим». Почему?

Потому что Тора говорит не «вообще», не просто приводит «прейскурант» наград и наказаний за определенное поведение, а предвидит это поведение и конкретно предсказывает будущие события. Так, в книге «Ваикра» предсказано вавилонское изгнание, а в «Дварим» — изгнание евреев римлянами.

Среди предсказаний, содержащихся в этой главе, есть и такое:

«Уведет Г-сподь тебя и твоего царя, которого ты поставишь над собой, к народу, которого не знали ни ты, ни отцы твои…» (28:36).

Прежде всего в этом пророчестве бросаются в глаза непонятные слова «которого поставишь над собой». Евреям не надо было никого над собой «ставить»: все цари Иудеи происходили из рода Давида, помазанного на царство пророком Шмуэлем по приказу Б-га, и его потомству Всевышний дал власть над народом Израиля навечно. Но смысл этих слов станет ясен, если вспомнить, что Агриппа, правитель Иудеи во времена Второго Храма, не был потомком Давида — он происходил из прозелитов. Евреи «поставили» его над собой в нарушение закона Торы.

Эти и подобные им поступки приведут к завоеванию Страны Израиля римлянами. Вот как Тора его описывает:

«Пришелец, который в среде твоей, будет возвышаться над тобой выше и выше, а ты опускаться будешь ниже и ниже» (28:43).

Действительно, римские чиновники, поселившиеся в Эрец-Исраэль, постепенно захватили все ключевые позиции в стране, вытеснив с них евреев. Это пророчество исполнилось, подобно всем другим пророчествам Торы.

Что еще в Торе указывает на то, что речь идет о римлянах?

«Поднимет Г-сподь на тебя народ издалека, от края земли; как орел, налетит [народ], языка которого ты не поймешь» (28:49).

Народ, живший далеко от Эрец-Исраэль, народ, чьим символом был орел, народ, чьего языка евреи не знали, — это римляне.

Это не ассирийцы, изгнавшие десять колен Израиля, и не вавилоняне, изгнавшие евреев Иудеи. Эти народы были близкими соседями евреев, и их язык мог быть евреям знаком.

Как Тора характеризует римлян?

«Народ наглый, который не уважит старика и не пощадит юношу. И будет он есть приплод твоего скота и плод твоей земли, пока не разорит тебя, не оставив тебе ни зерна, ни вина, ни оливкового масла, ни приплода твоих коров, ни приплода твоих овец, — пока не погубит тебя. И вытеснит он тебя из всех твоих городов по всей твоей стране… которую дал тебе Г-сподь, Б-г твой…» (28:50-52).

Чем завершится это завоевание?

«…И отторгнуты будете вы от земли, унаследовать которую ты пришел. И рассеет тебя Г-сподь среди всех народов, от края земли и до края земли… И среди тех народов не найдешь ты покоя, и не будет отдыха ступне твоей, и там Г-сподь поселит в твоем сердце тревогу, в душе — томление и скорбь. И будет твоя жизнь висеть [на волоске]… и будешь [дрожать] в страхе ночью и днем, и не будешь уверен, останешься ли в живых. Утром скажешь: “Да наступит вечер!” А вечером скажешь: “Да наступит утро…” И будете продаваться там врагам вашим в рабы и в рабыни, но не будет покупателя» (28:63—68).

Время наших дедов и родителей, да и наше с вами — это время римского изгнания, галут Эдом (вспомните сон Яакова, о котором говорится в главе «Ваеце» книги «Брешит»). Многое из того, что сказано о нем в главе «Ки таво», понятно нам и без комментариев. Вот, например:

«Поразит тебя Г-сподь сумасшествием, и слепотой, и оцепенением сердца…» (28:28).

«И сойдешь с ума от того, что увидят глаза твои» (28:34).

«И станешь ужасом, притчею и посмешищем среди всех народов, к которым уведет тебя Г-сподь» (28:37).

«А также всякую болезнь и всякое наказание, о которых не написано в книге Учения этого, наведет Г-сподь на тебя…» (28:61).

«И останется вас мало, тогда как [прежде] были вы многочисленны, словно звезды в небе, — ибо не слушал ты голоса Г-спода, Б-га твоего…» (28:62).

Помните, читатель, скорбь вашей собственной души и тревогу сердца? И если не вы, то ваши родители — не забыли ли они, как в страхе тряслись по ночам за ненадежными запорами среди чужого и враждебного мира? Помнят ли, как соседка пугала своих детишек: «А вот жид придет и тебя заберет!»? Не забыли ли вы анекдоты, в которых еврей выставлялся на всеобщее посмешище? А что касается сумасшествия, то не помутился ли ваш разум от того, что видели ваши глаза, — чудом выжившие узники гитлеровских концлагерей?

Все пережитое в галуте нашими предками и нами самими явилось точным исполнением древних пророчеств Торы.

Все предсказанное в Торе исполнилось и продолжает исполняться до сих пор — можно только поражаться тому, с какой точностью! И происходит это не в течение года, десяти лет или даже столетия (отдельные эпизоды все-таки можно приписать случаю, редкому, но совпадению), а на протяжении более чем тысячи девятисот лет!

А теперь поговорим немного о таком общеизвестном явлении, как антисемитизм. Почему именно теперь? Сейчас увидите.

Когда задумываешься над причинами всеобщей ненависти к нашему народу, неизбежно приходишь к выводу, что антисемитизм — явление абсолютно иррациональное, — помните, мы поражались тому, как внезапно и неоправданно изменилось отношение египтян к евреям (гл. «Шмот» одноименной книги)?

Если в одних странах нас ненавидят за то, что мы бедны и жалки, то в других — за то, что мы богачи, буржуи и эксплуататоры.

Если на одном краю земли мы вызываем ненависть своей крепкой верой, «религиозным фанатизмом», то на другом нас считают распространителями опасного вольнодумства (примерно так относились к евреям России при царе Николае).

В одних местах нас ненавидят за безразличие к судьбе страны, в которой мы живем, за политическую пассивность (например, в средневековой Германии), в других же — там, где мы активно участвуем в общественной жизни (как, например, в средневековой Испании и в Германии перед приходом к власти Гитлера), — нас ненавидят именно за это…

Логики в антисемитизме искать не приходится.

Объясняется эта алогичность чрезвычайно просто: антисемит — орудие в руке Всевышнего, бич, которым Г-сподь наказывает нас за наши грехи.

Отметим любопытный факт: чаще всего Творец наказывал нас руками тех народов, мировоззрением которых мы увлекались.

Отход евреев от веры в единого Б-га и Его Тору пророки сравнивают с изменой жены мужу. Вот что ждет вступивших в развратную связь с чужими религиями:

«…Я поднимаю против тебя любовников твоих… и обращу на тебя ревность Мою, и поступят [любовники] с тобою жестоко» (Йехезкель, 23:22, 25).

Существует разновидность насекомых (богомол), самки которых убивают самцов сразу же после спаривания. Нечто подобное происходило и с нами: стоило евреям в очередном любовном приключении оплодотворить чужую идеологию, как та запускала в них свое ядовитое жало.

В первой книге «Бесед о Торе» мы уже говорили о том, что египтяне возненавидели евреев, как только те начали им подражать и перестали делать обрезание.

Когда евреи в эпоху судей стали поклоняться филистимскому богу Дагону, филистимляне напали на страну. Они притесняли Израиль и обложили его непосильной данью. И стонал народ до тех пор, пока не удалили они чужих богов из среды своей и стали служить Г-споду (см. Книга Судей, 10:6—16).

Во времена Первого Храма евреи стали поклоняться идолам Ассирии и Вавилона (см. Млахим — Книга Царей — II, 16:10 и Йехезкель, 23:9—17). И в этом случае орудием наказания евреев стал предмет их страсти: как мы уже знаем, ассирийцы изгнали из Эрец-Исраэль десять колен Израиля, а вавилоняне — два оставшихся колена — Йеhуды и Биньямина.

Увлечение эллинизмом привело наш народ к массовому отходу от своей религии, и греки практически беспрепятственно искореняли в Эрец-Исраэль иудаизм, а непокорных уничтожали.

То же произошло и с возникновением христианства: новая религия, созданная евреями-отступниками, сначала способствовала отторжению их самих от народа Израиля, а впоследствии принесла неисчислимые бедствия еврейству, среди которого возникла.

В конце восемнадцатого — начале девятнадцатого веков, в эпоху расцвета немецкой гуманистической философии, благодарные за получение гражданских прав евреи стали преклоняться перед «культурной» Германией. Именно в этой стране зародилось реформистское движение, намеревавшееся «осовременить» иудаизм.

Реформисты строили свои синагоги по образцу немецких церквей, молились под аккомпанемент органа, включили в службу пение женского хора… Самые «прогрессивные» из них перенесли день заповеданного отдыха с субботы на воскресенье; они выкинули из молитвы слова «…и приведи нас в Сион, город Твой, с песнями, и в Иерусалим, место Храма Твоего, с вечной радостью», ибо взяли на вооружение новую этику, провозглашенную идеологами этого движения:

«Нельзя лукавить, обращаясь ко Всевышнему. Мы благодарны Ему за то, что имеем счастье жить в культурной, просвещенной Германии, а не в темной, отсталой Азии. Неужели мы станем просить о возвращении обратно?!»

Именно в Германии начался процесс массовой ассимиляции евреев, именно там добровольное крещение стало обычным явлением, и именно оттуда распространилось на всю Западную Европу, Польшу и Россию национальное бедствие девятнадцатого-двадцатого веков: отход евреев от Торы. И не случайно страшный удар по еврейскому народу нанесла именно Германия.

Родоначальник «научного» коммунизма Карл Маркс был сыном еврейских родителей, крестившихся, когда мальчику было три года. Этому лжемессии удалось увлечь за собой многих из тех, о ком его сподвижник Энгельс писал: «Еврей революционен по своей природе. Он воспитан на идеалах пророков о равенстве и братстве всех людей».

Значительный процент в компартиях всех стран мира составляли и составляют евреи. Евреи шли в авангарде русской революции и в течение четверти века были одними из самых непримиримых врагов религии своих отцов. Это они виноваты в массовой ассимиляции советского еврейства, это их руками Ленин и Сталин уничтожали нашу древнюю культуру, это они преследовали своих братьев, изучавших Тору и иврит, это они расправлялись с верующими евреями, обвиняя их в контрреволюционности и отправляя в лагеря.

Нам хорошо известна участь этих бывших членов ЦК, ВЦИКа, работников карательных органов — революционеров еврейского происхождения: почти все они погибли в тех самых застенках, куда отправляли братьев по крови, оставшихся верными своему Б-гу и своему народу. Те из них, кто чудом уцелел, сожалеют, как правило, о том, что натворили, а некоторые, выйдя на свободу, раскаялись и вернулись к еврейству.

Грозные предостережения Г-спода и здесь сбылись в точности:

«…какую неправду нашли во Мне отцы ваши, что отдалились от Меня, и пошли за пустым, и [сами стали] пустыми?.. Зло твое накажет тебя, и своенравие твое обличит тебя, и ты (Иудея. — И. З.) узнаешь и увидишь, как плохо и горько [будет тебе за] то, что ты оставила Г-спода, Б-га твоего, и не побоялась ты Меня…» (Ирмеяhу, 2:5, 19).

Пророки взывали к народу:

«Вернись, Израиль, к Г-споду, Б-гу своему, ибо ты споткнулся из-за своего греха» (Ошеа, 14:2);

«Тот, кто знает, пусть вернется…» (Йоэль, 2:14) — то есть пусть исправит то, что может.

Единственный путь спасения для еврейского народа — возвращение к жизни по Торе. И тогда — «Я буду как роса для Израиля, зацветет [он], как роза, и пустит корни, как [кедр] Ливана» (Ошеа, 14:6).