Ю. Колесников крайний слева

Иойна принял деятельное участие в установлении в Болграде советской власти, был избран в горсовет. Затем – включен в оперативную группу НКВД при штабе 25-го Кагульского пограничного отряда Молдавского пограничного округа войск НКВД.

Болград был мультинациональным городом: Иойна с малолетства свободно говорил на идише, молдавском, румынском, немецком, французском и русском языках. В июле 1941-го его переправили в Румынию с заданием. По мере отхода Красной Армии он не раз переходил линию фронта. В августе в составе спецкоманды эвакуировал ценности и готовил взрывы военных и стратегически важных объектов: «Крекинг-завода» в Херсоне, завода имени Марти в Николаеве.

В ноябре 1941-го Иойна зачислен в ОМСБОН (отдельная мотострелковая бригада особого назначения) при Особой группе НКВД. В январе 1942-го группу преобразовали в 4-е Управление НКВД, под командованием генерала Судоплатова занявшееся организацией разведывательно-диверсионной деятельности на оккупированных территориях Советского Союза. Вначале Иойну определили в «советскую» группу, затем перевели в «немецкую», где студенты были в прошлом офицерами вермахта, не принявшими режим Гитлера, и имели опыт борьбы с фашизмом в Испании. Видимо, именно тогда он и поменял имя.

B марте 1942 года Колесникова забросили в глубокий тыл противника на юге Белоруссии, где он полтора года воевал, организовывал партизанские отряды и имел личное особое задание по агентурной работе в тылу противника, затем – в 1-ю Украинскую партизанскую дивизию под командованием Ковпакa.

Тут Юрий Колесников едва не погиб. По его воспоминаниям, начальник разведки одного из крупнейших партизанских округов, в свое время приговоренный к расстрелу за близость к Ежову, а в начале войны по указанию Сталина освобожденный, послал в Москву радиограмму, что в Могилев немцы завезли отравляющие вещества для химической войны, с координатами складов. «По своим агентурным данным я знал точно, что никаких складов с ОХВ в Могилеве не существует. Поэтому послал вдогонку радиограмму с опровержением. Меня вызвали в Москву. Конечное разбирательство проходило у Берии. Мой оппонент ссылался на сведения, которые он пятью днями ранее получил от своего агента, фашистского майора. Я назвал это ложью. «На каком основании? Вы в Москве уже пять недель и знать никак не могли об их недавней встрече», – спросил меня нарком. «Так точно! – ответил я, обливаясь потом. – Но этот немец был пленен и разведчиками ГРУ Генштаба пару недель назад доставлен в столицу». Берия тут же позвонил начальнику ГРУ, и тот подтвердил мои слова. Помню, как ”хозяин” вскочил со своего стула, подлетел к начальнику разведки и отвесил ему сочную пощечину...»

Колесников занимался не только агентурой. 2 июля 1944 года несколько десятков партизан под его командованием, уничтожив охрану, захватили полустанок на железной дороге Минск-Столбцы-Барановичи – с тремя эшелонами немецких танков, самоходных орудий, боекомплектов, автомашин, горючего и штабных документов, и передали все это подошедшим войскам 4-го кавкорпуса генерала Иссы Александровича Плиева. 12 июля группа под командованием Колесникова устроила засаду на шоссе у города Мосты Гродненской области. От пленного Колесников узнал, что гарнизон при отступлении собирается взорвать депо и мост через Неман, и предотвратил это стремительным ударом артиллерии.

Тогда же одетый в немецкую форму Колесников остановил и взял в плен будущего последнего коменданта столицы Третьего рейха генерала СС Гельмута Вейдлинга. Хотя в тот же день генерал сбежал из-под стражи.

23 июля 1944 года возле Бельска 105-й стрелковый корпус принял тяжелый бой с немецким 1-ым танковым корпусом (дивизии «Мертвая голова», «Великая Германия» и «Викинг») и отступил, но около станции Григорьевцы организовал сопротивление совместно с 95-й Сивашской гвардейской артиллерийской бригадой. В самом начале боя был тяжело ранен начальник штаба полка, руководство принял Колесников. Благодаря его личному мужеству и четкой организации боя все атаки противника, бросившего на них 50 танков, были отбиты.

Военными дорогами Колесников прошел многие земли РСФСР, Белоруссии, Украины, Польши и Восточной Пруссии.

В августе 1944 года он был зачислен в оперативный состав 1-го Управления (внешняя разведка) Наркомата государственной безопасности (с 1946 года – МГБ СССР). В 1946-м – направлен на нелегальную работу в Румынию. Входил в «Группу Я», подчинявшуюся лично Сталину.

Об этой своей деятельности он не писал и не говорил. Правда, из его книг и данных израильской разведки можно выяснить некоторые подробности. В том же году его послали в подмандатную Палестину, где он вместе с другим известным разведчиком Иосифом Михайловичем Гарбузом и разведчиком-нелегалом Александром Таубманом (Семеном Марковичем Семеновым) создал в Хайфе две агентурные сети для боевых и диверсионных действий против английских частей. В круг его обязанностей входила и переправка советского и чешского стрелкового оружия еврейским военизированным организациям.

По одним сведениям, в разгар борьбы с «безродными космополитами», в 1948 году по приказу министра МГБ Абакумова Колесникова отозвали из-за границы и уволили из МГБ. По другим в 1959 году он уволился в запас по состоянию здоровья, был связан с органами до 1980-го и вышел в отставку полковником, но продолжил курировать возвращение бывших советских граждан из эмиграции.

Но еще с 1960-х годов он работал в «Издательстве литературы на иностранных языках», в 1969-м вошел в Союз писателей СССР.

Он написал более десяти произведений: «За линией фронта», «Особое задание», «Тьма сгущается перед рассветом», «Земля обетованная», «Координаты неизвестны», «Такое было время», «Лабиринты тайной войны» и многие другие, переведенные на английский, испанский, арабский языки. По изданному в марте 2001 года роману-хронике «Лабиринты тайной войны» снят 12-серийный кинофильм.

За несколько дней до смерти Юрий Колесников закончил документальный роман «Среди богов...». Книга посвящена памяти тех, кого автор назвал учителями, – Павла Судоплатова, Якова Серебрянского, руководителя внешней разведки с 1939 по 1946 год Павла Михайловича Фитина, Сидора Ковпака; автор рассказал о дружбе с Василием Сталиным, Рамоном и Луисом Меркадерами. В книге фигурируют Берия и Абакумов.

О жене Юрий Антонович рассказывал так: «На Ларисе Михайловне я женился по любви. Но моя жена была из известной семьи. Ее отец – подводник – крепко дружил с незапамятных времен с маршалом Устиновым, бывшим министром обороны СССР. А так жен “со стороны”, как и других важных “мелочей”, в нашей профессии почти не бывает».

В 1995 году Сергей Михалков рассказал в прессе, как Юрий Колесников дважды представлялся к званию Героя Советского Союза. Но у Колесникова нашелся влиятельный злопамятный недоброжелатель, бывший в 1937-м следователем НКВД. С ним в партизанском отряде произошел конфликт вплоть до стрельбы: Колесников защитил от расстрела своих бежавших из немецкого плена людей. Поэтому документы на представление Колесникова ко многим наградам, включая ордена Ленина, Богдана Хмельницкого и «Крест Грюнвальда» – за участие в боях на польской земле – обнаружены в архивах только в 1995 году.

Письмо Михалкова имело резонанс: Указом президента РФ № 1226 от 7 декабря 1995 года Юрию Колесникову присвоено звание «Герой Российской Федерации». Звезду вручал лично Ельцин.

Юрий Колесников, он же Иойна Гольдштейн, умер на 92-м году жизни 14 августа 2013 года в Москве, и похоронен на Троекуровском кладбище.