Новый мэр Лондона намерен наладить отношения между мусульманами и евреями
«Я – мэр Лондона, города контрастов, и я буду мэром для каждого»...
Садик Хан рассказал, что некоторым мусульманам и евреям «не понравился тот факт», что он стал новым мэром Лондона, когда он сообщил о своем намерении воспользоваться положением, чтобы построить мосты между сообществами.
Новый мэр отметил, с какой теплотой его встретили вчера на торжестве в честь Дня памяти жертв Холокоста, Йом ха-Шоа: ему аплодировали 3000 присутствующих.
Это событие, первое для него в этой должности, пришлось на следующий день после церемонии его назначения, в которой приняли участие лидеры «Фатих», включая раввина Марка Голдсмита.
«С прошлой среды
я спал всего шесть часов»
На вопрос Jewish News о том, как он воспользуется своей новой должностью для борьбы с предрассудками, он ответил:
«Мы должны принять тот факт, что есть люди – мусульмане и евреи – которым не нравится мое назначение и то, что я сижу рядом с главным раввином. Я хочу донести до этих людей мысль о том, что мы живем в величайшем городе мира и должны ладить, выстраивать отношения друг с другом. Я – мэр Лондона, города контрастов, и я буду мэром для каждого. Привилегированных положений не будет, моя задача – строить мосты».
Ранее он работал с такими организациями, как Coexistence Trust и Alif Aleph, занимающимися урегулированием еврейско-мусульманских отношений. «Есть много замечательных проектов, – говорит он. – Я большой поклонник Дня мицвы. Мы можем так много сделать. Одно из моих замечаний в адрес предыдущих мэров – они не понимали сути власти; это не просто власть, данная Парламентом, это также трибуна для убеждения, и я намерен использовать полномочия, чтобы изменить наш город к лучшему».
Для Хана было честью встретиться с людьми, пережившими Холокост, и их семьями, прежде чем занять свое место на волнующем двухчасовом мероприятии при поддержке 120 общественных организаций. Будучи министром, он обеспокоен тем, как скажется уменьшение числа оставшихся в живых людей, переживших Холокост, на памяти об ужасах нацизма. «Это прекрасно, что сегодня на сцене были дети, зажигающие свечи. Это важно не только для людей, исповедующих иудаизм».
Новый мэр с удовольствием слушал Oseh Shalom в исполнении хора учеников пяти еврейских начальных школ: «Я не удивлен, но надеюсь, что другие заметили тепло и великодушие, с которым я был принят. Думаю, что люди понимают, что я очень много работал, шел на контакт, слушал. Для меня всё это – Лондон. Я не отношусь к вам с толерантностью – мы принимаем друг друга и относимся с уважением».
Энергетика кампании Хана в рамках еврейского сообщества заслужила аплодисменты. Он также неоднократно осуждал случаи антисемитизма в своей партии, называя их «знаками позора», он был одним из первых, кто призвал к отстранению Кена Ливингстона.
На вопрос, подвергался ли он нападкам в связи с его мнением, он рассказал, что «разного рода люди» преследовали его в Интернете, но пообещал продолжать делать то, чем занимался всю свою жизнь, – восставать против того, что он считает неправильным, противостоять неравенству и несправедливости. «Надеюсь, что за время моей службы мы сможем решить проблему существующих предрассудков. История жизни нашей семьи, начиная с приезда моего отца в город, ставший ему домом в 1960-е годы, и заканчивая избранием его сына в мэры, демонстрирует прогресс, которого мы достигли. Я оптимист».
В ходе кампании он также рассказал Jewish News, что надеется идти по стопам Бориса Джонсона, возглавившего торговую делегацию в Израиль. На вопрос о том, когда же он выполнит обещание, мэр пошутил о своем предшественнике: «У него ушло семь лет, чтобы попасть туда».
«Если честно, в мой первый понедельник я даже не был на работе. С прошлой среды я спал всего шесть часов. Но я очень хочу доказать, что выступаю за интересы деловых кругов в большей степени, чем все мэры, которые у нас когда-либо были, и это означает продолжение торговых миссий, в том числе в Тель-Авив».
Автор: Justin Cohen
Источник: The Times of Israel
Читайте также
Все материалы рубрики
Фотоальбом, тайно вывезенный из литовского гетто, спустя десятилетия возвращается к своим владельцам
Когда в сентябре 2013-го года фотограф-документалист Ричард Шофилд наткнулся на...
Когда в сентябре 2013-го года фотограф-документалист Ричард Шофилд наткнулся на неизвестные довоенные снимки в музее «Сугихара-Хаус» в литовском городе Каунас, он понял, что нашел нечто особенное.
Фотокарточки, датированные 1910-1940 годами, хранились в альбоме литовско-еврейской семьи. Он был тайно вывезен из еврейского гетто во время войны и вверен на хранение нееврейской литовской семье. Никто не знал, что случилось с людьми на фотоснимках. Можно было предположить, что они не пережили войну, ведь альбом им не вернули.
И теперь, наконец, альбом воссоединится с семьей
Фотографии тронули и заинтриговали Шофилда, и он решил выяснить, что случилось с людьми на снимках.
Он отсканировал 112 фото, создал страницу в Facebook, чтобы продемонстрировать их, подготовил музыкальное сопровождение ко дню 75-летия гетто в Каунасе, позже известного как Ковно.
«Люди помогали с переводами надписей на фото, и кое-что прояснилось, – сказал Шофилд, основатель Международного центра фотографии “Литвак”. – Мы выяснили, что женщину, запечатленную на многих фото, звали Анной (или Аннушкой). Я влюбился в эти фотографии!»
Позже, в марте, работница Еврейского музея в Вильнюсе кое-что заметила: просматривая фотоснимки, Сауле Валиунаите поняла, что одно фото использовалось в фильме о Холокосте в 1999-м году.
Оказалось, что это – семейные фотографии двух самых известных еврейских ученых Америки Руты Вайс из Гарварда и ее брата Дэвида Роскиза из Еврейской теологической семинарии.
В 2008-м году Роскиз написал мемуары о своей семье «Земли идиша», а Ева Роскиз, третий ребенок в семье, является бывшим директором Еврейской публичной библиотеки в Монреале.
Найденный Шофилдом альбом принадлежал Аннушке Варшавской, их тете. Во время Второй мировой войны, в октябре 1943-го года, она и вся ее семья погибли.
«Сауле связалась с нами, будучи уверенной в том, что это альбом нашей тети», – сказала Вайс, запечатленная на одной из фотографий.
Из 10-ти братьев и сестер Аннушки всего двое пережили войну. Среди них – мать Роскиза Маша, которая в 1940-м году сбежала из Черновцов (на тот момент часть Румынии) в Монреаль. Для ее детей, выросших на рассказах матери о довоенной жизни, найденный альбом открыл некоторые новые интригующие подробности жизни членов семьи.
«Это была большая семья, и все погибли, – сказал Роскиз. – Моя мать посвятила всю свою жизнь сохранению памяти о них, ежедневно рассказывая нам истории. Мать верила, что эта история закончилась в 1940-м году, когда она покинула Европу».
«Эти истории стали точкой отсчета для всей ее последующей жизни. Мы постоянно вспоминали о людях, которых никогда не видели. Они заменили нам семью».
«Недавно обнаруженный альбом лишь подтверждает особую связь между нашей мамой и Аннушкой, – сказал Роскиз. – Сводные сестры (Маша была рождена во втором браке) переписывались и отправляли друг другу фотоснимки в течение многих лет после того, как вышли замуж и стали жить самостоятельно. В те годы они собрались вместе лишь однажды – в 1938-м году в Черновцах. После той встречи они больше никогда не видели друг друга».
На одной из фотографий запечатлена маленькая 4-летняя Рут Вайс (тогда Роскиз). Рут была одной из двоих детей Маши, рожденных в Черновцах. После войны, уже в Монреале, Маша родила еще двоих. Сейчас ее младшему ребенку Дэвиду Роскизу 68 лет.
На другом снимке – в красноармейской форме времен Первой мировой войны стоит Неня, любимый брат Маши. Он умер от эпидемии гриппа в 1918-м году.
На некоторых фотографиях Аннушка запечатлена со вторым мужем на лесном складе, ставшим источником их богатства.
Также в альбоме есть фото первого мужа Аннушки. Их ребенок исчез в советском ГУЛАГе.
Кроме того, есть снимки Аннушки в детском доме, где она, вероятно, работала.
Выжившие Машины дети – Роскиз из Иерусалима, Вайс из Нью-Йорка и Рэйби из Монреаля – все еще пытаются собрать воедино подробности о фотографиях.
«Когда я нашел эти фото, то подумал, что было бы неплохо узнать, кто эти люди. Но я не думал, что я буду делать потом, – сказал Шофилд. – Все это просто невероятно!»
Он считает, что Валиунаите, работница исторического Департамента праведников народов мира в государственном Еврейском музее Виленского Гаона, сможет собрать кусочки пазла воедино.
Валиунаите говорит, что у Аннушки была музыкальная карьера, так как детали этого упоминаются в книге Роскиза и 45-минутном документальном фильме 1999-го года под названием «Дочь Вильно. Жизнь Маши Роскиз в песне». Окончательным доказательством стало фото в фильме, которое подтверждает находку.
Тот факт, что Аннушка взяла на себя труд вывезти альбом из Каунасского гетто, говорит о многом.
«К 1943-му году всем стало ясно, что оставшиеся евреи тоже будут мертвы», – догадывается Роскиз.
«Почему Аннушка позаботилась об альбоме, если знала, что умрет? Она слышала, что Маша сбежала в Канаду и спаслась. Вероятно, Аннушке пришла в голову мысль: “ Нам конец. Я хочу, чтобы этот альбом остался у Маши, и мне нужно найти способ доставить его”».
«Маша умерла в 1999-м году в возрасте 93-х лет, а фотографии все еще не добрались домой», – сказал Роскиз.
«Если бы мы с детства постоянно не слушали эти истории, фотографии остались бы обычными снимками, – продолжает он. – Но мы знаем этих людей, их разочарования, судьбы, стремления. И теперь, наконец, альбом воссоединится с семьей, как того хотела Аннушка».
Автор: Uriel Heilman
Источник: JTA