Чем устная Тора отличается от письменной? Откуда взялся Талмуд, и почему он не приведен в Пятикнижии?

Всевышний не пожелал записать Тору настолько ясно, чтобы она не требовала никакого объяснения. Как раз наоборот, Он записал в ней множество неясных вещей, и никто не может понять их истинного смысла, не получив объяснения, которое передаётся по непрерывной цепи от Самого Б-га — Автора Торы.

Так, например, Тора говорит о тфиллин, мезузе и других заповедях, не давая письменного объяснения их сути. Дело в том, что Б-г по определённым причинам специально скрыл истинное значение своих слов. Но всё, что Он скрыл в Письменной Торе, Он передал устно нашему учителю Моше, и от него традиция передавалась устно из поколения в поколение.

В этой традиции объясняется истинное значение Писания, и мы знаем таким образом, как исполнять заповеди в соответствии с волей Всевышнего.

Существуют три вида соотношения Письменной Торы с её устным объяснением.
Первый вид: Писание формулирует закон в общем виде, а детали объясняются в Устной Торе.

Второй: стихи Писания, смысл которых вызывает сомнение, поскольку их можно объяснить разными способами. Их правильное понимание устанавливается традицией.

Третий вид: стихи, простой смысл весьма отличается от объяснения, который имел ввиду Всевышний и которое зафиксировано в устной традиции.

Об этом сказали мудрецы: «Закон обходит писание». Однако, такие случаи очень немногочисленны. Более того, если приложить усилия и углублённо изучить предмет, станет ясно, что простое значение не отрицает закон полностью и не противоречит ему, но может быть понято в определённом аспекте и в определённых пределах.

Нам известно из традиции, что Автор Торы записал её специфическим образом, следуя определённым законам. Если мы хотим понять замысел Автора, мы должны следовать этим правилам в толковании Торы. В противном случае, даже если наша интерпретация будет соответствовать буквальному значению, она будет неправильной — ведь Автор имел ввиду другой смысл.

Эти законы со всеми деталями составляют Тринадцать правил толкования Торы. И ещё необходимо знать, что все основы законов, относящиеся как к предписывающим, так и к запрещающим заповедям, получены по традиции от нашего учителя Моше.

Однако нашим мудрецам известно из традиции, что на все слова Устной Торы есть намёки в Торе Письменной, соответственно известным им правилам скрытого смысла. И общеизвестно и общепринято среди них, что Всевышний желает, чтобы мы трудились также и в этой области — находить, где Письменная Тора намекает на закон, объяснённый в Устной Торе.

Поэтому все наши мудрецы старались искать эти намёки. По этой причине мы часто встречаем в Талмуде дискуссии по поводу доказательств различных законов (из Писания). В определённых случаях может быть даже спор по поводу этих доказательств. Мы видим, что иногда эти доказательства не в полной мере соответствуют простому пониманию Писания.

Но дело в том, что, как я уже сказал, сам закон известен мудрецам из традиции, но они стараются найти намёк на него в Письменной Торе. В таких случаях, мудрецы не имеют ввиду, что такой комментарий объясняет буквальное значение стиха. Но имеется в виду, что Всевышний, Автор Торы, хотел намекнуть в данном стихе на какой-то закон, в дополнение к тому, что хотел сказать в простом значении стиха.

И это иногда называется асмахтой (поддержкой). Всё это относится к заповедям и законам Торы. По отношению же к агадот (повествовательная часть Талмуда — прим .пер) есть другие принципы и я их объяснил в другом месте. (см. Рамхаль, Маамар агадот).

Кроме законов, переданных по традиции, существуют еще законы, установленные самими мудрецами. Есть в Письменной Торе весьма тонкие намёки и на них, и это тоже называется асмахтой. Но это — гораздо более поверхностная «поддержка», чем предыдущая, ее основная цель — служить напоминанием о предмете. Тем не менее законы, установленные мудрецами, тоже имеют основание в Письменной Торе, хотя намёк этот очень тонкий.

Такие намёки являются предвидением будущего, ибо всё открыто перед Всевышним, и обо всём Он намекнул в Торе. Но намёк это очень тонкий, поскольку постановление мудрецов не является частью объяснения данного закона (о котором идёт речь в стихе). Есть ещё детали законов, которые мудрецы не получили по традиции, в вывели из логического исследования или с помощью правил толкования Торы.

По поводу этих деталей может быть спор между мудрецами, и мы должны действовать согласно окончательному решению спора. И наличие спора нисколько не ослабляет силу закона, поскольку так приказал Всевышний, что если будет спор по поводу какого-либо закона Торы, его следует разрешить в Санхедрине (Верховном Суде), и решению Санхедрина должно соблюдаться абсолютно.

Ещё известно нам из традиции, что в заповеди «Не сверни с того, что они скажут тебе, ни вправо, ни влево» (Дварим 17:11) Творец имел в виду, что суды и мудрецы, заседающие в них, обладают полномочиями издавать постановления для предотвращения нарушений Торы и вводить законы, и все мы обязаны их слушаться и не нарушать их слов никоим образом.

Мы должны знать, что все эти постановления установлены для соблюдения самой Торы и исполнения желания Всевышнего, и Он согласен со всеми постановлениями мудрецов, и желает, чтобы их соблюдали так же, как заповеди самой Торы.

Более того, существует заповедь делать «ограду для Торы», и следовало бы, чтобы Всевышний заповедал об этих законах (являющихся «оградой» Торы) в самой Торе.

Но Он пожелал, чтобы они пришли от нас, чтобы мы сами, следуя пути Торы, установили для себя заповеди, соответственно законам и границам, которые Он предписал для этого законодательства. Поэтому нет разницы между нашей обязанностью соблюдать заповеди, объяснённые в Торе, и обязанностью соблюдать постановления мудрецов.

Ибо так пожелал Творец, чтобы мы соблюдали эти постановления так же, как и объяснённые в Торе заповеди. И нарушающий эти постановления нарушает Его волю так же, как и нарушающий заповеди Торы. Единственная разница между этими видами законов — это различия, установленные самими мудрецами.

А именно, что при возникновении сомнения по поводу закона Торы необходимо идти в сторону устрожения, а при сомнении по поводу постановления мудрецов можно облегчить. Это подобно тому, что определённые запретные половые связи наказываются наказанием карет (отсечением души) или смертью по приговору суда, тогда как шаатнез (надевание одежды из смеси шерсти и льна) — просто запретительная заповедь; мясо сваренное в молоке, запрещено к какому бы то ни было употреблению, а хелев (запрещённый жир) можно употреблять в непищевых целях.

Всё это (включая облегчение при сомнении относительно постановления мудрецов) — границы, соответствующие воле Творца. Но в обязанности соблюдения заповедей в их границах нет разницы между законами Торы и постановлениями мудрецов. И по этой причине постановления мудрецов столь детально обсуждаются в Талмуде, и есть в них множество деталей и споров по их поводу.

Всё это потому, что нет разницы между обязанностью исполнения постановлений мудрецов и обязанностью исполнения заповедей Торы, но Всевышний пожелал, чтобы эти заповеди мы установили сами.

Поэтому мы также обязаны вводить установления для соблюдения Его Торы, как и, скажем, надевать тфилин. Эта заповедь исполняется таким образом, а та — другим, но обе они являются исполнением воли Творца. Одна из вещей, которые известны нашим мудрецам из традиции об этой заповеди (слушаться мудрецов) — это то, что у Санхедрина (Верховного суда) есть сила отменить одну из заповедей Торы, если целью отмены является соблюдение самой Торы.

Единственное условие состоит в том, что отмена приведёт к пассивному нарушению заповеди Торы (шев вэаль таасе), а не к активному нарушению (кум таасе) . (Т.е. человек не делает активное действие против Торы, а лишь воздерживается от выполнения определённой заповеди — прим. пер.).

Согласно этому принципу, мудрецы запретили трубить в шофар (рог) и возносить лулав в шаббат (чтобы оградить человека от нарушения субботы), как объясняется в Мишне и в Талмуде. И это тоже основано на полученной ими традиции.

Рабби Моше Хаим Луццато РАМХАЛЬ (Рамхаль)