Подвиг горянки – военной медсестры
Образ медсестры Второй мировой войны среди тех, кто защищал Родину от фашистского врага, остался в истории одним из самых гуманных. Это они оставляли своих маленьких детей на попечении родственников и были на передовой линии фронта, на своих хрупких плечах выносили раненых бойцов с поля боя. Сколько таких девчонок, вчерашних школьниц, полегло в водовороте войны вместе с солдатами, погибшими в бою.
Образ медсестры Второй мировой войны среди тех, кто защищал Родину от фашистского врага, остался в истории одним из самых гуманных. Это они оставляли своих маленьких детей на попечении родственников и были на передовой линии фронта, на своих хрупких плечах выносили раненых бойцов с поля боя. Сколько таких девчонок, вчерашних школьниц, полегло в водовороте войны вместе с солдатами, погибшими в бою.
Во все времена профессия медицинского работника в дни войны считается одной из важнейших. И неслучайно они вместе с дипломом получают статус военнообязанных... За время Великой Отечественной войны в строй было возвращено свыше 70% раненых солдат. Среди тех, кто выполнял эту благородную миссию, и медики-евреи, работавшие в госпиталях, медсанбатах и лазаретах.
Зоя Амуржуева родилась в 1915 году в Нальчике. Детство ее прошло в детском доме, где она и познакомилась со своим будущим супругом Ильей. Вместе они по окончании школы поехали учиться в город Ростов-на-Дону. Но война изменила привычный ритм уже налаженной жизни.
До начала войны Зоя Шальмиевна окончила медицинское училище. Добровольцем ушла на фронт, оставив двух маленьких детей на попечении младшей сестры. Не раз была ранена, но, восстановившись после госпиталя, вновь возвращалась в строй. Когда в 1942 году фашисты вплотную подошли к Ростову-на-Дону, комиссар медсанбата, в котором она работала, посоветовал ей забрать детей и срочно увезти их в город Оржоникидзе (Владикавказ). Этот день им всем запомнился надолго: взрывы снарядов и бомб, крики и стоны раненых, клубы огня и дыма. Ростов горел, и пламя пожарищ отражалось в тихих водах реки Дон. Двое солдат, видя уставшую медсестру с двумя малышами, вызвались помочь ей. Взяли малышей на руки, укрыв их плащ-палаткой. Но тот, что шел с 6-летней девочкой Аллой отстал и еле дошел до города Батайска. Постучав в первый попавший дом, он попросил хозяев пригреть ее. Так девочка осталась жить у добрых людей – Полины и Архипа Дорофеевых – и всю жизнь считала их второй семьей.
Только через год, в феврале 1943-го, во время освобождения Батайска санинструктор Золотой Шальмиевна (как называли ее командиры и раненые бойцы) смогла приехать, чтобы разыскать свою дочь. Доброжелательные люди помогли ей найти дом приемных родителей Аллочки (она всю жизнь будет носить двойную фамилию – Амуржуева-Дорофеева). Они долго обнимались, плакали и благодарили Всевышнего за Чудо!
Как-то после войны Зоя спросила Полину:
– Расскажите, пожалуйста, как моя дочь попала к ним?
На что та ответила:
– Однажды мои подруги обратились ко мне с просьбой: Поля, забери домой ребенка, тут бойцы из леса привели босоногую голодную девочку, искусанную комарами. У меня сжалось сердце, когда ее увидала. Так мы с мужем начали поить ее козьим молоком, искупали, приодели и очень привыкли к ней…
Взглянув с благодарностью на спасителей дочери, Зоя Амуржуева сказала:
– Таких праведников как вы, мы будем помнить всегда!
…В апреле 1944 года в боях за город Гомель и деревню Антоновка Могилёвской области Зоя Шальмиевна была тяжело ранена. В этом бою она спасла 27 бойцов и 13 командиров, за что получила заслуженную награду – орден Славы.
Домой Зоя Амуржуева вернулась после демобилизации из госпиталя. Поступила работать на Авиационный завод 168 – сейчас это Ростовский вертолетный завод («Роствертол»). Послевоенная жизнь стала налаживаться; к счастью, вернулся с фронта и ее супруг Илья, хотя раньше на него пришла похоронка. Они считали себя счастливыми, потому что смогли уберечься во время войны и, несмотря ни что, остаться в живых.
Зоя Амуржуева ушла из жизни в 1982 году, похоронена в городе Ростове-на-Дону.
Ее дети, внуки и правнуки проживают в Израиле и России. Для них благородный образ мамы и бабушки останется в памяти навсегда – как образ героической женщины-горянки, прошедшей дорогами войны и не раз проявлявшей героизм и отвагу!
Автор: Материал подготовила Хана Рафаэль
Евгений Шаулов: «У нас в Сдероте особенная молодежь…»
В городе Сдероте проживает семитысячная община выходцев с Кавказа – горских евреев. За 23 года со дня Большой алии молодое поколение горских евреев этого приграничного города достигло прекрасных результатов. Деятельность молодежных организаций «Мицад», «Ми дор ле дор» и кавказского центра «Дорот» неоднократно освещалось в СМИ.
В городе Сдероте проживает семитысячная община выходцев с Кавказа – горских евреев. За 23 года со дня Большой алии молодое поколение горских евреев этого приграничного города достигло прекрасных результатов. Деятельность молодежных организаций «Мицад», «Ми дор ле дор» и кавказского центра «Дорот» неоднократно освещалось в СМИ. Мне удалось поговорить с помощником мэра и представителем кавказской общины и русскоязычных репатриантов при муниципалитете – Евгением Шауловым.
– Женя, одна из популярных в Советском Союзе песен называется словами «С чего начинается Родина?». Мне хотелось бы и тебе задать подобный вопрос: откуда ты родом?
– Я родом из Кисловодска, родился в 1984 году. Мой отец Биньямин родом из Грозного, он работал шеф-поваром в ресторане, а мама Оля, в девичестве Юдаева, родом из Дербента. Нас в семье четверо детей – два брата и две сестры. Меня назвали в честь благословенной памяти дедушки, который воевал на Великой Отечественной войны с 1941 по 1945 год. Его жене, нашей бабушке Вере, – 92 года, она тоже живет в Сдероте.
– В каком году вы репатриировались и как начиналась ваша абсорбция?
– Мне исполнилось шесть лет, когда наша семья в 1990-м прибыла в Израиль, и с первого дня мы проживаем в городе Сдероте. Я начинал учиться в религиозной школе «Есуди а-Тора», затем в тихоне «Макеф дати». По окончании учебы был призван на воинскую службу – в боевые подразделения пехотной части «Бисла». Моя служба совпала с военной операцией «Облачный столб», а впоследствии, будучи в «мелуими», я участвовал еще в двух военных операциях ЦАХАЛа. В настоящее время, после окончания института, факультета менеджмента, работаю помощником мэра Алона Давиди.
– Молодое поколение сдеротовцев выросло как при военном режиме, то есть под постоянными обстрелами. Что ты можешь сказать о евреях – выходцах с Кавказа вашего города?
– В населении Сдерота 40% составляют евреи – выходцы с Кавказа. За 20 с лишним лет со дня Большой алии действительно выросло новое поколение, привычное к состоянию войны. У нас особенная молодежь, несмотря ни что высок процент образованных ребят, которые, получив «багрут» – аттестат зрелости, служат в армии, а затем успешно продолжают учебу в вузе. За 50 дней военной операции «Нерушимая скала» наш город вновь оказался под массированным обстрелом со стороны сектора Газа. Почти каждый день мы организовывали различные образовательные, общественные и культурные мероприятия для детей в бомбоубежищах, а также вывозили семьи с детьми в центр и на север страны. Провели акцию по сбору посылок на фронт нашим солдатам и многие другие мероприятия.
– В Сдероте действует одно из активных молодежных движений Израиля. Скажи, пожалуйста, сотрудничаешь ли ты с ними?
– Да, и очень тесно, ведь мы были в числе первых активистов, которые строили платформу для молодежных организаций «Мицад» и «Ми дор ле дор». А всё начиналось со школы. В те годы наши родители, как и все «олим-ходашим», тяжело работали (сверхурочные часы с переработками), а мы, дети, были просто предоставлены сами себе. Я начинал общественную работу с волонтерской деятельности. Со временем понял, что если хочешь сделать в Израиле хорошую карьеру, необходимо обязательно войти в политику. Так я вступил в одну из ведущих израильских партий – «Ликуд». Стал заниматься политикой, чтобы помочь не только своей общине, но и всем жителям нашей страны. Мы должны изменить нашу жизнь, уметь защитить себя и родных, чтобы принести мир Израилю!
Автор: Материал подготовила Хана Рафаэль