Осень - благодатная, сытная пора. Урожай собран, в крепких бочках наливается молодое вино. А сколько овощей! Даже в самой бедной семье в эту пору полным ходом идет засолка, закваска -подготовка к холодной зиме...

Осенью в каждой еврейской семье отмечают много традиционных праздников, а между праздниками и до самых проливных дождей играются свадьбы.

По обычаю, за день до свадьбы на улицах слободки появляются всадники-джигиты на лошадях, чьи сбруи украшены цветными платками. Цоканье копыт гулко разносится по слободе, привлекая всеобщее внимание. Джигиты стройные красивые молодые парни уверенно держатся в седле. На них яркие праздничные черкески, опоясанные узкими ремешками с серебряными пряжками и узорчатыми подвесками галунами. Воинственный вид горца и красоту их молодых фигур подчёркивали прицепленные к поясу кинжалы в серебряных ножнах и добротные папахи из дорогого каракуля.

Парни скачут по центральной улице слободки, заворачивают в каждый переулок, останавливаются у каждого двора, и, перебрасываясь весёлыми шутками, громкими голосами созывают всех слободчан на предстоящую свадьбу. Окончив свою важную миссию, всадники возвращаются наперегонки, а платки на конских сбруях празднично развеваются на ветру.

В большом дворе Ефрома полным ходом идёт подготовка к свадьбе его сына Натана. Местный раби режет скот: телёнка, баранов и множество кур, которых специально нанятые женщины ловко ощипывают, потрошат, чистят и моют в солёной воде. По двору витает пьянящий запах парного мяса - несколько мужчин уже принялись за разделку туши телёнка: тут же на земле они снимают шкуру, вынимают внутренности, разрубают на части. Потом подвешивают за ноги баранов на ветви стоящего рядом дерева, быстро снимают с них шкурки и режут мясо на шашлык.

Уже вырыты ямы для очагов, над ними устанавливают большие котлы для варки, а рядом мангалы - для жарки. На большой сковороде одна из женщин жарит внутренности только что разделанных животных, тут же подаёт их на стол, и все мужчины, работавшие во дворе, под хорошее вино и прибаутки мигом «очищают» сковороду.

Всё готово для свадебного пира: в центре двора натянута палаточная ткань, под ней расставлены длинные столы и гладкие скамейки, площадка для танцев утрамбована, посыпана древесными опилками и тщательно выровнена.

...Раннее осеннее утро. Дождик за ночь прибил дневную пыль, и улица, мощенная булыжником, кажется чисто вымытой. Жители слободки, молодые и старые, готовясь к предстоящей свадьбе, облачаются в свои самые лучшие наряды. Даже вечно грязная и оборванная ребятня умыта и переодета. Завсегдатаи всех торжеств, почтенные «столетние» старики, достают из своих сундуков праздничные черкески, подвешивают на пояс серебряные подвески и обязательно кинжал - напоминание об их бурной и яркой молодости. Дорогие папахи выглядят на их седых и лысых головах такими огромными, что кажется, будто старики сгорбились именно под их тяжестью.

Опёршись на свои крючковатые палки, старцы степенно, не торопясь, о чём-то тихо беседуя, движутся в сторону дома, где вот-вот должна начаться свадьба. Ближе к полудню начинает собираться молодёжь. В нарядно убранный двор входят стройные парни, грациозные девушки, молодые женщины со своими мужьями. Все женщины и девушки в ярких шёлковых, парчовых или бархатных платьях «янгабалигьо» и разноцветных платках «гилбенди». На них много дорогих украшений, а на тонких талиях женские серебряные пояса «кебербенд». Девушки идут, слегка раскачиваясь, как в танце, едва касаясь земли носочками ног, обутых в разноцветные сафьяновые чувяки на твёрдой подошве.

Слободские ребятишки с шумом носятся по двору, а некоторые, разместившись возле танцевальной площадки, затевают любимую игру в альчики.

Народу собралось столько, что огромный двор Ефрома едва вмещает гостей. В полдень, когда осеннее солнце приближается к зениту, раздаются пронзительные звуки зурны, мелодичный напев гармони и барабанная дробь, оповещая о начале свадьбы. На танцевальную площадку устремляются молодые пары и, сменяя друг друга, лихо отплясывали лезгинку.

Вдруг музыка обрывается, и с улицы доносятся крики: «Оморени! Оморени!» - «Идут! Идут!» Это жених Натан и краса-вица-невеста Ципура в окружении родственников и друзей шествуют после совершения хупы, которая состоялась по обычаю во дворе у родителей невесты. Завершив обряд бракосочетания и по-лучив родительские напутствия и благословения, молодые уже приближались к дому Ефрома. А перед ними близкие родственницы и подруги невесты несут в руках и на подносах приданое: зеркало в красивой ажурной раме, подушки, одеяла, перины и вещи невесты.

Почти все, кто был во дворе, вышли встречать молодых. На жениха с невестой со всех сторон сыпались конфеты, рис, са¬хар. Впереди всех стояли родители - Ефром и Анай. Ефром первым поцеловал детей и поднял Ципуру на руки. Следом подошла Анай с блюдечком мёда. Она взяла руку девушки, обмакнула её пальцы в мёд, затем провела ими по воротам, и Ефром внёс в них свою молодую невестку.

Ципуру вместе с сопровождавшими её женщинами ввели в специально подготовленную для них в доме комнату, где они по обычаю должны были находиться до тех пор, пока за ними не придёт Натан или кто-нибудь из его старших родственников.

Во дворе снова заиграла музыка, на площадку набежали танцоры, и вот в круг вышел сам хозяин дома. Ефрому, представителю уважаемого рода, около 50-ти. Он в белой чесучовой черкеске с ремешком, отделанным серебром, и в нарядной светло-серого каракуля папахе. Танцующие расступились и начали громко хлопать в такт заводной музыки. Ефром важно прошёлся по кругу, двигался медленно, будто выжидая. Тут люди ещё больше расступились, чтобы дать дорогу Натану, ведущему в круг свою молодую жену. Завидев их, музыканты заиграли ещё громче. Шавадиё, надув щёки и выпучив глаза что было мочи дул в свою зурну, Исай, зажав круглый барабан между колен, так бил по нему короткими тонкими палочками, что этот ритмичный перестук было слышно за несколько кварталов. А гармонист Рафой изо всех сил старался, растя¬гивая меха своей гармони.

Натан подвёл Ципуру к Ефрому и, чуть отойдя, принялся вместе со всеми хлопать в такт музыки - первый танец с молодой невесткой по праву принадлежал его отцу. Ефром лихо заламывает папаху, поправляет на поясе кинжал, приглаживает широкие усы и, сверкая своими чёрными глазами, вихрем устремляется по кругу. Но Ципура, опустив голову и потупив глаза, никак не может решиться.

-Танцуй! Танцуй! - подбадривают её гости.

-Сейчас, сейчас, - вместо неё отвечает Ефром и хитро подмигивает.

Он запускает руку в карман галифе, достаёт оттуда две сторублёвые купюры, ловко вкладывает их в руки невесты, целует её и вовлекает в круг. Тонкая, гибкая Ципура в парчовом свадебном платье, жутко смущаясь, плавно подалась впе-рёд. Раскинув руки и взмахнув, как лебедиными крыльями, широкими длинными рукавами, она начала танец и своими становящимися всё более уверенными движениями так раззадорила свёкра, что тот снова полез в карман и осыпал невестку целой кучей денег, а затем схватил сына за руку и вытянул вместо себя в круг.

Натан устремился в танце следом за Ципурой, но она увернулась и оказалась на другой стороне танцевальной площадки. Её чёрные брови были горделиво приподняты, в широко открытых глазах играли шаловливые лучики солнца, а нежные губы будто шептали: «Нет, муженёк, в танце тебе меня не победить!»

Натан с восторгом смотрел вслед ускользающей невесте, пытался опередить её, но она вновь ускользала, и от этой их игры танец получился невероятно красивым.

-Орс! Орс! - раздавались со всех сторон одобряющие крики. - Ай, молодцы! -дружно хлопали в ладоши гости.

Музыка на площадке не смолкала весь вечер. Миловидные девушки, бойкие парни и даже пожилые мужчины без устали отплясывали задорную лезгинку. За своим весельем гости даже и не заметили, как молодых увели в дом, где по обычаю должна была состояться их первая брачная ночь.

Пусть счастлива будет эта семья! Худо кумек! Бог в помощь! Благополучия и везенья им!

На фото 1: Грозный, 1925 год. Женщины в национальных нарядах. Слева направо: Бэцирют Мушаилова, Ципка Матаева, Наами Шаулова, Мозолтэ Мушаилова, Маахо Израева, Роза Ашурова, Ципа Рафаилова.

На фото 2: Грозный, 1927год. На фото брат деда автора статьи, Елизаров Маэнах Пин-хасович (справа), рядом - его двоюрод-ный брат.

Источник статьи: "Община" приложение к "Кавказской газете" №97. Май- 2011 г.

Михаил ЕЛИЗАРОВ