Тайный визит «архитектора Холокоста» в Палестину
Интересы Германии и сионистов в вопросе переезда евреев в Палестину неожиданно совпали
Мария Якубовичмузыковед и культуролог
В 1937 году Адольф Эйхман прибыл с секретным визитом в Палестину. Второй «визит» Эйхмана в Израиль был организован Моссадом 24 года спустя. Что искал будущий еврейский злой гений в Палестине до войны?
Еще до того, как нацистский режим пришел к плану «Мадагаскар» – насильственной депортации европейских евреев на этот африканский остров, а затем к «Окончательному решению», гитлеровская Германия планировала решить «еврейскую проблему» путем отправки евреев в Палестину.
«Окончательное решение еврейского вопроса» (Endlösung der Judenfrage), известное, как «Окончательное решение» – эвфемизм, означающий всеобъемлющее уничтожение евреев во время Второй мировой войны, стартовало только с операции «Барбаросса» – вторжения Германии в СССР.
Слово «Мадагаскар» в контексте сосредоточения там европейских евреев появилось в работе Пауля де Лагарда Deutsche Schriften («Немецкие писания», 1878) еще в 1885 году. В начале 1930-х эта же идея была подсказана Гитлеру ее адептом, британским нацистом Генри Бимишем. Вскоре она начала широко и гораздо более конкретно обсуждаться.
В сентябре 1934 года унтершарфюрер СС Адольф Эйхман перешел на службу в СД и стал там заниматься рутинной работой по оптимизации картотеки масонов. Но в 1935 году унтерштурмфюрер СС барон фон Мильденштейн предложил Эйхману перейти в только что организованный им отдел Juden-Referat в Главном управлении СД (Службы безопасности Гиммлера, SicherheitsDienst). Он же и поручил составить справку по книге «Еврейское государство» Теодора Герцля. Справка оказалась настолько исчерпывающей, что потом использовалась как служебный циркуляр для служебного пользования в СС при возникновении трудных вопросов, связанных с еврейством, и перенаправило вектор еврейской депортации с Мадагаскара в Палестину.
В это время высшее нацистское руководство поставило перед отделом задачу: найти пути скорейшей принудительной эмиграции евреев из Германии. С тех пор и до начала Второй мировой войны Эйхман занимался вопросом о евреях в третьем рейхе и в странах-союзниках. Он даже выучил еврейский алфавит, чтобы самостоятельно читать СМИ на идише.
В 1937 году обершарфюрер СС Эйхман, сопровождая своего тогдашнего непосредственного начальника, главу Juden-Referat обершарфюрера СС Герберта Хагена, посетил Палестину под видом немецкого журналиста. Парадокс состоял в том, что приглашение поступило от представителя Хаганы. Интересы Германии и сионистов в вопросе переезда евреев в Палестину неожиданно совпали.
Файвель Полкес, по месту рождения польский еврей из Сокаля, проявил инициативу по общению с СД, чтобы спасти десятки тысяч немецких евреев. Сначала он наладил в Берлине контакт с агентом СС Францем Райхертом, который и вывел его на Эйхмана.
Встречи Полкеса с нацистами не были известны в Израиле до 1954 года. Больше подробностей было опубликовано в 1966 году в журнале «Шпигель». Это вызвало в Израиле бурю обсуждений.
Заявление двух нацистских чиновников, маскировавшихся под журналиста и студента, на въезд в подмандатную Палестину было отклонено английским генеральным консульством в Каире. Не ясно, были ли они идентифицированы или указанная ими причина въезда вызвала подозрение у британских должностных лиц. Им дали лишь временное разрешение, которое действовало одну ночь.
2 октября 1937 года судно «Румыния» пришвартовалось в порту Хайфы. Два обершарфюрера, разочарованные неудачей миссии, совершили поездку по Хайфе и провели ночь на горе Кармель. Затем они отправились в Каир и встретились с муфтием и Файвелем Полкесом.
Результаты встречи Хаген представил в отчёте, составленном 27 ноября 1937 года. Отчет, разумеется, готовилАдольф Эйхман. Несмотря на краткость пребывания, Эйхман довольно безапелляционно изложил свое мнение. Он утверждал, что экономическое положение ишува ужасно, и не похоже, что оно улучшится в ближайшем будущем.
Но он был убежден, что массовая, в отличие от индивидуальных отъездов, депортация евреев из Германии будет в будущем способствовать созданию сильного и процветающего еврейского анклава, основанного на огромном богатстве, которое депортированные евреи принесут с собой в Палестину. Эйхман опасался, что через некоторое время этот еврейский анклав станет угрозой для рейха.
Индивидуальные отъезды происходили в соответствии с Соглашением "Хаавара" (соглашение по переводу в Палестину части имущества эмигрантов), подписанным в августе 1933 года Сионистской федерацией Германии, Англо-Палестинским банком (ныне – Банк "Леуми") и Министерством экономики Германии. Благодаря этому около 10 % немецких евреев покинуло Германию до 1939 года и переселилось в Палестину с вывозом товара на сумму до 140 млн рейхсмарок.
В самом скором времени течение европейских событий, противодействие арабского населения и британских властей Мандата разрушили планы руководства рейха.
Весной 1938 года, после аншлюса (аннексии Австрии), Эйхман в звании оберштурмфюрера был назначен главой еврейского департамента в Австрии (SS-Oberabschnitt Donau). В Вене он впервые применил давно разработанный им для Палестины «метод трех этапов депортации»:
захват контроля над еврейскими учреждения и принуждение их лидеров к сотрудничеству; подрыв экономической базы путем конфискации имущества; запугивание насилием.
Герберт Хаген (в центре) с Адольфом Эйхманом (сидит) обсуждают рейд на учреждения еврейской общины Вены. Слева – глава общины Йозеф Левенхарц. Март 1938 года. Фото: Бундесархив
* * *
В 1960 году скрывавшийся в Аргентине Эйхман был захвачен Моссадом и после тщательного расследования и суда признан виновным в военных преступлениях. Хотя известно спорное высказывание тогдашнего министра транспорта Ицхака Бен-Аарона: «У Эйхмана есть линия защиты: до 1939 года и во время войны именно он был адресом для разных сделок с евреями».
Суд над Эйхманом. Фото: gpophoto.gov.il
В ночь с 31 мая на 1 июня 1962 года Эйхман был казнен тем еврейским государством, которое, согласно его выкладкам, не имело права возникнуть.
Читайте также
Все материалы рубрики
Десятилетний праведник
Что побуждало горстку людей среди миллионов рисковать собственной жизнью и жизнью своих детей, преодолевать свою биологическую природу, страх смерти, чтобы спасти часто незнакомых им евреев?
Юрий Табакрелигиовед и переводчик
Феномен праведничества загадочен сами по себе, применительно ко всем без исключения Праведникам народов мира. Что побуждало горстку людей среди миллионов рисковать собственной жизнью и жизнью своих детей, преодолевать свою биологическую природу, страх смерти, чтобы спасти часто незнакомых им евреев?
Но даже среди этих тысяч случаев, проникнутых общей беззаветной идеей спасения ближнего, встречаются удивительные истории, делающие феномен праведничества еще более загадочным.
Семья Файнштейнов проживала в поселке Пересечное Харьковской области. В октябре 1941 года в поселок вошли немцы. Когда стало ясно, что местных евреев, как и евреев Харькова, уничтожат, Розалия Файнштейн велела 12-летнему сыну Виктору бежать и попытаться перейти линию фронта. Это было сказано вовремя, но в последний момент: в тот же день Розалия Файнштейн была расстреляна.
Несколько месяцев Виктор скитался по деревням Харьковской, Сумской и Курской областей. Попытка перейти фронт не удалась: около хутора Красное, под Белгородом, его поймали. За несколько секунд до расстрела он бросился бежать – под пулями, через минное поле. Первое чудо состоялось. В сумерках пули его не задели, и на мины он не наступил. Бежать за ним по минному полю и глубокому снегу немцы и полицаи не решились.
Виктор продолжал скитаться. Несколько раз он встречал знакомых, которые его выдавали немцам или полицаям, но кто-то предупреждал его, и он успевал бежать. Весной 1942 г. староста одного из сел направил мальчика работать в Каучук-совхоз при деревне Колонтаевка Курской области. Но одежда его превратилась в лохмотья. Почти голый, истощавший и завшивленный, он проработал недолго и скоро уполз умирать в заброшенный колхозный барак.
Там-то на него случайно и наткнулся 10-летний Сим Еремин. В Колонтаевке проживала семья Ереминых, верующие христиане-баптисты – родители Иван Михайлович и Пелагея Прокофьевна, а также их пятеро из восьми детей (Сим был младшим).
Зайдя в барак, Сим обнаружил умирающего мальчика чуть старше его. Оборванный и крайне истощенный ребенок лежал в забытьи на соломе в бараке; температура на улице была чуть выше нуля. Осторожно приблизившись к мальчику, Сим услышал слабые стоны. Почувствовав, что рядом кто-то есть, мальчик попросил воды. Сим нашел консервную банку, набрал в нее талой воды и поднес к губам больного. Пока тот пил, Сим заметил, что его лихорадит. По просьбе мальчика, Сим отправился домой за хлебом. Услышав от сына о больном ребенке, Пелагея Прокофьевна отрезала кусочек от краюхи – суточного пайка всей семьи.
Пока Виктор ел хлеб, Сим провел с мальчиком еще некоторое время, хотел расспросить его, кто он и откуда, но тот был слишком слаб, чтобы поддерживать разговор, сказал только, что его зовут Витя и он беженец с Украины.
Вечером того же дня Сим привел в барак отца. Тот сразу понял, что Витя болен тифом, но взял его на руки и перенес в свой дом, рискуя заразить семью. Первым делом Еремины сняли и сожгли всю его гнилую и кишевшую вшами одежду, затем искупали и побрили мальчика. Купая его, они заметили, что мальчик обрезан. Витя провалялся в бреду несколько дней, и, придя в себя, обнаружил, что находится в чьем-то доме, в чужой и чистой одежде. Первое что он спросил у хозяев – знают ли они, что он еврей. Пелагея Прокофьевна деликатно дала ему понять, что да, знают, но для них его национальность значения не имеет.
Выхаживал его Сим. Кормил его, потом учил ходить. Выздоровев, Витя вернулся на работу. Но гром грянул: местные полицаи все же арестовали его, заподозрив еврейское происхождение. Иван Еремин выкупил его у полицейских, с еще большим риском для жизни всей семьи.
После прихода Красной Армии, в марте 1943 года, Еремины отвезли Виктора в районный город Льгов, в детприемник, откуда его направили в Курский детский дом, а затем вглубь страны.
Они встретились в 1947 году: перед уходом в армию Виктор два дня гостил у своих спасителей. Потом их пути разошлись. Он их нашел через 50 лет, в начале 90-х. В 1993 г. Виктор Файнштейн с семьей репатриировался в Израиль, а в 1996 году в Израиль с семьей переехал Сим Еремин, уже после смерти жены-еврейки. Там они и встретились.
5 августа того же года «Яд-Вашем» удостоил Ивана и Пелагею Ереминых и их сына Сима почетным званием Праведник народов мира.
Через два года умер Виктор Файнштейн, а еще через десять лет – Сим Еремин. Некогда 10-летний мальчик, спасший от смерти 13-летнего.
Наверное изо всех Праведников народов мира Сим Еремин совершил свой подвиг в самом юном возрасте. Что двигало 10-летним человеком, положившим все силы на то, чтобы выходить незнакомого парня? Природная доброта, христианская вера, с младенчества усвоенный моральный долг? Или какой-то особый дар, присущий праведникам?
Мы этого уже не узнаем.