Я с любопытством слежу за действиями матери и сына, Марии Владимировны и Георгия Романовых, притязающих на российский престол. Конечно, ничто не ново под луной: «потомков» и самозванцев во всех странах и во все века хватало. Даже Израиль, завершивший свою монархическую историю в незапамятные времена, не остался обделен.

Шмуэль Сольник был амбициозным парнем. Вы не сможете претендовать на причастность к древней библейской династии без маленькой доброй старомодной наглости.

Фото из книги Сольника «Царство Израиля: Царство дома Давида в свете нашей нынешней реальности» (иврит, типография Шраги Вайнфельда, Иерусалим, 1942)

Отец Шмуэля, Герман, родился в польском городов Калише в 1910 году. Он был писателем и местным сионистским активистом, мать, Гитель, школьным учителем. С началом Второй мировой войны Шмуэль отправился в Париж, чтобы изучать стоматологию в Сорбонне. Вскоре, однако, нацисты вошли в столицу Франции, и молодой еврейский студент-медик отправился в Швейцарию, чтобы продолжить учебу.

Именно в этот период Сольник наткнулся на документы, которые, как он полагал, подтвердили давнее семейное предание: что Сольники произошли от семьи дона Ицхака бен-Иегуды Абрабанеля (Абарбанеля), великого еврейского государственного деятеля, философа и библейского комментатора, который в XV веке служил у португальского короля Афонсу V казначеем.

Со смертью Афонсу и восшествием на престол Жуана II Абрабанель бежал в Кастилию, где стал министром финансов у католических королей Изабеллы и Фердинанда. Там его застал эдикт об изгнании евреев из Испании. Он мог остаться, но предпочел разделить участь своих братьев.

Дон Ицхак бен-Иегуда Абрабанель (1437—1508)

Абрабанели, в свою очередь, утверждали, что принадлежат к линии самого царя Давида, и здесь Шмуэль Сольник увидел прекрасную возможность.

В 1942 году он изложил свои претензии и их обоснование в книге «Царство Израиля: Царство дома Давида в свете нашей нынешней реальности» (типография Шраги Вайнфельда, Иерусалим).

Первый раздел этого бессвязного тома напоминает библейские генеалогии из Книги Бытия и Нового Завета, систематически излагающие краткую историю каждого из предков Сольника, начиная с раввина Шмуэля Абрабанеля, деда дона Исаака, и показывая, как каждое поколение Абрабанелей рождало следующее. В нем рассказывается об определенной ветви семьи, которая в конечном итоге поселилась в Салониках (отсюда и фамилия Сольник) до того, как их потомки отправились в Восточную Европу, в конце концов родив Германа Сольника.

Через несколько страниц Шмуэль скромно написал: «По сей день среди нас живут семьи с бумагами, доказывающими их происхождение, восходящее ко времени царей Израиля. В качестве примера я должен отметить семью Сольник, происходящую из семьи сефардского дона Абрабанеля, и известно, что у него был сертификат, подтверждающий, что он был потомком царя Давида […] Несмотря на изгнания и беспорядки, эта линия остается неизменной, и еврейский народ с гордостью несет в себе царскую корону».

В книге Сольника даже был изображен придуманный им собственный герб – ревущий Лев Иудейский, угрожающе шагающий вперед с обнаженными зубами под венчающей его короной со звездой Давида. Под символом Сольник писал: «Пусть лев Давида на голубом и белом поле, этом воплощении национальной чести и единства, будет находиться среди флагов народов». Возможно, не самый тонкий символ. Но этот человек очень хотел быть царем.

Изображение – из книги «Царство Израиля: Царство дома Давида в свете нашей нынешней реальности»

В конце 1940-х он наконец прибыл в Палестину, поселился в Иерусалиме и начал практиковать как зубной врач.

Этот щеголеватый молодой человек выглядел довольно неуместно в простом и скромном палестинском пейзаже, с его невысокими зданиями, узкими пыльными улицами и грязными базарами. Сольник же для местных жителей представлял собой образец европейской аристократии: модные костюмы, набриолиненные волосы и дорогой автомобиль, в то время, когда частные автомобили в Иерусалиме были редкостью.

Это было время, когда уже был очевиден политический разрыв между левым лейбористским сионизмом Давида Бен-Гуриона и ревизионизмом Зеэва Жаботинского и его преемника Менахема Бегина.

Сольник попытался убедить своих собратьев-евреев, что они тратят время на бесконечные политические разногласия и бессмысленную чепуху.

В конце концов, зачем? Перед ними был идеальный кандидат для возрождения еврейского суверенитета на древней родине в его крайнем, монархическом изводе — не более и не менее чем живой, дышащий одним с ними воздухом наследник престола царя Давида.

Самонадеянные притязания Сольника вызывали в Иерусалиме любопытство. Он и его жена Сима закатывали щедрые вечеринки для еврейской элиты в своем доме в престижном районе Рехавия. Среди посетителей, по слухам, были министры правительства. Местная пресса находила Сольника и его амбиции довольно забавными, и его похождения часто кратко освещали в различных колонках сплетен. Тем не менее, несмотря на эту сомнительную славу, ему не удалось убедить своих собратьев-евреев в том, что они нуждаются в царе.

История полна монархов, пришедших к власти благодаря широкой общественной поддержке и всепоглощающей харизме, но Сольник этими качествами не обладал. Он не командовал армиями, которые могли бы завоевать ему корону с помощью меча, хотя однажды, после пьяного празднования Пурима, убедил несколько десятков солдат высказаться за восстановление монархии.

Заметка в Palestine Post (17.03.1949)

Краткая заметка в Palestine Post от 17 марта 1949 года сообщала, что более 150 солдат и трое арабских заключенных, будучи в несколько восторженном состоянии от возлияний на Пурим, подписали петицию, призывающую к восстановлению монархического режима в Палестине с монархом Сольником.

Несмотря на слова претендента, приведенные в новости – «это выражение лояльности станет поворотным моментом в истории Израиля», пьяный инцидент остался отмечен лишь крошечной заметкой в газете.

<