Виолончелистка в Освенциме боялась, что мир не поверит ей
Ее записанные тогда показания дали точное и буквально графическое описание ужасов лагеря
Анита Ласкер-Вальфиш играла в оркестре Освенцима, и, вероятно, больше всего ее запомнят за монолог, который она, только что освобожденная из Берген-Бельзена, произнесла в радиоэфире. Новый документальный фильм исследует историю ее жизни.
«Мне не стыдно признаться, что я не знал британо-немецкую виолончелистку Аниту Ласкер-Вальфиш, 98 лет, которую, возможно, помнят не столько за музыку, сколько за ее слова, — пишет Хаггай Хитрон в Haaretz. — Это не умаляет восхищения ее мастерством как музыканта. Она сделала выдающуюся карьеру и была заметной участницей Английского камерного оркестра».
Маленькая Анита с родителями
Есть много хороших виолончелистов, но немногие из них выделяются такой удивительной биографией, как Ласкер-Вальфиш. Она стала известна миру, когда слова, которые она произнесла сразу после освобождения концлагеря Берген-Бельзен в апреле 1945 года, были переданы на весь этот мир.
Ее записанные тогда показания дали точное и буквально графическое описание ужасов лагеря. Запись была отредактирована по указанию Би-Би-Си, а затем передана в эфир. Теперь она звучит в мощном, наводящем на размышления австрийском документальном фильме «Музыка под свастикой: Маэстро и виолончелист в Освенциме», обогащенном мощным музыкальным саундтреком, где отрывки из известных произведений освещаются в новом свете.
Показ фильма запланирован на 11 марта на Международном фестивале художественных фильмов EPOS в Тель-Авиве. Хитрон пишет, что не собирается «пытаться суммировать здесь богатство содержания фильма». Он полагает, что можно ожидать различных, противоречивых и даже негативных реакций по поводу содержащихся в нем мнений и выводов.
Фильм построен в виде трех линий: одна сторона — история Аниты Ласкер, вторая — взгляд на угрызения совести и корыстные интересы известного немецкого дирижера Вильгельма Фуртвенглера. Третья сторона — это, конечно же, Рихард Вагнер.
Будущей виолончелистке и писательнице Аните Ласкер-Вальфиш было 18 лет, когда в декабре 1943 года ее отправили в Освенцим.
Условия содержания Ласкер в Освенциме были, условно говоря, хорошими, поскольку ее включили в женский лагерный оркестр. На это она сказала, что в Освенциме «музыка играла как фон для самых страшных вещей».
Обстоятельства выживания Ласкер и ее сестры Ренаты необычны. В фильме объясняют это характерной чертой странной немецкой приверженности к закону и порядку.
Дирижер Фуртвенглер в 1946 г.
Анита и Рената были принудительными работницами на нацистской фабрике в своем родном городе Бреслау (ныне Вроцлав, Польша), где их поймали на совершении преступления — подделке паспортов. Их не казнили, а судили и заключили в тюрьму. Позже их отправили из тюрьмы в Освенцим — не в рамках массовой высылки евреев на уничтожение, а в составе небольшой группы осужденных преступников.
Эта версия высказана создателями фильма, хотя, вероятно, она подкреплена документами. Сама же Ласкер-Вальфиш в 2020 году рассказала, что избежала смерти в Освенциме по «чистой случайности», потому что в лагере нужен был виолончелист. Оркестр призван был помочь истощенным рабочим бригадам четче маршировать каждое утро и вечер на работу и с работы. Музыканты также играли всякий раз, когда офицер СС хотел послушать музыку.
«Это была полная случайность, что в Освенциме был оркестр, и в оркестр потребовался виолончелист, — объясняла тогда миссис Ласкер-Вальфиш. — Я не думала, что попаду в Освенцим и буду играть там на виолончели. Я была готова пойти в газовую камеру».
Несколько месяцев, которые Ласкер провела в заключении в лагере Берген-Бельзен, были тяжелее, чем предыдущие девять месяцев в Освенциме. Ее слова об освобождении Берген-Бельзена сотрудникам Би-Би-Си и всему миру были произнесены ясным и уверенным голосом на немецком, ее родном языке.
Ласкер, которой в то время было 19 лет, похоже, чувствовала ответственность представлять жертв и выживших. По ее тогдашним словам, те немногие, кто пережил Освенцим, «боятся, что мир не поверит тому, что там происходило».
После концлагеря в 1946 году Анита Ласкер эмигрировала в Великобританию, вышла замуж и родила двоих детей.
В короткой передаче Би-би-си 1945 года Анита Ласкер говорила четко и членораздельно. Когда снимали документальный фильм и ей было 96 лет, она говорила так же четко. Тон ее воспоминаний и уроков, которые можно извлечь из них, примирительный и трезвый.
Однажды Ласкер решила, что никогда больше не ступит на немецкую землю. Позже она передумала. Может быть, потому, что в ее глазах Германия стала другой страной, и не надо было придерживаться ненависти к ней, да и ненависти вообще. «Ненависть — это яд, – говорит она, — в конце концов ты отравишься».
И более чем через 70 лет после Холокоста, в октябре 2018 года, британский антисемитизм побудил внука Аниты, Саймона Вальфиша, получить германский паспорт.
Вторая грань фильма (дополненная увлекательными музыкальными подборками) — это история Вильгельма Фуртвенглера. Известный немецкий дирижер решил остаться в Германии и продолжать выступать при нацистском режиме и под его эгидой. История Фуртвенглера, в том числе его процесс денацификации после войны, широко исследовалась, в том числе в Израиле.
О Вагнере мы знаем.
Выставка «Бухарские евреи: на перекрёстке цивилизаций» в Еврейском музее Москвы
С 3 марта по 18 июня 2023 года в Еврейском музее и центре толерантности пройдет выставка «Бухарские евреи: на перекрестке цивилизаций». Этот масштабный совместный проект Еврейского музея и Музея истории евреев в России представит историю и культуру бухарских евреев как феномен особой еврейской идентичности в контексте культур Центральной Азии.
Экспозиция выставки развернется в центральном лобби музея и продолжится в левой галерее, увлекая зрителей в захватывающее историческое и культурно-этнографическое путешествие, включающее подразделы «Дом и традиционная бытовая культура», «Религиозные обычаи», «Жизненный цикл», «Традиционные занятия и ремесла, музыка, танец, театр», «Традиционная одежда».
На выставке будет представлено около 200 экспонатов, некоторые из которых ранее не показывались публично. Это образцы народного искусства и предметы быта, изделия ремесленников, ритуальные предметы, амулеты, уникальные исторические документы и фотографии. Ядром проекта станут различные элементы декора традиционных еврейских домов из Самарканда и Бухары конца XIX — первой трети XX века: именно они лягут в основу специально созданной инсталляции, рассказывающей о жилище бухарско-еврейской семьи. Значительное место в экспозиции отведено традиционной одежде бухарских евреев и образцам ткачества и золотого шитья. Большинство произведений являются частью коллекции Музея истории евреев в России и собраны в еврейских семьях в ходе музейных экспедиций в Среднюю Азию. Также на выставке будут представлены экспонаты из собрания Российского этнографического музея, Фонда Марджани и частных коллекций. Выставки подобного масштаба и наполнения еще не было ни в одном этнографическом, еврейском или художественном музее.
Как особый еврейский субэтнос бухарские евреи окончательно сформировались в XVIII веке на территории центральноазиатских мусульманских государств: Бухарского эмирата, Кокандского и Хивинского ханств. Однако их культура наследовала и продолжила традиции гораздо более раннего времени, корни которых восходят к эпохе Персидской империи. Уже в эпоху Средневековья Бухара и Самарканд стали заметными центрами еврейской учености и религиозной поэзии на фарси и иврите. Несмотря на дискриминацию и религиозные гонения, которым они подвергались в Центральной Азии, бухарские евреи играли важную роль в развитии местной музыкальной культуры и традиционных ремесел. С середины XIX века они заняли видное место в системе международной торговли между Россией и странами Востока. Успешные еврейские купцы выдвинули из своей среды деятельных предпринимателей, просветителей и меценатов, которые стали пионерами промышленности, внедрения новых систем образования, становления театра и современного книгоиздательства в регионе. Их усилиями в конце столетия был также создан Бухарский квартал в Иерусалиме, ставший очагом бухарско-еврейской культуры и одним из центров новой экономической активности в Святой земле. В появившихся после революции центральноазиатских республиках бухарские евреи были вовлечены в различные формы социалистической модернизации и атеистического воспитания: создавали национальные колхозы, новые школы, служили в Красной армии, сражались на фронтах Великой Отечественной войны, составили значительный процент ученых и профессионалов разных специальностей, а также творческой интеллигенции Узбекистана и Таджикистана. Сегодня в результате массовой миграции из традиционных мест проживания большая часть бухарских евреев оказалась в Западной Европе, Израиле и США. Однако на всех этапах своей истории и в различных интеграционных процессах, несмотря на внешние влияния в разных странах, бухарские евреи сумели сохранить свою уникальную культуру, свои особые обычаи и обряды, верность иудаизму.
Презентация именно этого феномена — сохранение собственной идентичности и культурного своеобразия в контексте культур окружающих народов на протяжении всего исторического пути бухарских евреев — станет главной темой выставки.
Кураторы: Григорий Казовский, Борис Хаймович
Дизайн экспозиции: Нана Абдрашитова
