С Дианой меня познакомила её тётя Роза (Руспо) Изгияева (Давыдова) из г. Пардес Ханы. Как-то она предложила мне послушать музыкальные клипы на сайте youtube.com, в которых обаятельная девушка исполняет песни на иврите, английском, французском и русском языках.

- Она дочь моего брата Раши и Эдесо (Светлая им память!), - объяснила мне Роза, - репатриировалась в Израиль недавно. Живет в Иерусалиме, где учится и работает, талантливая девушка, сама сочиняет песни и поет, у неё замечательный голос.

А почему до сих пор эту девушку не пригласили на Всемирный горско-еврейский конкурс вокалистов «Астарай джууро»? - задала я сама себе вопрос. На конкурсе было бы изюминкой, если бы одну из песен своих дедов исполнила бы Диана. Мне удалось поговорить с ней, она оказалась интересным собеседником.

- Обычно первый вопрос начинается со знакомства. Диана, расскажи, пожалуйста, немного о себе.

- Родилась я в 1988 году в столице моей любимой Республики Дагестан (РФ). Когда мне было 2 года, наша семья переехала в славный древний город Дербент. Как и большинство детей, в 6 лет я поступила в среднюю общеобразовательную школу. Уже тогда я стала проявлять себя как актриса и певица, в музыкальных постановках детсада и школы. Ну, вот мама и предложила мне пойти учиться в музыкальную школу. До сих пор стоит перед глазами картина, как мама держит меня за руку по пути в музыкальную школу в первый раз и спрашивает: «Ты точно хочешь учиться играть?». Так, в 1996 году я поступила в детскую музыкальную школу и окончила её в 2004 году по специальности фортепиано. По окончании общеобразовательной школы в 2005 году поступила в педагогический университет. В 2009 году защитила бакалавриат с красным дипломом. В годы учёбы участвовала в различных песенных конкурсах, таких как «Мы ищем таланты», «Студенческая весна» и мн.др. В некоторых удалось даже занять призовые места. Также принимала участие в некоторых постановках муниципального татско-еврейского театра г. Дербента. В 2010 году репатриировалась в Израиль. Сейчас учусь в иерусалимском университете и работаю.

- Ты, конечно же, с детства слышала стихи и песни Сергея Изгияева и Беньямина Сафанова. Повлияло ли их творчество на твоё желание стать певицей?

- Безусловно! Само собой разумеется, творчество Сергея Изгияева и Беньямина Сафанова наложило своеобразный отпечаток на мою созидательную деятельность, как певицы, так и актрисы, а также сыграло определённую роль в становлении меня как личности вообще! Являясь внучкой двух поэтов, я считаю своим долгом, в честь Светлой их памяти, продолжать развитие культуры горских евреев. Слушая их стихи и песни, во мне пробуждаются глубокие чувства любви к родному языку, к дагестанскому народу и родному краю. И уже тогда, в детстве, я для себя точно решила, что, во что бы то ни стало, обязана стать певицей и передать будущему поколению то величайшее наследие, которое они для нас оставили.

- В 90-х годах большинство евреев эмигрировали из Дербента. И нам, кто живёт вдали от любимого города, интересно было бы знать, как жили и живут наши люди в меньшинстве по сравнению с другими народами?

- Откровенно говоря, даже не знаю, что на это ответить! Всегда, везде и во всём есть свои плюсы и минусы, свои сложности и незамысловатости. Извечно, во все времена существовали те, кто любил и поддерживал евреев, ну и неизменно есть те, кто пытаются всячески нас дискриминировать. К примеру, моя национальная принадлежность достаточно многозначно повлияла на жюри конкурсов, в которых я участвовала. Я не раз сама слышала их разговоры о том, что "нельзя дать еврейке первое место". Но! Были случаи, что находился какой-нибудь член жюри, который, возможно, вырос в "еврейском дворе" и взял на себя смелость настоять на том, чтобы мне дали первое место! Очень многие всегда говорили, что вместе с евреями уехал "Берекет", что в переводе означает "хлеб". И всегда были те, кто посмеивался, как на улице, так и в школе, и в университете, но также оставались и те, кто без евреев даже не садился за стол кушать.

- Твоя мама, Эдесо Изгияева (Сафанова), является составителем одного из лучших словарей горских евреев. Соответственно, хотелось бы тебя спросить: знаешь ли ты родной язык? И как лингвист по образованию, у тебя не возникает желание заняться именно изучением и развитием горско-еврейского языка на научном уровне?

- Разумеется, я знаю родной язык, и с сестрой и братом иногда говорю на нём, но, к моему глубочайшему сожалению, это случается достаточно редко, а больше говорить особо не с кем и, как вы понимаете, за неимением практики навыки постепенно утрачиваются. Конечно же, у меня нет таких знаний родного языка, каковые были у моих родителей и дедов. Что касается научно-языковой деятельности, то я даже не осмелюсь взяться за столь сложное дело. Моя мама вложила в этот словарь, как и во многие другие свои книги, невероятно титанический труд. Работа над этим словарём велась около двадцати пяти лет. И, будучи ребёнком, я запомнила эти бессонные ночи, проведённые за печатной машинкой, а позже за компьютером, и постоянные поиски хоть какой-нибудь информации из различных еврейских и нееврейских источников. Само собой разумеется, что в годы учёбы я написала ряд исследовательских статей и выступала с ними на нескольких республиканских научно-практических конференциях, но это и рядом не стоит с теми знаниями, умениями и навыками, которыми обладали мои предки. Знаете, у моего отца часто спрашивали: «Почему ты не пошёл по стопам своего отца и не стал поэтом и писателем?». На что он, всегда улыбаясь, отвечал: «Лучше быть отличным инженером и фотографом, чем быть плохим поэтом и писателем!». Так же и я могу сказать: «Лучше быть замечательной певицей, актрисой и педагогом, чем быть плохим учёным!».

- Верующий ли ты человек? Соблюдаешь ли Шабат?

- Я, так же как и мои родители, глубоко верующий человек. Испокон веков в моей семье соблюдали кашрут и еврейские традиции. Когда я была маленькой, мы часто ездили к бабушке в Махачкалу на Шабат, и до сих пор я помню, какие шикарные обеды она готовила, как зажигала свечки и обязательно отделяла молочное от мясного. К сожалению, когда я родилась, оба дедушки уже ушли из жизни, но мама рассказывала, что её отец наполнял бокал вином, надевал на голову восьмиклинку (и всю Субботу был в ней) и что-то читал. Но о том, что это "кидуш", никто никогда не говорил, потому что, как вы знаете, при советской власти было боязно быть религиозным и уж тем более евреем. Да и отец рассказывал, что, когда он был маленьким, его дед наматывал на руку какой-то кожаный поясок и что-то читал. Когда мой отец спросил у него, что он делает, тот ответил, что это такая игра, т.к. переживал, что ребёнок может рассказать на улице, и прадеду и его семье пришлось бы туго. С детства я запомнила, что даже слово "свинина" запрещено, и мы ни то чтобы не ели её, но и даже никогда не видели. Соответственно, мама выполняла всё то же, что и бабушка. Что касается меня, то я, конечно же, соблюдаю традиции, праздники, посты, кашрут, сама делаю кидуш, т.к. живу одна, и обязательно зажигаю свечки к Шабату и праздникам.

- Ты репатриировалась в Израиль недавно. Нет ли у тебя ностальгии по Дербенту и друзьям? Как прошла абсорбция?

- Безусловно, я скучаю по друзьям и родным местам, но не уверена, что это можно назвать ностальгией. Вернуться туда, чтобы жить, я бы не хотела. Конечно же, я буду летать к ним в гости, и уже один раз, после года пребывания в Израиле, я была в родных Дербенте и Махачкале. Абсорбция прошла относительно неплохо. Откровенно говоря, это достаточно сложный процесс. Многие мои знакомые не выдерживали и даже обращались к психологам. У меня всё было гораздо легче. Ввиду того, что я лингвист и у меня есть склонность к быстрому схватыванию, усваиванию и пониманию языка, то с ивритом у меня особых проблем не было. Но мне пришлось приложить немало усилий и не спать ночами, чтобы научиться отлично говорить, писать и читать на иврите. Именно незнание иврита является одной из главных проблем большинства репатриантов, особенно людей, старше сорока лет. Конечно же, были некоторые проблемы с обустройством, с привыканием к новой жизни и понимаем израильских манер. К примеру, для меня было невероятно удивительно, что преподаватель с третьей степенью (т.е. со званием доктор) может приходить в университет в сланцах или сидеть на столе перед аудиторией. А здесь это считается нормой и даже частью культуры. Огорчает то, что очень многое израильское никак не является еврейским. Но... Постепенно ко всему привыкаешь и можно приспособиться.

- Создание клипов - работа не из легких, нужна спонсорская поддержка. Кто помогает тебе в выпуске клипов?

- Действительно! Это требует неимоверных сил и труда. Именно поэтому и ввиду того, что я и учусь, и работаю, и фактически не имею свободного времени, у меня до сих пор нет ни записей песен, которые я написала сама, ни профессиональных клипов. Те маленькие шажочки, которые я сделала, являются моей личной заслугой, за мои личные деньги. Пока всё делаю самостоятельно.

- Сколько у тебя уже авторских песен? Ты пишешь и текст, и музыку? На каком они языке?

- Откровенно говоря, даже и не знаю сколько, т.к. не считаю. Есть целая тетрадь стихов, но музыку я сочинила только к нескольким. Пишу на разных языках: английском, иврите и русском.

- Диана, хочу поблагодарить тебя за интересные ответы и пожелать тебе достижения всех намеченных планов, счастья, творческих успехов и благополучия во всем!

Автор: Материал подготовила Хана Рафаэль