Встреча с земляком, да еще бакинцем, является праздником в повседневной жизни американца. А если твой новый знакомый еще и оказывается из одной с моей системы трудовой деятельности (строительство Азербайджана) и знает всех твоих сослуживцев, то это уже чудо. Правда, я должен оговориться, что Сумалиев Ширин Ильяс оглы, или, как все его уважительно называют, Ширин дайи, родом вообще-то из Варташена (Огуз, Азербайджан).

Несомненно, здесь необходимо разъяснить, что речь идет о самом раннем месте проживания горских евреев (огузов) на Восточном Кавказа.

Этот уникальный мир древней народности, как отметил исследователь XIX века И. Черный, «отличается от окружающего местного азербайджанского населения только языком и религией». А чтобы поближе ознакомиться с миром горских евреев (огузов) Варташена, для этого не обязательно ехать к ним: достаточно просто прочитать интереснейшую книгу «Край роз на подоле Шахдага». Именно эту книгу с поэтическим названием написал для нас мой новый друг Ширин-дайи.

Интерес к книге заключается в том, что в ней мы находим историю заселения огузами этой местности, их быт, обычаи, устои, а главное – приверженность к сохранению своей иудейской религии в условиях окружающего завоевания и порабощения иноземными захватчиками. Завороженный событиями в этом необычайном уголке природы, я и решил разыскать автора и познакомиться с ним поближе.

Оказалось, что это даже ближе, чем я представлял: буквально через пролив, отделяющий штат Нью-Джерси от Бруклина.

Загадочный публицист оказался простым, искренним и дружелюбным земляком.

Под стать Ширину и его типичная для советского гражданина биография, несколько напоминающая мою или вашу, уважаемый читатель.

Школьные годы до войны мальчик проводит в родном Варташене.

Затем переезд в Баку и учеба в статистическом техникуме.

Первая работа Ширина в должности инженера-экономиста в Кировабаде.

Но юноша рвется к знаниям – он поступает в Азербайджанский институт народного хозяйства, где продолжает экономическое образование.

По окончании института Ширин проходит все степени роста молодого специалиста, достигнув должности главного бухгалтера Минсельстроя Азербайджана.

Будучи пенсионером, в 1996 году он вместе с семьей переезжает на постоянное место жительства в Нью-Йорк.

Именно здесь начинают проявляться интерес и увлеченность Ширин-дайи основами иудаизма.

Ощущение неоднозначности древней иудейской религии убеждает варташенца, что основа всех основ не только религий, но и литературы находится в иудаизме.

В результате многолетнего изучения и соответствующих размышлений Ширин-дайи приходит к удивительным интерпретациям, выразившимся в публикации философской книги «Влияние Священной книги Тора на литературу Ближнего и Среднего Востока».

При первой же встрече с Ширин-дайи у меня, не считающего себя знатоком в обширном понимании религии, накопилось множество вопросов к уважаемому коллеге, объясняющих суть затронутых проблем.

– Скажите, уважаемый Ширин-дайи, что подвигло вас на создание данной книги?

– Сборник письменности евреев – Священная книга Тора (пять книг пророка Моисея) появилась благодаря вдохновению от Вс-вышнего.

Израильское государство в различные периоды своей истории подвергалось захвату иноземными поработителями. После покорения евреев эти народы, изучив Тору, в дальнейшем использовали ее, присвоив ее законы, чтобы затем представлять их как свои. Например, под видом культуры Греции или законов Римской империи.

Обнаружив эти новшества в законодательстве чужих стран, мне подумалось, что целесообразно будет сообщить читателям о действительных источниках, повлиявших на другие цивилизации.

– Что помогло вам освоить такой сложный философский материал?

– В детстве и юношестве я учился на азербайджанском языке. К счастью, вся культура Востока представлена в хорошем переводе на азербайджанский язык, который является моим родным языком, поскольку все свое образование я получил в азербайджанском секторе обучения.

Таким образом, я ознакомился с трудами великих философов и литераторов Востока. Читая их труды, я мысленно сравнивал их с «Кетувим» – третьей группой книги Танах, вобравшей в себя поэтические и исторические произведения Иудейского царства.

– Не хотите ли вы сказать, что мораль, которую проповедуют все три главные религии и которая содержится в Торе, Евангелии и Коране, не имеет принципиальных расхождений?

– Самое главное, что роднит три монотеистические религии – иудаизм, христианство и ислам, заключается в том, что у них один корень – Закон Моисея. Все три религии считают Моисея пророком, который дал человечеству Закон, исходивший от Единого

Б-га.

– Что, на ваш взгляд, привлекает в иудаизме философов и литераторов неиудейских конфессий?

– Высокая градуировка Морали, которая содержится в Торе, имеет притягательные концепции для других религий. Однако, кроме этических воззрений, каждая из религий содержит свое видение Бога, свой особенный культ, то есть свои догматы – правила поклонения Всевышнему, свой ритуал и особенности отправления церковных обрядов.

Поэтому литераторы, не затрудняясь поисками примеров новых совершенств, берут пример с героев иудаизма, заменяя только имена.

– Какие главные прототипы, по вашему мнению, взяты восточными литераторами из истории Иудеи и чем они характеризуются?

– Например, кто может лучше олицетворять чудотворство и волшебство, как не пророк Моисей (Муса)?! Нет такого литератора Востока, который бы не обращался к мудрости и справедливости царя Соломона (Сулеймана). Всем известен пример мужественности и государственного мышления царя-певца Давида (Дауд), человеком доброты и щедрости души называют иудея Иосифа (Юсифа), храбрым и не теряющимся в экстремальных ситуациях является путешественник Ной.

– Что стало первоисточником изучения истории иудаизма?

– Начнем с того, что «Танах», написанный на древнееврейском языке, в конце III века до н.э. по указанию египетского царя Птолемея II был переведен на греческий язык. Этому предшествовало тесное сотрудничество царя-философа с еврейскими мудрецами.

Этот перевод, названный Птолемеем Septuaginta – перевод 70 толковников (LXX), сохранил свое название и по сей день.

А первый перевод Священной книги на латинский язык в V веке н.э. сделал священник святой Иероним.

Известные поэмы Гомера «Илиада» и «Одиссей», являющиеся первыми произведениями древней цивилизации, были написаны им спустя три-четыре столетия после поэтических произведений пророков Давида и Соломона.

– Какие передовые философы и литераторы Востока не скрывали своих симпатий к иудейским мыслителям?

– Очевидно, первыми, кто оценил Священную книгу, были такие корифеи Востока, как Омар Хайям, Хагани Ширвани, Саади Ширази, Низами Гянджеви. Уже позже, в Средние века, к ним присоединились Амир Хосров Дехлеви, Имамеддин Насими, Мохамед Физули, и уже сравнительно совсем недавно, в XVIII веке, – Молла Панах Вагиф.

Их доброжелательство и почтение прослеживаются по их произведениям, причем все они с большим уважением и признательностью приводят целые столбики цитат из высказываний царей Давида и Соломона.

Конечно, вышеперечисленные мыслители Востока не останавливаются на афоризмах израильских царей, а, как и следует ожидать от философов, развивают их, обогащая культуру человечества.

– Очевидно, вы еще не всё сказали в этом многообещающем литературном изыскании. Будет ли для читателей какое-либо продолжение?

– Безусловно! Учитывая, что число переводов Священной книги на другие языки с каждым годом всё возрастает, необходимо пристально отслеживать проявления того внимания, которое ей уделяется.

Это почетная задача – узнать, какие положительные моменты нашего Священного Писания пошли на пользу другим народам мира.

Именно поэтому я сейчас нахожусь в процессе этого изучения и описания, чтобы дополнить мое раннее издание новым, переработанным.

– Хочу пожелать вам, дорогой Ширин дайи, доброго здоровья и исполнения задуманных вами планов! С нетерпением ждем продолжения вашего творчества!

Апрель 2014 года

Автор: Материал подготовил Марк Верховский