Европейские евреи Кавказа
В Израиле горских евреев называют «иудим кавказим», хотя следует отметить, что на Кавказе помимо нас проживали также грузинские и европейские евреи. Почти во всех населенных пунктах на Кавказе рядом с горскими евреями жили по соседству семьи ашкеназских евреев – о чем свидетельствуют фамилии на надгробных памятниках еврейских кладбищ.
В Израиле горских евреев называют «иудим кавказим», хотя следует отметить, что на Кавказе помимо нас проживали также грузинские и европейские евреи. Почти во всех населенных пунктах на Кавказе рядом с горскими евреями жили по соседству семьи ашкеназских евреев – о чем свидетельствуют фамилии на надгробных памятниках еврейских кладбищ.
Говоря об истории европейского еврейства на Кавказе, следует отметить общую характеристику положения евреев в Российской империи с начала XVIII и до конца XIX века. Впервые ограничения в расселении евреев в России были установлены в 1792 году по приказу Екатерины II. Хотя сам термин «черта оседлости» появился лишь в 1835-м.
Европейские евреи стали переселяться на Кавказ в конце XVIII века в результате послевоенного раздела Польши с Россией, а также во время русско-кавказской войны. В то же время царские власти строили у отрогов кавказских гор защитные крепости, а для обслуживания гарнизона требовались ремесленники. Горцы в основном поставляли в крепость бурки, сыры, другие продукты, но они не умели шить офицерские мундиры с золотыми погонами, гражданские платья и дамские шляпки. Вот и решили поселить рядом с крепостями мастеровых евреев, несмотря на то что им жить на Кавказе не разрешалось. Для умельцев-ремесленников, по всей видимости, делали исключение.
Другая версия – это отставные солдаты-кантонисты, евреи, которых с подросткового возраста, то есть с 12 лет, забирали в рекруты на службу в Русскую армию. Во время Крымской войны (1854–1855) из еврейских общин забирали по 30 рекрутов с каждой 1000 жителей (набор в рекруты был прекращен в 1856 году). Отслужив в армии, будучи уже зрелыми мужчинами, они по собственному желанию предпочитали оставаться жить на Кавказе.
Третья версия: в середине и во второй половине XIX века началось интенсивное развитие курортов Кавказских Минеральных Вод, куда уже стали приезжать не только евреи-портные. Нуждались курорты и в медиках, среди которых было немало европейских евреев.
И четвертая версия: во время Второй мировой войны в кавказский регион эвакуировали несколько тысяч семей европейских евреев с Украины, из Молдавии, Белоруссии и Прибалтики. Многим из них после войны некуда было вернуться, и они оставались жить в солнечном крае, рядом со своими единоверцами горскими евреями, которые помогли им выжить в трудные военные годы.
Недавно я получила на электронную почту письмо от жителя Иерусалима Александра Колкера. Он рассказал мне о своем предках, которые жили до войны в Дагестане. Его заинтересовала моя статья о еврейском кладбище Буйнакска. Сам Александр уже не первый год занимается исследованием своей родословной, и на мой вопрос, что ему уже удалось узнать, он написал следующее:
«Еврейская община Буйнакска, или Темир-Хан-Шура – как этот город назывался до революции, состояла из двух общин: горской и ашкеназской. Мои предки принадлежали к ашкеназской общине. Европейские евреи оказались на Северном Кавказе двумя путями: либо это были солдаты, отслужившие 25 лет и решившие остаться в силу того, что некуда уже было возвращаться, либо это евреи из местечек, получившие разрешение заниматься ремеслом и поставками в Русскую армию.
Решение заняться генеалогией нашей семьи пришло из детства. Как-то умер мой дальний родственник, и у него в архивных бумагах нашли родословную со стороны матери. Род был очень разветвленный и уходил корнями в начало XIX века. Но я начал заниматься генеалогией только в 1990-х, когда появилась возможность получать информацию из Интернета. О том, что часть моих предков жила в Порт-Петровске (Махачкала), а другая была из Темир-Хан-Шуре (Буйнакск), я ничего не знал. Было известно только имя прапрадеда – Меир Димонт и то, что его дочь, то есть моя прабабушка, родилась в Дагестане. Заказав исследование в Бакинском архиве, я получил свою «первую ласточку». В одном из документов мой прапрадед фигурировал как мелкий «лавочник из Порт-Петровска». А в других документах (брачных) его сын фигурировал уже как «порт-петровский мещанин».
И, наконец, перепись за 1886 год принесло мне самый важный документ, где фигурировала вся семья моего прапрадеда: его жена (имя которой я знал еще с детства) и его дочь (моя прабабка). Не менее интересна и судьба других семей со стороны мамы – семьи Маркович и Карп из Темир-Хан-Шуры. Документы, которые я получил из Баку, полностью подтвердили родословную, полученную мною от дальнего родственника. Как правило, евреи Северного Кавказа в конце XIX века переселялись в Баку по экономическим причинам. В этом городе добывали нефть, а значит, там была хорошая работа. Вот так все наши три семьи и переселились в Азербайджан».
История зарождения общины европейских евреев на Кавказе требует тщательного исследования. Она вызывает интерес хотя бы тем, что в прошлом, да и в настоящее время между представителями двух общин заключались и заключаются браки. И на примере Александра Колкера можно еще раз убедиться в том, что пора каждой семье заняться изучением родословной, чтобы оставить потомкам информацию о наших предках. Ведь история одной семьи – это часть истории народа...
Автор: Материал подготовила Хана Рафаэль
Читайте также
Все материалы рубрикиКонституция СССР на джуури
С какими удивительными материалами сталкивается исследователь в поисках старых текстов на джуури! Мне пришлось проштудировать практически всю литературу на нашем языке, имеющуюся в библиотеках разных стран и в оказавшихся доступных мне архивах.
С какими удивительными материалами сталкивается исследователь в поисках старых текстов на джуури! Мне пришлось проштудировать практически всю литературу на нашем языке, имеющуюся в библиотеках разных стран и в оказавшихся доступных мне архивах. Это увлекательное путешествие как с чисто познавательной, так и с научной точки зрения. Пока оставляю в стороне научную составляющую, так как она служила в основном для пополнения моего переводного словаря.
Но я пишу «увлекательное», так как часто сталкивался с весьма интересными переводами как на наш язык (в основном с русского и азербайджанского), так и на другие языки с нашего – с джуури.
Вот, например, как по-разному перевели название сказки Самуила Маршака «О глупом мышонке» переводчики – представители Азербайджана и Дагестана (эта детская сказка в переводе на наш язык издавалась в свое время и в Баку, и в Махачкале). В одном случае на обложке книжонки перевод названия звучал так: «Əz tovun əqylsyzə siconlə», а во втором – «Ə tovnəj oxmoxə muşlə». Переведено предложение, состоящее всего из четырех слов, и все четыре слова переведены с русского на один и тот же язык по-разному.
Даже само слово «переводить» звучит на нашем языке в молитвеннике «Коль Тфила» в разных местах текста по-разному: то «перевод сохде», то «куьчуьрмиш сохде» (одно слово перешло из русского языка, второе из азербайджанского).
А вот переводы официальных документов, осуществленные разными переводчиками, носителями различных диалектов языка, – это просто лингвистический кладезь для поиска синонимов. В официальных документах вольный перевод недопустим, а потому их переводы поручают профессионалам. С этой точки зрения очень интересны и поучительны переводы на язык джуури в Дагестане и в Азербайджане текстов пятилетних планов развития народного хозяйства в СССР. Названия средств производства, названия продуктов производства и даже сельскохозяйственных продуктов при переводе иногда так разнятся между собой, что тут появляется необъятное море для исследования в области языкознания. Простой пример: в этих документах, например, слово «картофель» переводится на наш язык то как «картоф», то как «ералмаси», а то и просто «ермаси» и т.д.
Есть еще один документ, который был переведен с русского на наш язык разными переводчиками, – это Конституция СССР. Она тоже существует на нашем языке в двух вариантах – в переводах наших преподавателей как выходцев из Азербайджана, так и дагестанцев. Это также замечательный документ для поиска синонимов в нашем языке, ведь текст Конституции надо переводить в строгом соответствии с юридическими аспектами, с поисками соответствующей правовой терминологии. И если при переводе художественной литературы допустимы некоторые вольности для более правильного понимания читателем замысла автора, как, например, часто происходило при переводе на наш язык новелл Шолом-Алейхема, то в данном случае вольности недопустимы: при том режиме это было чревато неприятными последствиями.
К сожалению, у меня здесь, в Израиле, только один образец – изданный в Баку.
Привожу несколько фотокопий страниц из этого документа. Положив рядом его русский оригинальный текст и читая перевод на наш язык, как бы окунаешься в нашу жизнь, в нашу речь далеких 30–40-х годов прошлого столетия. Интересны переводы различных поговорок и лозунгов. Для примера привожу здесь далеко не основную, но очень примечательную 12-ю статью первой главы этой Конституции.
На русском:
Статья 12. Труд в СССР является обязанностью и делом чести каждого способного к труду гражданина по принципу: «кто не работает, тот не ест».
В СССР осуществляется принцип социализма: «от каждого по его способности, каждому – по его труду».
На джуури (в имеющемся у меня экземпляре текста Конституции):
Статья 12. Зэхьмет э СССР гьисди везиет гьер э зэхьмет божоругълуь гьисдигьо ватандаш э принсип гуьро: «Ки кор нес сохдеге, у ни хуру».
Э СССР э жиге овурде оморени принсип сосиализме: «Эз гьер ки э божорлугъгьою гуьро, гьеркире – э зэхьметю гуьро»
Вот так были переведены социалистические лозунги, хотя сегодня они звучали бы, думаю, иначе.
Считаю, что такие официальные документы должны быть обязательно оцифрованы и выложены в электронных библиотеках. Только вот кто возьмется за организацию выполнения этой благородной задачи?
Автор: Материал подготовил Михаил Агарунов