История тухума Ханукаевых
"У каждого народа, большого или малого, были всегда известные, влиятельные и уважаемые фамилии, роды, тухумы. Без преувеличения можно сказать, у иудеев не только Дербента, но и Дагестана род (тухум) Ханукаевых был особенно известным и уважаемым…" писатель Хизгил Авшалумов.
Обладателям фамилии Ханукаевых и многим, кто непосредственно имеет родственные связи с ними, есть чем гордиться. Среди представителей этого рода немало известных людей, достигших в той или иной сфере карьерного роста. Я не собираюсь в данной статьи перечислять их всех поименно, речь пойдет лишь о тех людях, которые жили на рубеже двух веков, в конце 18-го, и вначале 19-го и доводятся мне по материнской линии родственниками.
Фамилию Ханукаевых носят несколько горско-еврейских родов, как в Азербайджане, так и в Дагестане, в Ставрополье и Кабардино-Балкарии. Но самый известный среди них и до сих пор считается род Ханукаевых из Дербента. Реалиями сегодняшнего времени их потомков разбросало по всему миру, но история их тухума, я думаю, будет интересна и познавательна, не только читателям, но и историкам.
Когда-то в недалеком детстве, я часто слышала, что моя прабабушка Ханум, в честь которой меня нарекли при рождении доводиться потомком этого знаменитого рода, но только по женской линии. Помню как в детстве, при встрече со знакомыми или родственниками, во время беседы с мамой, они с каким-то восхищением, вспоминали о прабабушке. Жаль, что в те годы, я не смогла зафиксировать рассказы и воспоминания людей знавших ее знаменитую семью. Теперь же, чтобы как-то воссоздать историю тухума Ханукаевых, мне пришлось пересмотреть немало исторических книг на тему "Евреи Кавказа".
В книге "Очерк истории рода Ханукаевых" Хизгил Авшалумов пишет: "Рассказывая об истории этого рода, я в той или иной мере не могу коснуться и некоторых моментов, исторических событий, прямо или косвенно имеющих отношение к нему, его судьбе, отмеченной драматизмом, трагизмом и героизмом. К сожалению, представители рода Ханукаевых, ни в одном из его поколений, не оставили никаких письменных или хотя бы достоверно устных преданий о том, в каком веке они пришли в Дагестан, где они обитали до появления в пределах Хазарского каганата".
История тухума Ханукаевых берет свое начало с разоренного Надир-шахом еврейского селения Рустов (Азербайджан). Продвигаясь со своей армией к Дербенту, он разорял города и селения, которые оказывали поддержку местным ханам. Спасаясь от жестокой тирании шаха, евреи, срывались с насиженных мест, и укрывались в высокогорьях. Среди них была семья одного из представителя рода Ханукаевых – раби Миши (он похоронен на еврейском кладбище Рустова).
В 1743г. состоялся последний поход Надир-шаха на Восточный Кавказ. Евреи, подверженные погромам скитались из одной местности в другую, и постоянно подвергались нападениям разбойничьих шаек. Лишь только после смерти Надир-шаха в 1747г., местные ханы дали возможность им осесть в достаточно спокойных местах, рядом с городами Куба и Дербентом. Сын Гусейн-Али-хана Кубинского, Фетх-Али-хан сумел присоединить к своим владением Дербентское ханство и позволил евреям основать поселение Аба-Сово в живописном месте рядом с ханской резиденцией крепости Нарын-кала.
Для горских евреев конца 18-го, и начала 19-го веков в высшей степени была характерна общинная организации жизни. Общинность, в первую очередь, поддерживало то, что они жили, как правило, компактно: либо в отдельном ауле, либо еврейском предместье или городском квартале. По существу, община, наряду с тухумом-родом, была основной организующей силой в жизни горских евреев. Во главе всегда стоял староста, который назывался "ковхо" или "наси", и старейшины, ведавшими разными сторонами жизни общины. Финансами ведали казначеи-габаим, назначавшиеся "ковхо".
Лидером евреев Аба-Сово был избран внук раби Миши – Симхо бен р.Яагу, который имел уважение не только среди евреев, но и среди мусульман. В народе его называли Симях (Сумах). И впоследствии "ковхо"- староста селения всегда избирался из представителей этого рода. Дербентские ханы благоволили им и доверяли собирать дань с односельчан и самим доставлять на ханский двор. Авторитет этой семьи был настолько высок, что их в народе называли ханами.
Но, увы, в конце восемнадцатого века, это процветающее еврейское поселение вновь подверглось жестокому погрому. Оно было до основания разрушено и разграблено. Часть его жителей погибли (157 чел.), другая была уведена в плен, а оставшиеся в живых (150-160 чел.), среди которых были и представители рода Ханукаевых, поселились в Дербенте. К сожалению, до сих пор нет достоверных фактов, ни о времени, когда произошло это страшное событие, ни об организаторах погрома. В исторических книгах приводятся разные версии. По одной из версий, он был совершен одним из местных ханов. По другой же версии, которую описал в своем романе "Маковый след" известный писатель Михаил Дадашев: "злодейское нападение на Аба-Сово, совершенное одним из владетельных феодалов Дагестана, спровоцировано царским генералом, графом Валерианом Зубовым (родного брата последнего фаворита русской императрицы Екатерины II Платона Зубова)". Это было в 1796 г., во время похода на Кавказ экспедиционной армии с целью захвата и присоединения Дербента к России.
После смерти Симхо лидером еврейской общины Дербента стал его сын Истохор, у котрого было двое сыновей – Хануко и Нувах. От первого сына и была основана фамилия Ханукаевых. Но это уже было после окончательного завоевания древнего города Россией. Вскоре вновь вспыхнувшая Кавказская война вынуждала евреев искать покровительство у российских властей, и они стали переселяться из незащищенных селений в укрепленные города, захваченные русской армией. Евреи, поселившиеся в Дербенте, в основном занимались мареноводством, виноградарством, виноделием и торговлей. Из всех культур, в те годы, марена – натуральный краситель для ковровых нитей была самой выгодной и высокодоходной.
После окончательного присоединения Россией Дагестана, для местных купцов открылись дороги на российские рынки. Среди них были и купцы Ханукаевы, они сами или через посредников вывозили марену в Россию и продавали с высокой прибылью (пуд марены стоил 15 рублей золотом). Но с приходом на рынок дешевых и удобных химических красителей разорил тех, кто занимался выращиванием марены. Многие предприниматели, такие как Ханукаевы, Дадашевы, Ахундовы в этой ситуации быстро переориентировались и стали расширять виноградные плантации и рыбные промыслы на берегу Каспийского моря.
Во второй половине прошлого столетия из большого рода Ханукаевых особенно выделялись правнуки Истохора, дети Овшолума бен Хануко – пять братьев: Шомоил, Юсюф, Менешер, Ифреим, Хануко.
Юсюф бен Овшолум основал в Дербенте первый винный завод, который и до сих пор успешно действует. Им были завезены ряд европейских, азиатских и восточных сортов винограда, до этих пор неизвестных в этих краях. Из винных подвалов вино отправлялось в Россию, где на местах занимались его розливом. На бутылочных этикетках указывалось, что это вино фирмы Ханукаевых.
В виду сложных, в то время отношений России с султанской Турцией и шахским Ираном, царское правительство держало в Дербенте военный гарнизон. Менешир бен Овшолум одновременно снабжал военных продовольствием, за что был удостоен Николаем II медали.
Старший из братьев, купец II гильдии Шомоил бен Овшолум (дед моей прабабушки) неоднократно избирался (с 1895 г.) в городское правление и был членом Государственной думы. Отец десяти сыновей и двух дочерей, ему в те годы принадлежал один из красивейших домов в центре города. А с 1900 по 1904 гг. его брат Эфреим Ханукаев был избран в собрание городских уполномоченных и тоже владел большим домом, и виноградниками, обеспечивая работой своих соплеменников. Спустя шесть лет, в 1910 г., когда избирательная система Российской Империи стала более либеральной по отношению к евреям, в числе депутатов IY Государственной Думы оказался сын Шомоила – Ильягу Ханукаев.
Одной из характерных черт членов семьи Ханукаевых была благотворительность, они выделяли крупные суммы, на благоустройство города, помогали нуждающимся людям и пользовались уважением не только городских властей, но и генерал-губернатора Дагестана, а уже через него – и самого царя. Во время посещения Николаем II древнего города, царь объявил, что поедет отдыхать только к своему приятелю Хануко бен Овшолуму. В честь приезда царя и трехсотлетию дома Романовых, дербентскими купцами были выстроены здания реального училища (ныне завод "Радиоэлемент") и больницы (на улице Буйнакского). На средства братьев Ханукаевых, в 1909 г. была построена синагога "Келе - нумаз", которая действует и поныне (недавно это здание перестроили из-за аварийного состояния).
Революцию в России и победу Советской власти зажиточное семейство Ханукаевых, естественно приняло отрицательно, но, тем не менее, они не принимали участия ни на одной стороне, будь то большевики или белогвардейцы, за исключением двух представителей этого рода. Первый из них студент Ханукаев, имел кличку "Билолу", и был основателем социал-демократической группы большевиков в Дербенте. В ноябре 1917 г. "Билолу" Ханукаев вошел в состав президиума Дербентского Совета рабочих и солдатских депутатов от фракции большевиков. Второй же Гавриил Ханукаев (кличка Гъуччи) служил в деникинской армии, после установлении Советской власти весной 1920 г. был казнен.
Первые послереволюционные годы, затем во времена Нэпа, представители рода Ханукаевых уже не были такими зажиточными, как их предки. Во избежание репрессий, раскулачивания и ссылок, они добровольно передали Советской власти свои сады, виноградники и рыбные промыслы. Молодое поколение этого рода, стали выезжать на учебу в Ленинград и Москву, и многие из них, успешно устроившись, остались там жить, в Дербент уже не вернулись.
В 1999 г. прямыми потомками знаменитого рода, ныне проживающих в Дербенте, Сави и Ириной Ханукаевыми была издана генеалогическая карта "Ханукаевы", брошюра – описание и алфавитный указатель к ней. Где в полной мере отмечены все видные представители этого рода-тухума, начиная с семнадцатого века и до наших дней.
Хана РАФАЭЛЬ. ИЗРАИЛЬ.
Читайте также
Все материалы рубрикиКонец Тишрейских праздников «Меид Араво» и «Симхат Тиро»
В 21-й день месяца тишрей, на Оша'на Рабба, у горских евреев Азербайджана было принято собираться в синагоге в память об умерших бездетными.
Последний день Суккот - Оша'на Рабба - Араво или "hэрэво"/ "гэре-во" (дж.), который воспринимался как граница между сезонами: временем без дождей и дождливой зимой. Считалось, что в этот день в высших сферах выносят решение о том, сколько дождей выпадет в грядущем году.
Первый ученый-этнограф из горских евреев Илья Анисимов писал в 1880 г., что праздник Араво горские евреи справляют "с элементами языческих обрядов".
Между тем характер праздника у горских евреев вполне соответствует практике и духу периода Второго Храма. В те далекие времена эти праздничные дни называли "время нашей радости". Паломники направлялись на центральное празднование, которое устраивалось во дворе Храма. Каждую ночь, кроме первой, когда выполняли заповедь сидеть в куще (сукке), и кроме ночи субботы, если она падала на середину праздника, все собирались во дворе Храма. Весь Иерусалим освещали огнями. Особо набожные евреи танцевали перед этими огнями с факелами в руках и пели песни. Левиты с разными музыкальными инструментами стояли на пятнадцати ступенях, спускающихся из передней в женское отделение. Все радовались, звучали музыка и песни.
"По мнению горских евреев, в эту ночь решается судьба человека"..., писал И.Анисимов, который видел в этом проявление язычества.
Следует, однако, отметить, что на связь последнего дня праздника кущей с решением человеческих судеб указывалось уже в писаниях средневековых каббалистов. Согласно им, в день Оша'на Рабба Господь начинает "приводить в исполнение" приговор каждому человеку, всем народам и государствам: кого - к жизни, кого - к смерти, кого - к миру, а кого - к войне.
Словосочетанием Оша'на Рабба называют специальные литургические произведения, исполняемые на праздник Суккот, и означает оно "спасенья просим". По традиции, в новый год Господь записывает в книгу приговор каждому человеку, и в Судный день Он приводит его в исполнение. В определенное время среди ночи Бог раскрывает небеса, говорят каббалисты, причем никто не видит и не замечает этого, и бросает на землю миллионы записок - каждая предназначена определенному человеку. На ней значится Его приговор на грядущий год. Именно поэтому в такую ночь принято не спать, а изучать Тору.
В более позднюю эпоху день Оша'на Рабба приобрел мистическую окраску. Он трактуется как день окончательного Суда, который Бог вершит над сотворенным Им миром.
Согласно этому мнению, Суд, начинающийся в день Рош а-шана, не завершается в Йом Киппур, а продолжается. В Оша'на Рабба, по образному выражению книги Зохар, "последние записки выносят из дома Царя", то есть Суд завершается. Поэтому сложились различные обычаи, отражавшие беспокойство о грядущем. Каббалисты проводят ночь Оша'на Рабба в молитве и чтении Псалмов.
В 21-й день месяца тишрей, на Оша'на Рабба, у горских евреев Азербайджана было принято собираться в синагоге в память об умерших бездетными. Приносили свечи и ставили перед раввинами. Все грамотные читали по очереди главы из Торы, проводя за этим занятием время до утра.
Они считали, что именно эта ночь является решающей для вынесения приговора. Утром следующего дня проводили особую церемонию очищения от грехов: раввин символически ударял по спине сорок раз кнутом из ослиной кожи всякого, кто приходил в синагогу и просил очищения от грехов. За это раввину полагалась символическая плата в 5 копеек. Женщины же утром выходили на берег реки и загадывали желание. И в этот же вечер служитель синагоги (шаммаш) приносил во двор синагоги ветки ивы или тополя, и каждый из присутствующих вязал из них пучок как для себя, так и для того, кто отсутствует. Ветви держали вертикально и размахивали ими до тех пор, пока не опадали все листья. Во многих еврейских общинах этот ритуал является одним из центральных событий праздника - мольбой о дожде. В Красной Слободе г. Кубы мужчины бьют ветви об пол, символизируя уничтожение нечистых сил.
Затем уносят с собой домой ветки этих деревьев и водружают над воротами. Через полгода, в канун праздника Песах, сжигают их вместе с хамецом (любые мучные блюда и изделия, в том числе хлеб, при приготовлении которых используется квашеное тесто).
Сведения конца XIX в. подтверждают, что уже в то время горские евреи уже были знакомы с традиционными четырьмя видами растений, принятыми в других общинах диаспоры - этрог, лулав, адас, арава. И наверняка по названию одного из вышеперечисленных видов растений, горские евреи именовали этот день Араво.
Необходимо отметить еще один обычай, распространенный в горско-еврейской общине. До наступления рассвета принято готовить кашу - измельченное зерно ячменя - "ош гургути"/"г1ош гъургъути" и котлеты, которые стараются съесть тут же, до день - Симхат Тора (девятый день праздника). Но нельзя забыть о предпоследнем дне праздника -Шмини Ацерет (восьмой день). Шмини Ацерет празднуется в соответствии с библейским предписанием. "В восьмой день пусть будет у вас праздничное собрание (ацерет); никакой работы не делайте" (Число, 29:35). Законоучители рассматривают Шмини Ацерет как отдельный праздник.
Как сказано выше, горские евреи не отмечали Симхат Тора как отдельный праздник. Хотя он был известен во времена Талмуда и назывался Хафтара (Мишна, трактат Сукка,169); Мишна, трактат Рош а-шана, 46), Мидраш Псикта Зута, Пинхас 29, 35), но не отмечался отдельно от праздника Суккот. День Симхат Тора - ежегодное празднование возобновления чтения Торы -одно из позднейших нововведений еврейского календаря, и оно принято далеко не во всех общинах диаспоры. Дело в том, что прежде, по свидетельству Талмуда, чтение Торы заканчивалось раз в три года, а то и реже. Но постепенно в общинах Вавилонии, как и в других, точно установили порядок чтения Торы и решили, что в первую субботу после праздника Суккот следует возобновить чтение Торы с первой книги Бытия (ивр. Берешит).
Неясно, когда именно начали отмечать этот праздник в общинах горских евреев, но в последнее время он проходит очень весело. Во время праздничного ритуала извлеченные из синагогального шкафа Свитки Торы семь раз обносят вокруг Бимы. Стараются всех присутствующих мужчин привлечь к чтению Торы. Удостоившихся чести завершить годичное чтение Торы и начать новый цикл называют, соответственно, хатан-Тора и хатан-Берешит. В честь этих событий произносят соответствующие молитвы. Возвращение Свитков Торы в ковчег сопровождается праздничными песнопениями.
Относительно главного отличительного признака праздника кущей, в которых евреям заповедано пребывать в течение всех восьми праздничных дней, важно отметить, что уже в конце XIX в., по свидетельству
этнографа М.Бежанова, этот обычай соблюдался и горскими евреями. В последние 35-40 лет они почти не строят кущи у себя во дворе, она обычно устраивается лишь во дворе синагоги, как это принято ныне во многих странах диаспоры.
По материалам книги Л.А.Микдаш-Шамаиловой «История и культура горских евреев Кавказа»
Автор: Материал подготовил Asher Shaulov

