Как Леонард Коэн в Синайской пустыне солдатам Израиля песни пел
Там он встретился с Ариэлем Шароном
Мария Якубовичмузыковед и культуролог
«Я нахожусь в своем мифическом доме, но у меня нет этому доказательств, я не могу возражать, не дерзаю верить себе… Не говоря на иврите, я наслаждаюсь своим законным молчанием». Именно так еврейско-канадский певец, автор песен и поэт Леонард Коэн описал свое прибытие в Израиль осенью 1973 года, незадолго до начала войны Судного дня.
В то время Коэн жил на греческом острове Гидра со своей подругой Сюзанной Элрод и их общим сыном Адамом. Для него это был довольно несчастный период жизни; и он внезапно решил улететь в Израиль. В неопубликованной книге «Последний пересмотр моей жизни в искусстве» Коэн писал: «...потому что между нами так ужасно, я пойду и остановлю египетские пули».
В Израиле Коэн не знал никого. Случайные знакомые по самолету предложили ему остановиться у их родственников в Герцлии. По словам его биографа Айры Нэдела, в израильский период Коэн имел ряд кратких отношений с несколькими женщинами, но часто проводил вечера, одиноко блуждая по улицам Тель-Авива.
Однажды певцы Ошик Леви, Матти Каспи и Илана Рубина сидели в популярном кафе Pinati, когда Леви заметил в углу человека, невероятно похожего на Леонарда Коэна. Леви подошел, с изумлением выяснил, что это действительно международная знаменитость. Коэн сообщил, что хочет стать волонтером в кибуце, чтобы помогать собирать урожай, пока местные уроженцы воюют.
Улыбаясь, музыканты объяснили, что сейчас не время урожая, сказали, что собираются отправиться в Синайскую пустыню с «агитбригадой» и предложили Коэну присоединиться. Он колебался, приводя кучу доводов против: он пацифист, у него нет гитары, его песни грустны и едва ли улучшат моральный дух. Но в конце концов согласился.
Илана Рубина, Матти Каспи и Леонард Коэн на Синае
Певец был популярен в Израиле, хотя всего год назад публично высказал проарабские политические взгляды. Но теперь в интервью газете «Давар» он заявил: «Я присоединяюсь к своим братьям, сражающимся в пустыне. Мне все равно, справедлива ли их война или нет. Знаю только, что война жестока, что она оставляет кости, кровь и грязные пятна на святой земле». Коэн объяснил перемену позиции: «Еврей остается евреем. Сейчас война, и в рассуждениях нет необходимости. Меня зовут Коэн, разве нет?»
О своем опыте с израильскими музыкантами на Синае Коэн рассказал в интервью, которое год спустя дал Робину Пайку из журнала Zigzag: «Мы заскакивали в тайные места, например, на ракетные комплексы, ребята светили нам своими фонариками, и мы пели несколько песен. Или они давали нам джип, и мы ехали вдоль дороги – и там, где мы видели нескольких солдат, ожидающих вертолет или что-то в этом роде, мы пели несколько песен. И, может, на авиабазе мы устраивали небольшой концерт, иногда с усилителями. Это было очень неформально, и, знаете ли, очень интенсивно».
Один из самых популярных музыкантов Израиля Матти Каспи аккомпанировал Коэну на классической гитаре. Он также выступал в качестве переводчика всякий раз, когда Коэн говорил несколько слов своим слушателям – измученным войной солдатам. В записи «Армейского радио» можно услышать, как Коэн предваряет свой популярный хит «Сюзанна» словами: «Эти песни слишком тихи для пустыни. Они должны звучать в комнате, где рядом женщина и есть что-нибудь выпить. Где, я надеюсь, вы все будете очень скоро».
На своем сайте Каспи вспоминает, как они стали играть вместе знаменитую впоследствии песню Коэна «Lover, Lover, Lover» («Любимая») во время их выступлений: «Он написал текст и мелодию буквально на сцене во время выступления для солдат, и с каждым выступлением улучшал ее». Последняя ее строфа звучит так:
Пусть дух этой песни
Взлетит чисто и свободно,
Пусть он будет щитом для вас,
Щитом против врага.
Каспи рассказывал: «Я помню сюрреалистическое действо в аэропорту Рапидим. Мы увидели приземление самолета «Геркулес», из него как будто вылились десятки солдат. Им было приказано сесть на взлетно-посадочную полосу, и я аккомпанировал Коэну, когда он пел «Птицу на проводе». Когда песня закончилась, солдатам было приказано садиться на грузовики, направляющиеся к Суэцкому каналу. Сразу после этого приземлился еще один «Геркулес», и сцена повторилась с точностью до ноты». Коэн и Каспи провели так целый день.
Вечером музыканты сами сели на последний грузовик и направились на запад. Они пересекли Суэцкий канал, захваченный солдатами ЦАХАЛа под командованием генерал-майора Ариэля Шарона, который десятилетия спустя станет премьер-министром Израиля. «Потом мы помогали доставлять раненых солдат к вертолетам. Это были те же самые солдаты, которым мы пели всего несколько часов назад».
Двойственное отношение Коэна к войне и самому Шарону видно в его рассказе о встрече с генералом: «Я знаком с великим полководцем – "Львом пустыни". Я спросил у него: "Как ты смеешь?" Он не раскаивается. Мы пьем коньяк, сидя на песке в тени танка. Я хочу его работу».
Ариэль Шарон на Синае
Опыт певца во время войны Судного дня стал источником вдохновения для его следующего альбома «Новая кожа для старой церемонии», выпущенного в августе 1974 года. В дополнение к «Lover, Lover, Lover» в альбом вошли также песни «Полевой командир Коэн», «Есть война» и «Кто в огне», песня, известная по мотивам пиюта, исполняемого в Йом Кипур и Рош-Хашана – «Унетаннех Токеф» («Давайте поговорим об удивительности»).
Песня Who by fire («Кто в огне»):
Коэн рассказал Пайку об эмоциональном воздействии, которое война на него оказала: «...ты увлекся этим. И пустыня прекрасна, и вы думаете, что ваша жизнь имеет смысл на мгновение или два. И война прекрасна. Никто не обманывает. Каждый несет ответственность за своего брата. Чувство общности, родства и братства, преданность».
Леонард Коэн продолжит выступать в Израиле до конца своей жизни в ноябре 2016 года.
Фото, использованные в статье: Ури Дан, коллекция Farkash Gallery
Читайте также
Все материалы рубрики
Якоб Морено. «Человек, который принёс в психотерапию шутку и смех»
Яна Любарскаякорреспондент STMEGI.com
Джекоб Леви Морено — румынский психиатр сефардско - еврейского происхождения, социальный психолог, доказавший, что психологическое благополучие человека определяется его местом в системе межличностных отношений, взаимными симпатиями и антипатиями, разработав уникальный метод социометрии.
Важные исследования, полученные в процессе его жизни, психологи используют сегодня для коррекционной работы со своими пациентами, для разрешения всяческих личностных конфликтов.
18 мая 1889-го года в Бухаресте, в Королевстве Румыния, в семье сефардских евреев из Оттоманской империи родился популярный в будущем психиатр, психолог и социолог, основатель психодрамы, социометрии и групповой психотерапии — Джекоб (Якоб) Леви Морено. Его папа, Морено Ниссим Леви из Плевны (также Морену Нисим Леви, 1856—1925), был купцом, а дедушка и бабушка нашего героя по линии отца, когда-то приехали из Константинополя.
Спустя годы, отправившись на постоянное место жительства в США, Морено возьмет имя покойного папы в качестве фамилии, и мир узнает его уже в качестве Якоба Леви Морено. Надо подчеркнуть, что «Морену» - на иврите значит «учитель».
Главный герой этого повествования являлся старшим из шести братьев и сестер. Дома, все члены шумной семьи общались на языке ладино. При этом, жизненных трудностей малышу Морено пришлось хлебнуть сполна. В свои 4 года, мальчуган с мамой и папой, братьями и сестрами, пережил и унизительную бедность, и серьезные погромы в Вене, куда родители и дети переехали из Румынии.
Когда он повзрослел и уже учился в еврейской школе, мама и папа юноши снова отправились в дорогу, на этот раз — в Берлин, в то время, как 14-летний Якоб, будучи не из робкого десятка, остался в австрийской столице, начав самостоятельное существование. В 1909-м году Морено стал студентом Венского университета, с головой погрузившись в философию и медицину, подрабатывал репетиторством на дому, набирал учеников. На первых курсах ВУЗа планировал стать доктором общей практики, а позже устремился в область психиатрии. В свои студенческие годы, молодой человек имел особую честь и несметное удовольствие слушать лекции знаменитого Зигмунда Фрейда. Однажды, когда популярный австрийско - еврейский психолог, психиатр и невролог закончил занятие, его облепили ученики. Именно тогда, Фрейд обратил внимание на своего талантливого воспитанника Морено, они разговорились. Последний шепнул на ухо своему маститому учителю, что «встречая людей на улицах и в домах, он пытается сделать их смелыми, чтобы они снова могли мечтать». Легенда гласит, что Зигмунд тогда посмотрел на него и лишь озадаченно улыбнулся.
В 1915 - 1916 годах, он устроился врачом в австрийский лагерь для беженцев "Миттердорф", где провел так называемое социометрическое открытие, заключающееся в любопытном выводе, что если при распределении беглецов по баракам учитывать их национальность, вероисповедание, пристрастия, политические взгляды, есть шанс сделать их чуть счастливее.
В 1917-м году, Джекоб (Якоб) Леви Морено окончил Венский университет, став дипломированным доктором, начав выпускать журнал «Daimon», будучи его редактором, на страницах издания печатались самые светлые умы европейской современности. Наш герой считался достаточно разносторонним человеком, его можно было застать за самыми непредсказуемыми занятиями, например, с единомышленниками, доктор и изобретатель с упоением трудился над разработкой звукозаписывающей аппаратуры.
Вскоре, обстоятельства вынудили Морено покинуть Австрию и уехать в США, где уже некоторое время обитал его брат. Первые пять лет нахождения за океаном, ему было не до науки и не до великих открытий, он просто привыкал к новой стране. Заключив в 1928-м году фиктивный брак с некой Бетрис Бичер, получил заветное американское гражданство.
Историки и исследователи творчества Морено объясняют, что его называли не только творцом, но и великим популяризатором своих идей.
В 1936-м году, в Биконе, культовый психиатр, психолог и социолог, оставивший после себя книги: "Театр спонтанности", "Социометрия: Экспериментальный метод и наука об обществе", "Психодрама", запустил собственную психиатрическую клинику «Бикон-Хилл», включающую еще и лабораторию, учебный центр. Его заведение распахнуло свои двери для пациентов, коллег, последователей, учеников и друзей Морено, а его понятие «психодрамы» начало распространяться по всему свету. С 1950-го года Морено много разъезжал по планете, в процессе таких поездок открывая для себя неизведанные точки на карте земли, рассылая по миру своих учеников, чтобы те преподавали психодраму ( «действие души» ).
В те благоприятные для него годы, медик побывал во Франции, Великобритании, Германии, Австрии, Испании, Италии. Благодаря усилиям Морено и его последователей, наука о психодраме смогла выйти на новый, мировой уровень. В конце пятидесятых годов прошлого века, ученый возглавил Международный совет по групповой психотерапии, затем — Международную ассоциацию групповой психотерапии, он является основателем Всемирной академии психодрамы и групповой психотерапии.
Профессор университета Квебека — Марино Рене, специализирующийся на истории психологии, применяя в своей деятельности идеи Морено, написал о нашем герое уникальный литературный труд: «История Доктора. Джей Л.Морено — создатель психодрамы, социометрии». Автор уверяет, что в каждой профессии есть легендарные личности, биографии которых так густо опутаны мифами, что за ними часто бывает трудно разглядеть фактические события жизни. Джейкоб Леви Морено лично способствовал созданию сказок и легенд вокруг себя, потому, профессор из Квебека сделал все, чтобы распутать весь клубок противоречий, охватывающих быт и творчество своего героя. При написании книги, Марино Рене долго просиживал в венских архивах, проводил интервью с современниками психиатра, внимательно изучал автобиографию известного выходца из Румынии.
По иронии судьбы, последним монументальным трудом необычного, социального психолога Джекоба Леви Морено стала его же автобиография, где им самим, туманно заявлено об истории его появления на свет: "Я родился гражданином вселенной, как моряк, скитающийся из страны в страну по разным морям". Он скончался 14 мая 1974-го года в Нью-Йорке, а его могилу украсили неординарной надписью, сочиненной когда-то знаменитостью лично: «Здесь лежит человек, который принёс в психотерапию шутку и смех».
Автор благодарит немецкого журналиста и поэта Виталия Шнайдера за ценные консультации при подготовке этой статьи.