Хава Долев: «Мне приятно исполнять песни на азербайджанском языке»
Интервью израильской певицы, исполнительницы азербайджанских песен Хавы Долев.
Я искала в интернете информацию совсем по другой теме, когда случайно увидела, как известная израильская певица Хава Долев исполняет азербайджанские песни. Меня удивило, что певица в совершенстве владеет всеми тонкостями нашей национальной музыки. Воспользовавшись возможностями Интернета, я взяла интервью у Хавы Долев, которое представляю вниманию читателей.
- Хава, откуда и когда появился у вас интерес к азербайджанской музыке? Как произошло ваше первое знакомство с нашими песнями?
- С детских лет я слушала азербайджанские песни. Ведь мой дед, народный артист Дагестана Абрам Авдалимов, был исполнителем мугама. Помимо этого, он пел песни своего близкого друга, народного артиста Азербайджана Абульфата Алиева. Я родилась и выросла в Дербенте, где на каждом шагу можно услышать азербайджанскую речь и песни.
- Ваша эмиграция в Израиль была связана с личными проблемами, или обусловлена политическими факторами?
- Не было никакого политического фактора. После окончания Дербентской музыкальной школы, когда мне было 17 лет, мы на семейном совете решили переехать в Израиль. Но до переезда сюда я покорила первый музыкальный олимп в своей жизни, став лауреатом очень популярного тогда всероссийского конкурса «Хрустальный башмачок». Именно после этого конкурса мне предложили учиться в музыкальной школе имени Гнесиных. Но мы собирались переехать в Израиль, поэтому пришлось отказаться от этого предложения. Спустя год после нашего приезда сюда я начала карьеру певицы. До сих пор я выпустила 6 альбомов на иврите, многочисленные клипы, синглы на радио и TV. Выступала с концертными программами в зарубежных странах, а также снялась в документально-музыкальном реалити-сериале. Одним словом, обычная жизнь актрисы (смеется). В настоящее время нахожусь в декретном отпуске. Недавно стала матерью двух сыновей-близнецов. Через некоторое время планирую выпустить очередной свой альбом на иврите и продолжить свою творческую деятельность.
- Насколько я знаю, у вас есть также альбом на азербайджанском языке…
- Еще в достаточно юном возрасте в рамках различных проектов я записала отдельные азербайджанские песни. Но моим наиболее крупным проектом в этом направлении стал альбом на горско-еврейском и азербайджанском языках, который увидел свет, когда мне было 23 года. Сегодня уже с гордостью могу заявить, что я развивалась, исполняя азербайджанские песни.
- Что именно привлекло вас в азербайджанской музыке?
- По моему убеждению, вся восточная музыка сформировалась на базе азербайджанской классики. Меня привлекает исполнение в восточном стиле, колорит богатого и прекрасного азербайджанского языка. Богатая духом и смыслом музыка, приятная разговорная речь, незабываемое исполнение с трелями с детских лет укрепляли во мне любовь и прекрасные чувства к азербайджанской музыке.
- Не владея азербайджанским языком, как вы запоминаете тексты песен? Кто-то помогает вам, или же все это происходит интуитивно?
- Естественно, что, в первую очередь, благодаря интуиции и слуховому восприятию. В начале нашего разговора я уже подчеркнула, что в нашей семье дед и отец между собой часто общались на азербайджанском языке, а дед пел исключительно на азербайджанском языке. В школе, где я училась, подавляющее большинство учеников также были азербайджанцами. А в последние годы супруг, и одновременно мой продюсер Мурад Мухтаров очень помогает мне. Он переехал в Израиль, когда ему была всего 11 лет. Но, несмотря на это, сохранил азербайджанский язык. Именно он помогает мне в правильном произношении слов и выборе интонаций. Мурад поддерживает меня во всех моих начинаниях. Мы вместе с ним принимаем решения относительно моей дальнейшей карьеры. Мой супруг идеально соединяет творчество и семью. Он является одновременно и требовательным директором такой не очень уживчивой артистки, как я, и добрым мужем, и заботливым отцом.
- Вы сотрудничаете с азербайджанскими композиторами?
- Недавно мы начали сотрудничать с известным азербайджанским композитором Айгюн Самедзаде. После ознакомления с моими вокальными возможностями, Айгюн ханум согласилась сочинить песню для меня. Надеюсь, что очень скоро вы услышите в моем исполнении новую азербайджанскую песню. Планирую также выпустить альбом из азербайджанских песен.
- Вы исполняйте песни на различных языках. На каком языке вам приятно и комфортно петь, конечно, не считая иврит?
- Честно говоря, мне более приятно и комфортно петь на азербайджанском языке. Наверно, потому, что с детских лет я утром вставала под звуки музыки Рашида Бейбутова и чудесные ноты азербайджанских песен оставили глубокий след в моем сердце.. Я исполняю также песни на горско-еврейском, турецком, русском, английском, французском, итальянском, арабском и других языках.
- Вы планируете когда-то продолжить свою карьеру в Азербайджане? Собираетесь выступить хотя бы с концертной программой в Баку?
- У меня много планов, но сначала я должна записать первую песню-сингл азербайджанского композитора. Надеюсь, что она понравится азербайджанской публике. А затем можно подумать и об альбоме и международной карьере. Что же касается концерта в Баку, то верю, что уже в ближайшее время сумею реализовать эту идею.
Севда Бабаева
По материалам сайта ANN.Az
Бени Нахшунов: Я мечтаю составить книгу о нашей родословной
С Бени Нахшуновым я познакомилась на открытии молодежного проекта "Шилувим" в г. Нетания.
С Бени Нахшуновым я познакомилась на открытии молодежного проекта "Шилувим" в г. Нетания. Среди картин молодых горско-еврейских художников его работы выделялись необычным живописным стилем - яркими красками и геометрическими пропорциями. Молодой художник рассказал мне, что он стал рисовать сравнительно недавно, и что он родом с древнего Дербента. И показал мне составленную им карту своей родословной.
Генеалогические карты всегда у меня вызывают интерес, ведь история одного рода это часть истории народа. Обычно молодежь, когда их просишь об интервью, постоянно находит причину для отказа, но Беня наоборот, вызвался сразу помочь мне в этом. На нашу встречу он пришел с большой папкой, где в каждом пакете заботливо помещены старые документы его предков.
- Бени, ты из тех ребят, которые приехали в Израиль подростком, расскажи, пожалуйста, о себе, как ты жил в Дагестане и когда репатриировался в Израиль?
- Я родился в городе Дербенте. Наша семья проживала в переулке Свободы в доме № 26. В этом районе жили в основном горские евреи, а двор, в котором я вырос, был огромным, жили там все дети моего дедушки Биньямина. Когда я пошел в школу, постепенно начали уезжать все родственники, и уже в 1998 году во дворе остались только мои родители и я с братом. Моя сестра уже была в Израиле, уехав годом ранее по молодежной программе НААЛЕ. Последовав примеру сестры, я в сентябре 1998 года также по программе отправился на учебу в Израиль, и в возрасте 15 лет я покинул родной город. Честно говоря, уже очень давно не вспоминал те первые годы адаптации. Помню, как только спустился с трапа самолета, ко мне сразу подошли люди с серьёзными лицами и попросили документы. Далее я отправился в молодёжный поселок, где уже год находилась сестра. Очень быстро мой образ жизни и распорядок дня изменились. Место, куда я попал, в основном было предназначено для подростков, проходящих "гиюр". В классе, где я начал учиться, из почти 30 человек было только 5 чистокровных евреев и все - выходцы с Кавказа. Остальные - дети от смешанных браков, выходцы из России.
- Из российской школы сразу в религиозную, это интересно…
- Да, было вначале непросто менять свое мировоззрение, ходить в религиозной одежде, вставать в 6:00 на молитву ежедневно. Уже через очень короткое время появилась тоска по дому, родителям, школьным друзьям из Дербента. Летом 1999 года я приехал в Дербент к родителям на каникулы. Невозможно описать те первые дни в родном городе, после того как покидаешь его на долгое время. Так внутри меня сформировалось два мира, один мир находился в Дербенте, а другой в Израиле. И до сих пор все в своей жизни я воспринимаю одновременно через обе реальности. До приезда родителей я проучился 3 года в религиозной школе-интернате "Ямин-Орд". В 2001 репатриировались мои родители и обосновались в городе Хадера. С тех пор я живу в этом городе, не считая тех 5-ти лет, которые прожил в общежитии Университетского Центра в Ариэле. К 2001 году, когда репатриировались мои родители, я уже владел языком, знал географию, познакомился с местной ментальностью. Далее началась рутинная жизнь. Конечно же, было тяжело. Также в 2001 году умерла бабушка Хагит, все на моих глазах, затем дедушка Гавриил. Были взлеты и падения, но нужно было находить силы идти дальше. Под давлением родителей, за что я им безгранично благодарен, поступил учиться в высшее учебное заведение и 12 июня 2012 года получил диплом "Менеджмент, управление промышленностью".
- Бени, мне хотелось бы на родном языке задать тебе вопрос: Эз киёи милит ишму?
- Нас в семье 3-е детей, сестра Ирина, я и брат Рафаэль. Отец Барух работал в области строительства в Дербенте и в Израиле продолжил этот путь. А мама Екатерина работала в музыкальной школе №1 и музыкальном училище. Ее учениками были известные певцы Сергей Ильясафов, Шалум Пинхасов и другие. Дедушка по отцовской линии Биньямин (1910-1985) имел 9 детей, из которых было 8 мальчиков. Мой отец был самым младшим ребенком, и после моего рождения дедушка умер, оставив мне свое имя. Знакомые люди говорят, что мы с ним очень похожи. Бабушка по отцовской линии София (1910-1994) в начале 90-х приехала в Израиль и умерла здесь, похоронена в г. Хадера.
- А что тебе известно о прадедушке, от которого пошла ваша фамилия?
- Я собрал информацию о прадедушке Нахшуне (1867-1937), от которого пошла наша фамилия. У меня имеется свидетельство о его смерти 1932 года, в котором указан возраст смерти 65 лет, то есть год рождения прадедушки Нахшуна - 1867. Пойдя еще дальше, я составил генеалогическое дерево предков прадедушки Нахшуна: это его отец Юсуф бен Мухоил из селения Пенджди, западнее Дербента. Дедушка по материнской линии Гавриил (1912-2005) родился в Дербенте и в возрасте 6 лет остался без отца Давида (****-1918), которого до смерти избил турецкий солдат, когда прадедушка возвращался из синагоги. Жизнь у Гавриила была непростой, он прошел всю войну, у меня до сих пор хранятся все его медали. Вообще многие дербентцы его хорошо знали, так как он был адвокатом. Его жена Хагит (1927-2001) была очень красивой женщиной, работала бухгалтером в Дербенте. В конце 90-х они репатриировались в Израиль, похоронены в г. Хадера. Предки дедушки Гавриила - Давид бен Панивиля, сын Гилиля из селения Рукель. Предки Бабушки Хагит - отец Ищьягу из селения Джерах и мать Гизили из селения Манджалис. Предки Ищьягу - Шалум и Мирьем, а предки Гизили - Гавриль и Иско.
- У тебя очень необычный стиль написания картин, что означают эти геометрические пропорции в картинах?
- Мой стиль рисования - это геометрическая абстракция. В каждой картине вложена пропорция "золотого сечения", это своего рода эталон красоты. Рисовать я начал недавно, будучи студентом, хотя с детства любил этот вид искусства. За последний год я познакомился с людьми, с которыми хотел бы поддерживать отношения в этой области. Буквально пару месяцев назад открылся в Израиле проект "Зинэль", под руководством Ольги Нафталиевой, поддерживающий молодые таланты. Дважды я выставлял свои картины перед публикой и мог со стороны наблюдать реакцию людей на свои работы. Еще я познакомился с замечательным человеком и художником Шалумом Шалумовым, который живет со мной по соседству. Это действительно настоящий художник, у которого можно многому поучиться. В будущем я хотел бы организовать кружки, где можно будет передавать навыки рисования всем желающим.
- В городе Хадере проживает одна из больших общин кавказских евреев, что ты можешь сказать на тему: как живут горские евреи в вашем городе?
- Да, в Хадере и вправду много наших людей. Достаточно пройтись по центральным улицам города, буквально каждый третий магазин принадлежит представителю нашей общины. Везде встречаешь знакомые еще с Дербента лица. По соседству со мной, кстати, живет мама Сарит Хадат. Однако мои мысли угнетает тот факт, что большинство наших людей находится на очень низком социальном уровне и вечно заняты в поисках заработка, что мешает им развиваться и поднимать престиж общины в культурном плане. Не так давно действовал проект, финансируемый Министерством Абсорбции для нашей общины, но очень скоро его закрыли, и община теперь вообще осталась сама по себе. Я уверен, с нами так поступают по той причине, что община не заявляет о себе в должной форме. Людям нужны лидеры, которые будут их представлять. Нет никакого логического объяснения тому, что в муниципалитете нет ни одного нашего человека. Я лично готов помогать безвозмездно любому, кто изъявит желание взять на себя такое тяжелое бремя и вести за собой людей. И еще одна очень хорошая новость в жизни нашего города. Уже в ближайшем будущем будет построена очень красивая синагога горских евреев. Надеюсь, что она зажжет в наших людях свет, который будет всегда освещать их путь.
Хана РАФАЭЛЬ.
Пресс-служба сайта СТМЭГИ - ИЗРАИЛЬ.