ШэМОТ

- 1 –

Вот имена сынов Исраэля, вошедших в Египет.

Сто двадцать лет жил Шимон и умер в 2313 году от сотворения мира, четыре года спустя после смерти Йосефа.

Иеhуда родился 15 Сивана 2195 года, он прожил 119 лет и умер в 2314 году.

Реувен родился 14 Кислева 2192 года и умер 2316 году. Биньямин родился 11 Хешвана 2207 года, а умер два года спустя после Реувена на 112 году жизни.

Месяц спустя умер Иссахар, он родился 10 Ава и прожил 122 года.

Ашер родился 20 Швата, жил 123 года и умер в 2320 году.

Гад родился 10 Хешвана 2196 года и умер в 2321 году, почти одновременно с Зэвулуном, который родился в День Искупления 2197 года, тогда же умер Дан, он родился 9 Элула 2194 года и прожил 127 лет.

Нафтали родился в пятый день месяца Тишрей 2195 года и умер в 2327 году в возрасте 132 лет.

Последним из братьев умер Леви, в 2331 году, он родился 16 Нисана 2194 года и прожил 137 лет.

Прошли годы, большая семья Исраэля стала многочисленным народом. Новый властитель страны не желал знать о том, что Египет возвеличился благодаря Йосефу, он опасался, что в возможной войне евреи примут сторону родственных евреям арамейских племён. Паро (Фараон) решил перехитрить евреев, чтобы они отказались от своих законов и обычаев и стали рабами, как другие подвластные ему племена.

Каверзным образом он принудил их работать под палящим солнцем в поле и на стройке, изготавливать кирпичи и возводить стены городов Мицраима. «И поставил над ними начальников работ, чтобы изнуряли их тяжким трудом» (Шмот 1:11).

Тогда к царю пришли астрологи и сказали, что должен родиться мальчик, который освободит евреев и накажет египтян, но и сам понесёт наказание от воды. «И велел Паро всему народу своему, говоря: всякого новорождённого сына бросайте в реку, а всякую дочь оставляйте в живых» (Шмот 1:22).

Тысячи родившихся младенцев утопили в реке до того времени, пока родился Моше. Но никто не мог знать, что избавитель Израиля понесёт наказание не от воды Нила, а за воды Меривы т. е. от вод Меривы (Сота 12б).

Со временем евреи стали бесправными, подобно рабам. «И стенали от работы, и взывали, и вопль их от работы достиг Б-га» (Шмот 2:23).

За то, что сыны Исраэля соблюдали законы «нида» (женской чистоты), за то, что не оскверняли святость брит-мила с запрещённой женщиной и за то, что женщины не делали аборты, они получили право (решут) на освобождение из египетского рабства (Зоhар, «Шмот» 3б).

Всевышний, благословен Он, сам подготовил семью, в которой должен был родиться спаситель и послал малъаха Гавриэля вложить душу в ребёнка (Зоhар, «Шмот» 11а). И шепнул ему на ухо в день его рождения: «Молиться будешь, и услышит Он, и ты исполнишь все свои обеты» (Иов 22:27).

В 2364 году внук Леви, Амрам бен Кеhат, взял в жены сестру своего отца, Йохевед бат Леви. Она родила девочку и дала ей имя Мирьям, потому что «марару», огорчали евреев в Мицраиме. В следующем году она родила мальчика и назвала его Аhарон, потому что Паро «hората», приказал убивать мальчиков. И Амрам отстранился от своей жены, чтобы не было потери и траура в доме с рождением ребёнка. Но спустя три года маленькая Мирьям потребовала от отца вернуть мать, так как она может родить Машиаха, который вызволит евреев из рабства (Сота 12б).

В 2368 году от сотворения мира Йохевед на седьмом месяце беременности родила мальчика и увидела, что он хорош. Меам лоэз пишет, что это был месяц Адар, четвёртый день, третий час дня (Сефер йохасин). Сказал рабби Хийа: «Что значит хорош? Потому что родился здоровым и обрезанным».

Отец Ам­рам назвал своего сына Хавер, мать дала ему имя Екутиэль, сестра Мирьям назвала его Ередом, брат Аhарон – Ави, а Кеhат, дед его, дал внуку имя Ави­гдор. А ещё его имя было Товья, что означает добро от Б-га (Шмот Раба 20; Меам лоэз 3).

Йохевед три месяца прятала его в пещере от царских стражников. Когда уже невозможно было скрывать малыша от рыскавших повсюду солдат, Йохевед и её дочь Мирьям сплели корзину из прутьев, обмазали изнутри известью, а снаружи смо­лой, постелили внутри одеяльце, уложили ре­бёнка и при­несли к реке. Они опустили корзину на воду, спрятались в зарослях тростника на берегу и стали ждать.

Скоро к этом месту пришла купаться царская дочь Батья. Она разделась, вошла в воду, увидела кор­зину и послала служанку взять её. Вместе они выбрались с корзиной на берег, развернули пелёнки, и увидела Батья, что спасла еврейского мальчика, что обрезан он. «И открыла она, и увидела ребёнка, и вот, плачет мальчик» (Шмот 2:6).

Сначала увидела этого ребёнка – эт hа-йелэд אֶת-הַיֶּלֶד)), а потом услышала, что мальчик плачет– hа-наар бохэ (וְהִנֵּה-נַעַר בֹּכֶה). Пишет Раши, что она узрела с ним Шехину (Б-жественное присутствие). «Если «эт» (את) в тексте означает «с», то стих можно понять так: узрела Его (Творца) с младенцем» (Раши).

Дрогнуло сердце Батьи, взяла его на руки, поцеловала и приказала найти для него корми­лицу (Танхума, «Шмот» 8).

Привели египтянку, но малыш заплакал и не взял грудь. Тогда выбежала из кустов Мирьям и говорит, что для этого еврейского мальчика есть кормилица еврейка.

Привели Йохевед, Батья отдала ей ребёнка и велела ей (родной матери, не подозревая о том, что она мать) выкормить его. А мальчика назвала Моше, потому что из воды мэшитиhу (למשות – משה) вытащила, его. Её имя – Батья בתיה)) означает «Дочь Всесильного», где йуд и hей – две буквы из Святого Имени (Зоhар. «Шмот»).

И взяла себе Батья его, как сына, ибо не было у неё своих детей.

В это время гадали астрологи, и вышло у них, что мальчика, то есть Моше, о котором они предупреждали фа­раона, бросили в реку, и он пропал. Они поспешили доложить фараону, что ему уже нечего опасаться, он обрадовался и отменил свой ужасный указ об умерщвлении еврейских детей.

Через два года маленького Моше забрали в царский дворец, где Батья нянчила и лелеяла его, как своего сына. Десятки слуг и воспитателей следили за ним, лучшие учителя страны занимались его образованием. До двадцати лет он жил в доме Паро.

За то время дважды его жизнь подвергалась опасности. Если бы не постоянная поддержка «Небес», история мира была бы совершенно другой. (Здесь и далее Мидраш Раба «Шмот» 1).

Когда Моше было три года, фараон забавлялся им и любил сажать на колени. Однажды, во время заседания министров и мудрецов, где присутствовали советники фараона и важные гости Билам, Итро и Иов, малыш сидел на коленях царя. И вот он привстал, дотянулся до короны и сдёрнул её. Все ахнули.

Испуганный царь, опустил ребёнка на пол и спросил: «Что скажете, мудрецы? Как поступить с мальчиком?» Встал Билам, один из величайших пророков и чародеев, и сказал: «Великий царь, это плохой признак. Я предупреждаю, что когда он вырастет, станет твоим несчастьем. Вели его казнить!»

«Как? Убить такого красивого ребёнка? – Опечалился царь. – А что скажет праведный Иов?» Иов, дальний родственник Амрама, отца Моше, поднял обе руки и ответил: «Ты – царь, твоё слово – закон, тебе решать, любое твоё решение справедливо».

Ухмыльнулся царь и повернулся к давнему своему другу и поверенному, к Реуэлю-Итро, знаменитому магу и главному священнику Моава. Итро встал, подошёл и положил свою огромную ладонь на голову мальчика. «Его действия непроизвольны, – сказал он, – пусть принесут две тарелки, одну с горящими углями, другую с алмазами, посмотрим, что он выберет, и тогда решим».

Принесли две серебряные тарелки с горящими углями и с алмазами, поставили перед ребёнком, он посмотрел на одну, на другую, и уже потянулся к алмазам. Но Гавриэль, ангел Всесильного, ударил его по руке, и он другой рукой схватил горящий уголь, положил в рот и закричал от боли. Тут же слуги вырвали уголь из рта его и унесли ребёнка к нянькам.

Все, кроме Билама, обрадовались такому исходу, эксперимент показал, что Моше снял корону с головы царя только потому, что её украшали сверкающие камни. Билам был недоволен, а ведь он внук Лавана, родного брата Ривки, отца Рахель и Леи, не был чужим для Моше. С тех пор Моше шепелявил, но если говорил от Имени Всевышнего, голос его был чистым и понятным.

Второй раз его хотели казнить за то, что вступился за Датана. Восемнадцать лет Моше как принц, жил во дворце царя, но родных своих не забывал.

Ранним утром, пока солнце не раскалило песчаную дорогу, он шёл проведать отца и мать. Видит, неда­леко от посёлка лежит на земле еврей Датан, весь в крови. Египетский стражник вышел от его жены, а теперь бьёт его плёткой по голому телу и по голове, вот-вот забьёт до смерти.

Моше подошёл ближе, взвесил в уме вину египтянина и не нашёл для него смягчающих обстоятельств. В великом гневе он поднял руку, произнёс известное евреям Имя Всесильного и проклял египтянина. Тот обернулся и упал бездыхан­ный рядом с Датаном. Датан вскочил и убежал, а Моше склонился над стражником и с ужасом понял, что тот мёртв, быстро засыпал труп песком и вер­нулся во дворец.

На следующий день Моше вернулся на это ме­сто, ибо ему не верилось, что не прика­саясь руками, убил человека, и увидел, что тот, кого он спас от руки египтянина, дерётся с братом своей жены Авирамом. Моше был высокого роста и был чрезвычайно силён, схватил дерущихся за руки, развёл их в разные стороны и говорит:

– Не стыдно вам? Мало, что чужие вас бьют, что же вы позорите себя и свой народ!

Отвечают ему:

– Разве ты судья нам, царский выкормыш? Мы сами решим свой спор, а на тебя донесём, ответишь за то, что убил египтянина!

Не знал Моше, что эти двое были са­мые скверные люди в еврейском народе.

Доносительство – страшное преступление. Об этом евреи говорят в ежедневной молитве «Шмона эсрэ», просят: «Ла-миним вэ-ла-малшиним аль тэhи тиква…» Чтобы не было надежды на спасение доносчикам и изменникам… Много их было в еврейской истории! И сейчас немало. Они провоцируют власти на преследование хранящих верность Торе, помогают врагам Израиля. Нет смысла называть их организации и группы или приводить отдельные имена. У них нет будущего, их ожидает «карет», полное уничтожение души.

Испугался Моше, не стал спорить, поспешил до­мой, взял хлебную лепёшку и бурдюк с водой и ушёл из города по западной дороге. Двенадцать дней шёл, пока не добрался до города Куш.

Там его встретили воины Киканоса, царя Куша, который расположился с войском у стен сво­его города. Из­менники закрыли ворота изнутри и не впускали его, и теперь он, печальный, сидел на высоких подуш­ках под пышной африканской акацией.

Моше приветствовал царя и спросил, как случилось, что ворота дома за­крыты для хозяина? Рассказал Киканос, что отправился на войну, а своего министра временно оставил вместо себя управлять страной. А когда вернулся, оказалось, что тот сам себя объявил царём, закрыл ворота и не пускает в город. Царский дом захватил и присвоил царскую жену.

Что делать? Город укреплён и невоз­можно войти. С двух сторон высокая и крепкая стена – не одолеть, с другой стороны море и скалы – не подойти. А с четвёртой стороны поле, кишащее змеями, любой, кто попытается там пройти погиб­нет от их яда.

Говорит Моше:

– Разве вы не знаете, что аисты пожирают змей? На­ловите взрослых птиц и приручите птенцов, а ко­гда они подрастут, пустите на поле со змеями, ни одной не останется.

Киканос обрадовался и приказал слугам испол­нить мудрый совет. Через шесть месяцев царь Кика­нос и его воины благополучно вошли в город, свергли самозванца, а Моше назначили главным минист­ром в Куше. Когда Моше было двадцать семь лет, Киканос умер, и кушиты избрали его своим царём.

Год за годом вдова Киканоса добивалась от Моше, чтобы он взял её в жёны. Сорок лет он отвер­гал её притязания и, в конце концов, не выдержал и ушёл из Куша (Меам лоэз 2; Седэр hа-дорот 39).

Он добрался до Мидьяна и в степи у колодца встретил дочерей Итро, главного священника мидьян. У него было несколько имён: Реуэль, Путиэль, Етер, Ховав, Хевер, Кени, Путиэль. А Итро он стал, когда к его имени Етер (יתר) впоследствии была добавлена буква вав (יתרו).

Год назад жители страны объя­вили бойкот своему бывшему вождю, так как он утратил веру в племенных идолов и отказался исполнять обязанности жреца. Вожди Мидьяна за­претили пастухам пасти стада Итро, и теперь они отгоняли его дочерей-пастушек от колодца и не давали поить овец.

Моше посмотрел на пастухов, подошёл и открыл колодец, они испуганно попятились и погнали свои отары прочь. Тогда девушки начерпали воду в корыта, на­поили овец и поспешили домой.

Огромное красное солнце уже погружалось в песок, и Моше решил остаться на ночь у этого колодца. С молитвой Ицхака он поднял руки к небесам, а когда помолился, услышал шорох, обер­нулся и увидел, что пришли две девушки из тех, ко­торых он защитил от пастухов.

Говорят ему: «Ува­жаемый путник, наш отец приглашает тебя в свой дом разделить с ним вечернюю трапезу и провести ночь под крышей». Согласился Моше и пошёл с ними.

Итро приветил путника, расспросил и оставил жить у себя и пасти стада, которые прежде пасли дочери.

Однажды увидел Моше в поле за шатрами посох, глубоко погружённый в землю. Это был посох, созданный Творцом в конце всех творений, в Эрев Шабат. Вначале он принадлежал Адаму, потом перешёл к Ханоху, Ноах получил от Ханоха и передал Шему. Следующими владельцами посоха были Авраhам, Ицхак, Яаков и Йосеф. После смерти Йосефа, всё его имущество, в том числе посох, присвоил себе фараон.

Итро знал особые свойства посоха и, когда ушёл от фараона, унёс посох с собой. Он воткнул его в землю и загадал, что отдаст свою старшую дочь Ципору в жёны тому, кто сумеет его вытащить из земли. Моше увидел его, присмотрелся и прочитал на рукоятке непроизносимое Имя Творца, вытащил посох и пришёл с ним к Итро (Сефер hа-яшар; Пиркей де-раби Элиэзер).

Все дочери Итро были прекрасны, но Моше пленила старшая из них, Ципора, она стала его женой. Когда Ципора родила первенца, Моше дал ему имя Гершом. «Потому, – сказал он, – что пришельцем (гером) я стал в чужой стране” (Шмот 2, 16-22).

Моше пас стада своего тестя. Он угонял овец далеко от дома, подальше от чужих владений, чтобы никто не мог упрекнуть, что кормит их на чужих пастбищах.

- 2 –

Прошло ещё два года.

Евреи в Мицраиме безмерно страдали. Кроме левитов, которые с первого дня отказались от участия в общественных работах и остались свободными, все остальные были в трудовых лагерях. Миллионы евреев работали на египтян и гибли от голода и непосильной работы, но кто видел их слёзы и слышал крик? Только Всевышний, благословен Он! Пришло время исполнить завет, данный Авраhаму, Ицхаку и Яакову.

Ранняя весна заливала цветами ещё недавно безжизненную пустыню, ярко-красный солнечный диск быстро выдвигался из трав в синее небо, и Моше погнал овец к подножию высокой горы. Гора эта – гора Хорев, гора Всесильного, где скоро должно произойти Дарование Торы. Видит Моше, что на вер­шине её голубым пламенем горит и не сгорает куст. Он очень удивился и поднялся наверх, чтобы рассмот­реть поближе это чудо, и услышал голос своего отца Амрама:

– Моше, Моше!

Разве возможно такое? Отец давно умер, но Моше помнит этот голос, его голос:

– Моше, сними обувь с ног своих и подойди, Всесильный, Б-г твоих отцов, призывает тебя!

Он быстро развязал шнурки, сбросил сан­далии и подошёл к пламени. Тело стало лёгким, а сердце затрепетало в груди. Моше закрыл лицо ладонями и услышал:

– Я Всесильный Б-г отца твоего, Всесильный Б-г Авраhама, Всесильный Б-г Ицхака! «Вопль сынов Исраэля вознёсся ко Мне, и увидел Я также, как притесняют их мицрим (египтяне). А теперь иди – посылаю тебя к Паро (фараону), и выведешь ты народ Мой, сынов Исраэля, из Мицраима!» (Шмот 3:9-10).

Это первое в мире пророчество, когда человек слышит голос Творца, отвечает Ему и получает Его команду идти к людям и воздействовать на них (Рамбам, Морэ невухим, 1, 63). Он сказал: «Мой народ» потому, что когда евреи признают себя народом Всесильного, Он помогает и спасает, а если нет, не получают ничего.

Смутился Моше – кто прислушается к его словам? Может ли он, пастух при чужих стадах, быть посланником Б-га? Смеяться станут, когда явится и скажет, что пришёл спасать евреев. Спросят они: «Откуда ты пришёл и кто тебя послал? Если это Б-г Авраhама, Ицхака и Яакова, то как его Имя?» И попросил он Всесильного сообщить ему тайное и непроизносимое Имя Его, Шем hа-мефураш.

«И сказал Б-г Моше: Я Эhйе (אֶהְיֶה), который Эhйе (אֶהְיֶה אֲשֶׁר אֶהְיֶה). И сказал: так скажи сынам Исраэля: Эhйе послал меня к вам» (Шмот 3:14).

Всесильный объяснил ему Своё Имя и научил произносить Его. И ангелы, малъахим, которые встречали и сопровождали Моше, провозгласили: «Благословен Ты, Всесильный, дарующий знание!» (Яфэ тоар 29). Это четвёртое благословение из 19 благословений молитвы «Амида».

Слово Эhйе переводят как Сущий, как Пребывающий и как Вечно Сущий. В переводе Йосифона это выглядит так: «Я Сущий, который пребудет. И сказал: так скажи сынам Исраэля: Вечносущий послал меня к вам».

Однако, в святом языке Торы прошедшее и будущее время взаимозаменяемы. Поэтому следует читать так: «Я тот, который всегда был и будет, и Я тот, который всегда есть». В этом неизменное проявление воли Всевышнего в мире, который Он создал (Рабену Бахье «Шмот» 3).

У Творца, благословен Он, много имён и каждое из них представляет определённое свойство. Он – Элоким, Всесильный Бог Авраhама, Ицхака и Яакова, управляющий всеми видами сил, духовных и материальных.

Его Имя Цеваот, когда идёт войной против злодеев.

Он – Судья, когда вершит суд над Своими созданиями, и тогда мы говорим: «Барух Даян hа-эмет» (Благословен Судья справедливый!).

Но когда откладывает наказание за грехи, Его Имя – Шадай (Рабену Бахье, Шмот» 3). Его непроизносимое Имя состоит из четырех букв, где один «йод», дважды «hей» и одна «вав». Когда сидит на Троне Милосердия, Он абсолютная сила, управляющая миром. (Шемот Раба 6:3).

Это четырёхбуквенное Имя Творца, благословен Он, преобразуется в семьдесят две и называется «Шем hа-мефораш».

Он явился бэ-лават эш (בלבת אש), в огненном пламени, в сердце огня потому, что Моше сказал себе: «Быть может, египтяне уничтожат евреев?» Из-за этого показал ему Святой, благословен Он, пылающий огонь, который не сжигает. Сказал ему: «Как этот терновник горит в огне, но не сгорает, так и Египет не в силах уничтожить Израиль» (Шмот раба 2:10).

«И сказал Моше Г-споду: прошу Тебя, Владыка! Человек я не речистый ни со вчерашнего, ни с третьего дня, ни с начала Твоего разговора с рабом Твоим, ибо я косноязычен и заикаюсь» (Шмот 4:10).

Такого ещё не было в мире, нет и в настоящее время, чтобы человек слышал Б-га и отвечал Ему, мало того, Моше возражал Ему!

Каждый из нас получает свой тафкид, свою роль в жизни при рождении или в критический момент своей жизни. Любые поручения свыше мы обязаны исполнять, нет права отказаться и выбрать что-то другое. «Нет такой причины и такой заботы, которые освободили бы нас от них, и только привязанность к этому миру и непонимание величия и путей Творца мешают нам исполнять наш долг» (Ховот hа-левовот).

Но Всесильный опроверг все возражения, ибо Он открывает глаза – видеть, а уста – говорить. Ещё до того, как Моше родился эта миссия была готова для него и для брата его Аhарона, чтобы были они посланниками Всесильного.

Рождение Моше – точка отсчёта, с которой началось формирование еврейского народа, как народа Б-га. Всесильный держал евреев в рабстве, на самом дне жизни в Мицраиме, чтобы страданиями очистить их и возвысить до Своих пределов. Сказал ему: «Бери свой посох и иди» (Шмот 4:17).

Авраhам, Ицхак, Яаков, а потом Давид, были пастухами (רועה), Моше тоже пастух (пас стада своего тестя), теперь он должен стать «роэ», пастырем евреев, вывести их из Мицраима и направить к горе Синай и далее к Эрец Исраэль (Ор hа-хаим 2). Он шалиах, посланник Великого Пастыря, сказал устами царя Давида: «Г-сподь – Пастырь мой… (ה' רֹעִי, לֹא אֶחְסָר). Даже если иду долиной тьмы – не устрашусь зла, ибо Ты со мной, посох Твой и опора Твоя – они успокоят меня» (Теhилим 23).

На исходе семи дней Всесильный открыл ему источник мудрости, наделил его даром влиять на людей и вла­ствовать над неживой природой, и не мог Моше отказаться от призвания. Сейчас ему 79 лет, а все предыдущие годы были подготовкой к этому великому подвигу – спасению еврейского народа от рабства и уничтожения. И в наши дни Всесильный готовит Машиаха, чем дальше уходят евреи от Торы, тем ближе «завершение».

Моше объявил тестю о своей миссии, взял свою жену Ципору, взял де­тей, Гершома и новорожденного сына Элиэзера, и пошёл в Египет. В дороге заболел, лежал без сознания, и смерть уже прикоснулась к его устам. Но Ципора увидела причину беды – ведь маленький Элиэзер до сих пор не обрезан. Она сама каменным ножом выполнила эту запо­ведь и вернула Моше к жизни.

- 3 -

Тогда Египет был самым большим и богатым государством в мире. Власть фараона распространялась на Ливию и страну Кэнаана. Сильная армия и налоговая служба держали народ в страхе. Только священники были освобождены от многих повинностей.

В раннем периоде своей истории люди верили в единого Б-га, а идолопоклонство развилось позже. Это подтверждается надписями, найденными д-ром Стефаном Лэнгдоном в древних слоях в Джемдет-Насре, вблизи Вавилона. С ним согласился сэр Флиндерс Петри и то же утверждал Саус на основании прочитанных им табличек времён Хаммурапи. И таково мнение ведущих антропологов мира.

Египтяне отвергли единобожие, главным богом их стал Атон (бог-солнце), у каждого племени появился свой идол. Это были: Апис (бык), Анубис (шакал или человек с головой шакала), Амон (корова), Гирус (сокол – бог неба), Ра (коршун – бог солнца), Сет (крокодил – Сатан), Озирис (козёл – бог мёртвых), богиня Баст (кошка), богами были лягушки, бараны, правителя Египта тоже называли богом.

Египтологи полагают, что во время Исхода евреев фараоном был Аменхотеп II. Его мумия хранится в Тевесе.

Сотни тысяч рабов строили дома для живых и гробницы для умершей знати. Евреев обманным путём довели до рабского состояния и принудили к тяжёлой работе на полях и к изготовлению кирпичей. Не было спасения от побоев и голода под палящим африканским солнцем, только левиты с первых дней отказались работать на египтян и остались свободными.

Коренных египтян, свободных граждан в стране было меньше, чем евреев и бесправных рабов из разных регионов древнего мира. Такая же ситуация сложилась в 20-21 веках н.э. в арабских эмиратах. Население Объединённых Арабских Эмиратов составило там примерно 4,8 млн. человек, где коренных жителей, граждан страны 11 %. А рабочая сила – 85 % проживающих в стране, не имеют гражданских прав.

За тридцать лет до этих событий евреи из пле­мени Эфраима пытались вернуться в страну своих предков. Они собрали тридцатитысячную армию и от­правились завоёвывать Кэнаан. Они не предпола­гали, что встретят там серьёзное сопротивление и не взяли в поход достаточных запасов пищи. Однако, кнаанейские племена объединились с плиштим (фи­листимлянами) и жестоко расправились с голод­ными еврейскими воинами.

В 2447 году для сыновей Исраэля забрезжил рассвет. Моше вернулся в Египет и сообщил своему брату Аhарону, сестре Мирьям и главам колен сынов Исраэля, что пришло время освобождения из рабства. Моше с посохом и Аhарон пришли к фараону и потребовали отпустить еврейский народ из Египта для служения Всевышнему. В ответ на это фараон усугубил и без того тяжёлое положение евреев в стране.

«И сказал Г-сподь Моше: “Теперь увидишь, что Я сделаю с Паро, ибо из-за сильной руки (бэ яд хазака) он отошлёт вас, и из-за сильной руки изгонит вас из своей страны» (Шмот 6:1).