Ковроткачество: исконное горско-еврейское мастерство
Мастерство и фантазия горско-еврейских мастериц поистине неисчерпаемы
Азербайджанские ковры известны во всем мире. Представители всех живущих здесь национальностей овладевали секретами ковроткачества. Еще в средние века проложившие в Азербайджан дорогу известные путешественники Адам Олеарий, Овлия Челеби прежде всего писали о развитии здесь ковроделия. Не случайно жемчужина XVIII века, сотканный в Губе ковер «Аггюль Чичи», сегодня экспонируется в знаменитом нью-йоркском музее «Метрополитен».
Сотни разноцветных оттенков, филигранная точность придают изделиям особую привлекательность. Мастерство и фантазия горско-еврейских мастериц поистине неисчерпаемы.
В Губе один из древних видов народных промыслов, ковроткачество, опирается на глубокие традиции. Сегодня мы с восторгом смотрим на изящные работы мастеров, создавших своими волшебными руками неповторимые образцы искусства. Ткачихи Губы и Красной Слободы на протяжении столетий сохраняли и совершенствовали свое ремесло. Проживающие в Губе азербайджанцы, горские евреи, лезгины, хыналыгцы и ныне не утратили тяги к этому ремеслу.
С незапамятных времен в Азербайджане, всегда отличавшемся многонациональностью населения, создавались шедевры ковроткачества, которые и сегодня заставляют любителей восторгаться. Горские евреи Азербайджана неизменно с любовью относились к ковроделию, совершенствовали развитие данной отрасли. Расцвет ее приходится на советский период. После 1920 года по всему Азербайджану стали открываться ковроткаческие артели. В Губе и поселке Красная Слобода в таких цехах работали сотни женщин. Ковры, вытканные в Губе, включались в экспозицию многих музеев. Немалую прибыль государственной казне приносили ковры, реализуемые на внешних рынках. Зарубежных покупателей привлекали неповторимые цветовые оттенки и узоры губинских ковров.
В Красной Слободе с 20-х годов прошлого века до 1961 года функционировала ковровая фабрика. К древнему искусству приобщились десятки представителей талантливой молодежи. Ковры принесли всемирную славу не только мастерам, но и родной Губе. Можно сказать, что в каждую работу трудолюбивые ковроделы вкладывали частичку своего сердца. Многих из знаменитых ковроделов — Мани Хануковой, Либо Зарбаиловой, Хаят Мишиевой, Сони Ханукаевой, Шушан Юсуфовой и других — уже нет в живых, но их труд не потерял своей значимости, приносит эстетическое удовольствие современникам.
Традиции древнего ремесла и поныне живут в Губе, Красной Слободе и других сельских населенных пунктах района. Молодежь с большим интересом овладевает тонкостями народного творчества, оставленными в наследство от прошлых времен. Привлекают пристальное внимание рукодельные работы молодых мастеров, работающих в кружках, функционирующих при представительстве бакинского хеседа «Гершон» в Красной Слободе.
Переписка великих раввинов: Авраам Ицхак Ха-Коэн Кук и Яаков Ицхаки
Рав Яаков Ицхаки много лет исследовал сефардский махзор
Совсем недавно, в третий день месяца элул по еврейскому календарю, отмечалось 85-летие со дня кончины выдающегося раввина и мыслителя Авраама Ицхака Ха-Коэна Кука.
Рав Кук был первым главным ашкеназским раввином Государства Израиля, он считается одним из основоположников религиозного сионизма. Его взгляды, изложенные в книгах и письмах, посвященных преимущественно трактовке вопросов галахи, философии и морали, являются важным компонентом мировоззрения различных течений в религиозном сионизме и в еврейской философии в целом. Поэтому было особенно интересно прочитать его письмо от 1905 года, адресованное раввину горско-еврейской обшины Яакову Ицхаки в ответ на просьбу последнего прислать ему письменное одобрение на написанный им молитвеник с комментариями, «Оhалей Яаков».
В раввинистической литературе существует традиция давать согласие (хаскама) в сопроводительном письме, которое публикуется в начале книги. В хаскаме признанный авторитет в деле изучения Торы дает краткий комментарий к книге и одобряет ее. Хаскама является свидетельством того, что содержание книги заслуживает внимания и что автор действительно хорошо сведущ в предмете, о котором пишет.
Рав Яаков Ицхаки много лет исследовал сефардский махзор, молитвенник, содержащий праздничные молитвы. С этой целью он изучил множество древних источников. Он основывал формулировку пиютов (поэтических религиозных текстов) на их точности и ясной научной интерпретации. В этой работе, как и в других трудах рабби Яакова Ицхаки, отражен его исследовательский и исторический подход.
В коллекции рукописей раввина Яакова Ицхаки, находящейся в Архиве еврейского народа в Иерусалиме, есть впечатляющие письма-согласия на его махзор. Письма были получены от величайших раввинов конца 19 и начала 20 веков. Среди них был раввин Шмуэль Салант, который в то время был раввином колеля ашкеназской общины в Иерусалиме, хахам-баши Элиягу Моше Панизил и хахам Шауль Элишар, которые были главными сефардскими раввинами Эрец-Исраэль. Выделяется на этом фоне письмо рава Кука, который в те годы служил раввином Яффо и мошавот (еврейских поселений). В этом письме рав Кук подтверждает принятие махзора, но поясняет, что он не считает себя достойным писать «согласие».
"Я с радостью принял письмо раввина вместе с махзором “Оhалей Яаков”, с его замечательным комментарием. Мое сердце наполнилось счастьем и радостью, когда я увидел, как светит свет на песни и пиюты сефарадских святых общин. Как ценно его доброе сокровище, в котором собраны старинные песни. Автор вложил много труда и теперь принес все готовое, полное истинной святости, всем желающим (. (..Что касается того, что он просил меня дать согласие на его драгоценный комментарий к махзору. Я не считаю себя достойным этого. Его святые слова — добрые и драгоценные, они сами свидетельствуют о чистоте сердца их создателя и о его обширных познаниях во всех предметах Торы. И я, значительно уступающий в своих познаниях, не считаю себя вправе хвалить книги, которые распространяют свет (…)"
Рав Кук завершает письмо пожеланиями здоровья, силы и долголетия рабби Яакову Ицхаки. Желает, чтобы рав продолжал писать книги, которые открывают свет истины для многих.
Письмо свидетельствует о редких чертах личности рава Кука. Из него также можно почерпнуть важные сведения о взаимоотношениях между лидерами еврейских общин той эпохи.
Алиса Абрамова
