Если праведный сердцем человек окажется в этих странах (имеется в виду Америка начала XX века. — Прим. пер.), не сможет он спокойно смотреть на то, как попирается там закон Торы. Станет он проклинать день своего прихода в мир, из-за которого вынужден видеть все своими глазами; надеяться же станет лишь на то, что поможет ему Б-г бежать оттуда. А уж если у него есть дети, которых он должен воспитывать, — Б-же упаси его привезти их туда, где они смешаются с идолопоклонниками. Но пройдет время, и посмотрит он на все это уже совсем по-другому: не только сам не будет стараться оставить это место, но и детей своих привезет туда. Что же случилось? Может быть, заповеди Торы потеряли свою ценность? Они же существуют вечно и бесконечно, ни в чем не меняясь и ничего не теряя. Нет, дело в том, что ниже стал духовный уровень этого человека, привыкшего к обычаям той страны. Не Тора, а его душа потеряла ценность!

Для того чтобы понять это, обратимся к притче. Однажды царская дочь была захвачена врагами; и случилось так, что она была отдана в жены крестьянину. (Мудрецы Талмуда сравнивают душу человека с дочерью царя, когда, обсуждая стих из Писания «…также не наполнится душа…», говорят: «Это можно сравнить с простым селянином, который женился на царской дочери».) Она, конечно, приучена была жить в царском дворце, в просторных, залитых светом залах, носить великолепные платья и есть самые вкусные и полезные кушанья. Когда же она оказалась на пороге смрадного, тесного крестьянского дома, то не могла заставить себя даже шагу ступить внутрь! Что уж говорить о деревенском платье, которое она должна была надеть, или о грубой еде, ужасно вредной для ее нежного благородного тела! И казалось ей, что лучше умереть, чем так жить: давиться едой мужа, жить в его доме и покрываться его одеждой. Но дайте срок, и она привыкнет ко всему этому, забыв свое богатство и высокое положение. Она будет довольна своей жизнью в крестьянском доме, станет одеваться в домотканое платье и есть грубую пищу и не будет ни привычками, ни поведением отличаться от остальных деревенских девушек, как будто такой и родилась.

То же самое происходит с душой человека. Когда человек исполняет заповедь или изучает Тору, видно, как в душу его снисходит счастье и довольство. Если же он совершает преступление, то, хотя в эту минуту он поддается искушению злого начала, пройдет время, и он опечалится, по слову мудрецов Талмуда: «Злодеи полны раскаяния!» Причина здесь в том, что основа души каждого человека — в Б-ге, на самых высших небесах, во дворце Царя. Там нет иного наслаждения и иной радости, кроме мудрости Торы и великого света, скрытого в каждой заповеди. И ужасающие разрушения, причиняемые каждым грехом, там видны сразу: ведь совершаемым преступлением человек причиняет уродство своей душе, превращаясь в безрукого, безногого или слепого (ведь если человек воспользовался глазами для отрицательной цели, он не может более прозревать будущее в свете Б-жествен-ного присутствия), или лишая свою душу какого-либо иного органа, как всем известно. А значит, если человек выполняет заповедь, то его душа в своей высшей основе радуется и наслаждается, а значит, счастлива и здешняя душа (она ведь — — лишь часть, отросток Верхней души), даже если сама об этом не знает. И наоборот: если человек совершает преступление, основа его души испытывает невероятные страдания, ибо там, в вышнем мире, она видит, какой страшный ущерб ей нанесен; а потому и в нижнем мире душа страдает.

И поэтому если человек оказывается в стране, где закон оставлен, а заповеди Торы нарушаются публично — если в той стране, например, бреют бороды или нарушают другие запреты, — он задрожит и вострепещет, как если бы увидел жестоких палачей, на его глазах отрезающих человеку руки и ноги. И во много раз сильнее затрясется он, если при нем совершаются смертные грехи, такие, как осквернение субботы, из-за которых душа полностью отсекается от источника жизни. Видящий это должен потерять голову от страха: ведь если бы на его глазах разбойники убивали всех встречных, был бы он совершенно перепуган! Но проходят дни, и постепенно привыкнет он к этим зрелищам, а привыкнув, начнет и сам поступать так же. Тогда лишится он чувства внутренней святости и окончательно забудет, насколько ранит его душу все это; тогда и детей своих постарается он привезти сюда.

(Все сказанное содержится во фразе мудрецов Талмуда: «Когда человек совершил преступление и повторил его, оно становится для него разрешенным».)

Но каждому человеку дарована свобода выбора, и всякий, кто боится и трепещет слова Б-жия, найдет опору в Б-ге, вернется в свою страну и станет воспитывать сыновей, преподавая им Тору и обучая трепетать перед небесами. Тогда будет ему благо и в этом мире, и в будущем, и не оставит Б-г праведников своих, хранящих завет Его и исполняющих волю Его!

Нидхей Исраэль, эпилог

Раби Исраэль Меир Акоэн

Автор: Материал подготовил Asher Shaulov