Пропал без вести, но остался жить в наших сердцах: памяти Юсуфа Юсуфова
К сожалению, в нашей семье на память о бабушке и дедушке не сохранилось ничего, даже фотографий
Хана Рафаэлькорреспондент СТМЭГИ
Во время Великой Отечественной войны пропали без вести более 4,5 млн бойцов. До сих пор останки многих солдат и офицеров остаются неопознанными и непогребёнными.
Я помню, в школьные годы мы с одноклассниками после парада в честь Дня Победы обязательно посещали братские могилы. На большинстве надгробий на мемориальном кладбище Дербента была одинаковая надпись: «Неизвестный». Кто знает, чей отец, сын, или брат покоится на кавказской земле. Так сложилась и судьба отца моей матери, Юсуфа Манашировича Юсуфова.
Я помню слёзы матери, склонявшей голову у Памятника Неизвестному солдату, будто говорившей с ним: «Папа, родной мой, где ты? В каком краю ты нашел вечный покой и своё последнее пристанище? Мне так нужны твои опора и помощь…»
К сожалению, в нашей семье на память о бабушке и дедушке не сохранилось ничего, даже фотографий. И вот пару дней тому назад мне прислала по электронной почте важный документ: военную анкету деда, Ю. Юсуфова. Примечательно, что я получила его 14 мая, в день рождения моего племянника Иосифа (сына брата Михаила), которого нарекли в честь деда. Спустя 78 лет, через годы и страны, ко мне пришла весточка знак из прошлого. Я стала скрупулезно изучать каждую строчку в документе, и вот что мне удалось выяснить:
Сверху анкеты надпись:
Начальник управления генерал-майор Шавельский
Справка за № 5262103
Фамилия, имя и отечество разыскиваемого: Юсуфов Юсуф Манаширович;
Год рождения: 1910;
Место рождения: Даг.АССР, г. Дербент;
Каким военкоматом был призван и когда: Дербентский военкомат (РВК), 23 июня 1941 г.;
Когда прекратилась письменная связь: с сентября 1941 г.;
Воинский адрес по последнему письму: адрес не имелся, т.к. писал в пути;
Где проживал до призыва: г. Дербент, ул. Буйнакская, 20 а.
Под другими же пунктам: воинское звание, занимаемая должность в Красной Армии, дополнительные данные о разыскиваемом – «не известно».
Из этого документа я сделала вывод, что деда забрали на фронт уже на второй день начала войны – 23 июня. Погиб в конце 1942 г. Под Донецком и его единственный брат Рамбом Юсуфов (1917 г.р.). Их мать Ханум потеряла на войне не только своих сыновей, но и семерых братьев. После войны она и бабушка Шунамит подавали запрос в архив Красной Армии (ныне архив Министерства обороны России) и, видимо, им и прислали это извещение. Три месяца дедушке Юсуфу удалось повоевать, и все — после сентября 1941 г., в самый разгар войны прекратилась связь с ним. Были слухи, что он попал в плен, и, скрыв свою национальность, сумел выжить и добраться после войны в Эрец Исраэль. И кто знает, если это правда, то где же искать следы и место его захоронения? Но среди плененных во время войны его данных не оказалось. А может, это потому что наверняка он сменил своё имя…
Тем, кто желает что-то узнать о своих воевавших предках, советую обратиться в Израиле к раввину Элимелеху Париевскому, представителю центра «Шорашим», помогающего людям в подтверждении еврейства в раввинских судах. С ним меня познакомила Тарана Абрамова, координатор кавказских проектов муниципалитета Акко. Она обратилась к нему с просьбой найти информацию о своем дедушке Ильягу Агариеве. В 1942 году он ушёл на фронт и тоже пропал без вести. К счастью, вернулся с войны старший брат её бабушки Динор, Имту Юсифов.
В анкете И. Агариева, которую получила его внучка, содержатся данные, о которых до сих пор не знала семья: дата последнего боя, из которого он не вернулся. Там указано, что он пропал без вести 20/02/1942 г. Также там указаны его данные: Агариев Ильяс Нафтали-оглы, 1905 г.р. Был призван 25/06/1941 г. Геокчайским ОРВК (Азербайджанская ССР, Геокчайский р-н). В настоящее время имена и фотографии ИльягуАгариева и Имту Юсифова, помещены на стенд, посвященный ветеранам (в здании муниципалитета Акко).
Самый быстрый способ найти своего родственника, погибшего или пропавшего без вести во время Великой Отечественной войны — это послать заявку в банк данных «Мемориал» базы Центрального архива Министерства обороны (ЦАМО) на сайт http://obd-memorial.ru. Обобщенный банк данных содержит информацию о погибших и пропавших без вести в период Великой Отечественной войны и в первые послевоенные годы. За годы после окончания войны была проделана масштабная работа: собраны и переведены в электронный вид десятки тысяч документов, общим объемом более 10 млн листов. Содержащаяся в них персональная информация составила более 20 млн записей.
Богдановка и Менжинское — скорбные символы Холокоста горских евреев
В ночь на Йом-Кипур немцы приказали евреям Богдановки взять с собой в дорогу не более 20 кг поклажи
Холокост горских евреев — тема сравнительно неплохо изученная исследователями. Публицист Ариэль Ишай, автор вышедшей в Израиле в 2016 году на иврите книги «Кеилат Дербенд» («Еврейская община Дербента»), стал изучать эту тему одним из первых. В 90-х годах он встречался с очевидцем тех событий, Александром Нусуевым.
Село Богдановка расположено в 60 км от города Моздок. Нацистская оккупация этого района продолжалась семь месяцев. К 1942 г. в селе насчитывалось 200 дворов, 150 из которых занимали семьи горских евреев. В 1935 г. на языке идиш была опубликована книга С. Блумбера «Евреи в СССР», где описывается это село: «В колхозе Богдановка на 1933 г. насчитывалось 125 семей горских евреев – 700 душ. В этом же 1933 г. через село был проведен оросительный канал. Колхоз имел 1500 га под посевом разных культур, из них 1200 га резервные, а 1000 га были заняты под огород колхозников. В хозяйстве колхоза имелось: 36 лошадей, 480 овец, 13 коров, 35 телят и 10 волов. В разные годы колхоз возглавляли: Сафрон Израев, Изро Тугли, Шомоил Матаев и перед самой войной осетин Варзелов».
Рассказ субботницы Доры, свидетельницы расстрела жителей Богдановки, о котором она поведала Матаевой Лизе, вернувшейся в разрушенный колхоз: «22 октября, в ночь на Йом-Кипур, немцы приказали евреям Богдановки взять с собой в дорогу не более 20 кг поклажи. Им на руки привязали красные повязки с шестиконечными звездами. Была вырыта большая яма, через нее переброшена доска. На середину доски выводили по несколько человек и расстреливали, так погибло 470 человек».
Об истреблении жителей села Менжинское свидетельствуют очевидцы Александр Нусуев (1929 г.р.), Давид Матаев (1928 г.р.) и Моисей Матвеев (1929 г. р.): «5 октября 1942 г. немецкие войска вошли в наш в большинстве своем еврейский колхоз Менжинское. Из числа колхозников-неевреев, они создали полицейскую группу. Наши одноклассницы, дочери Г. Хабалонова, сделали опись семей колхозников с указанием национальной и религиозной принадлежности. 19 октября утром созвали всех евреев на колхозном поле, затем повезли их на новое “рабочее место” в сопровождении 11 казаков — полицейских не из нашего района. У кромки леса мы, подростки — я, Давид Матаев, Моисей Матвеев спрыгнули с телег и скрылись в лесу. Остальных евреев расстреляли у старого кирпичного завода и на скорую руку засыпали землей».
Для справки. Из книги А. Рафаилова «Заживо погребённые»: «Перед вторжением в СССР фашисткая Германия изучала проблему горских евреев. Германский институт по изучению зарубежных стран опубликовал брошюру, где было отмечено, что живущие на Кавказе горские евреи были названы просто евреями. В подобной же брошюре, изданной штабом СС в 1942 году, евреи Кавказа тоже причислялись к еврейской нации, их определяли как помесь кавказских, восточных народов и множеством других племен с евреями, которые пришли на Кавказ VIII в. до н.э.
МИД Германии изучил мнение профессора Эйдера, который утверждал, что иудеи Кавказа, Ирана, Афганистана не являются евреями по происхождению. Мнение профессора было опровергнуто, и был сделан запрос в Берлин, оттуда получен ответ: «Нет никакой разницы между собакой белой и черной, собаке собачья смерть».