Солдаты Победы из Красной Слободы. История трёх ветеранов в семейных документах
Биография членов одной семьи органично вплетается в полотно большой истории страны
Яна Любарскаякорреспондент STMEGI.com
Великая Отечественная война оставила глубокий след в прошлом каждой советской семьи, и для горских евреев из Красной Слободы она стала неотъемлемой частью национальной памяти. За сухими строчками архивных справок, фотоснимков и пожелтевших фронтовых писем стоят реальные человеческие судьбы — истории мужества, любви, верности долгу и трагических потерь. Сегодня мы расскажем о биографиях ветеранов, чьи имена золотыми буквами вписаны в хронику участия горско-еврейского народа в войне с нацизмом. Срaзу скaжу, что сведений и информации о наших героях у меня немного, ведь большой архив с документами этой дружной семьи был утрачен в середине 80-х годов. Но собрaлa в этой статье всё, что мне пока удалось найти.
Альберт Рафиевич Рафиев — популярный художник, дизайнер, коллекционер и знаток ковроделия, посвятивший всю свою жизнь сохранению культуры горских евреев, известный нам по другим публикациям. Он родился 1 февраля 1966 года в Красной Слободе в многодетной семье Рафаэла Якубовича и Михаль (Гюли) Пинхасовны Рафиевых. Сегодня, маэстро пишет маслом, запечатлевая на холсте зарисовки из жизни Красной Слободы, а также создает красочные ковры ручной работы, в орнаментах которых зашифрованы еврейская история, обычаи, традиции и праздники. Мой собеседник владеет огромной коллекцией этнографических редкостей и старинных кавказских ковров. Он был одним из ключевых членов команды, проектировавшей и оформлявшей Музей горских евреев в Красной Слободе, лично подобрал очень многие экспонаты. Сегодня он тесно сотрудничает с Международным фондом СТМЭГИ и с Общинным центром горских евреев (ОГЕ) в Москве, участвует в создании календарей и иллюстрирует книги. В 2026 году ему посвятили документальный фильм «Традиции из глубины веков» (режиссёр Руфат Асадов). Работы Альберта часто называют «летописью горских евреев, рассказанной через разноцветные, аутентичные нити».
Незадолго до 9 мая и 26 ияра он поделился со мной архивными документами своих близких и родных: отца Рaфaэла (Рафи) Якубовича Рафиевa, его младшего брата Натана Якубовича и дяди своей матери Хагая Савиевичa Абрамова. Расскажем о каждом из них.
Рaфaэл (Рафи) Якубович Рафиев (1910–1980) — отец Альберта и ещё восьмерых детей, уроженец Красной Слободы, ветеран войны. Сегодня потомки этого отважного красноармейца живут по всему миру, стараясь кaк можно чаще встречаться. Рафи был призван на фронт из Красной Слободы и несколько лет, пока позволяло здоровье, служил санитаром при госпитале. Из-за контузии в ногу, полученной в 1943 г. при эвакуации раненого бойца c поля боя, фронтовика комиссовали. О войне рассказывать не любил. В 1975 году Рафи Якубович получил юбилейную медаль «30 лет Победы в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.» и удостоверение к ней. Документ Рафиева-старшего заверен подписью военного комиссара Кубинского района Азербайджанской ССР и скреплен гербовой печатью. Надо отметить, что эта медаль вручалась не только военнослужащим, принимавшим участие в боевых действиях, но и труженикам тыла. На правой стороне разворота видно изображение самой медали: на ней запечатлена скульптура «Родина-мать» на фоне праздничного салюта и даты «1945–1975».
Натан Якубович Якубов
С одного из переданных Альбертом фото на нас смотрит скромный молодой человек, с пронзительным взглядом, в военной форме: «Это мой дядя, Натан Якубович Якубов (1918–1993), младший брат моего папы, уроженец Красной Слободы, тоже ветеран Великой Отечественной войны. Он был призван в ряды Крaсной армии в 1939 году, прошёл Советско-финляндскую войну, дослужил до конца Великой Отечественной и, к счастью, вернулся живым. Это всё, что о нём знаю. Его имя нередко упоминается в череде публикаций о воинах-евреях, выходцев с Кавказа. В этих документах оно стоит в одном ряду с другими представителями славной фамилии Якубовых из Красной Слободы, героически ушедшими на фронт в первые годы войны. Свято чту их память, ведь они защитили от врага нас всех!» — говорит мой собеседник.
Хагай Савиевич Абрамов
Альберт Рафиев поделился со мной и документами дяди своей мамы, Хагая Савиевича Абрамова (1911–1943), уроженца Красной Слободы, рядового, отца четверых детей, трагически пропавшего без вести в 1943 году. Имя Хагая Савиевича было упомянуто в Книге Памяти воинов-евреев, павших в боях с нацизмом, что свидетельствует о несомненном признании его вклада в великую Победу, оно также было внесено в «Открытое письмо всем горским евреям» и в другие мемориальные списки, созданные для сохранения памяти о представителях кавказской общины, погибших, пропавших без вести в лихую военную пору.
Среди потёртых бумажных фронтовых раритетов, переданных талантливым художником, есть и копия личного письма Х.С. Абрамова на джуури, адресованного близким. Его оригинал находится в Музее горских евреев в Красной Слободе. Из-за физического состояния бумаги (разрывы на сгибах, выцветание) некоторые связки слов утеряны, но основной смысл содержания восстановить можно. Послание Хагая Савиевича с фронта датировано третьим ноября 1941-го года. Автор пишет, что очень скучает и постоянно думает о родных, спрашивает, здоровы ли они. В его строчках звучат тревога о получении весточек, беспокойство о том, доходят ли его записи до адресата, и почему от них так долго нет ответа?! В конце красноармеец передаёт поклоны всей своей семье и соседям, надеясь на скорую встречу. Увы, ей так и не суждено было состояться...
Судьбы Рафаэла (Рафи) Якубовича Рафиева, Натана Якубовича Якубова, Хагая Савиевича Абрамова — это не только страницы богатой семейной хроники, но и отражение массового героизма горских евреев, которые, как и представители других народов СССР, встали на защиту своей земли. Их имена, сохранённые в книгах памяти и в мемориальных списках — наглядное свидетельство того, что их подвиг не забыт. И фронтовые письма, документы, фотографии, даже с выцветшими от времени строками, доносят до нас живые отклики из прошлого, наполненные тревогой, любовью к близким, силой воли, мужеством и несгибаемой верой в победу.
Таким образом, биография членов одной семьи органично вплетается в полотно большой истории страны, обогащая этот кладезь уникальными личными деталями. Судьбы горских евреев из Красной Слободы в годы Великой Отечественной войны — мощная иллюстрация неразрывной связи между воинским подвигом, сохранением семейной памяти и национальной идентичностью.
Как портной из Нальчика спас тысячи евреев от верной гибели
Бригаденфюрер Вальтер Биркамп и оберштурмбаннфюрер Алоис Пештерер согласились с доводами экспертов: жители Еврейской Колонки — не евреи
Мир отметил великий праздник, 9 мая, в честь разгрома национал-социализма — человеконенавистнической идеологии, несшей рабство и гибель. Первыми жертвами, обречёнными на уничтожение по планам гитлеровцев, стали евреи. В этот страшный список попали и горские евреи, о существовании которых берлинские «этнографы» поначалу даже не подозревали.
Красная Армия встала несокрушимой стеной на пути военной машины третьего рейха и уничтожила её. Мы с благодарностью вспоминаем подвиги советских воинов, которые с оружием в руках приближали Победу. Но был и другой, не менее важный путь к спасению: уберечь обречённых от неминуемой смерти. Именно по этому пути пошёл бывший портной, а с 1941 года — рядовой красноармеец Маркел Шабаев, уроженец Нальчика. Благодаря его мужеству и находчивости в столице Кабардино-Балкарии произошло настоящее пуримское чудо: один человек с помощью переодеваний, песен и плясок смог спасти от гибели несколько тысяч своих соплеменников, горских евреев.
Семья Шабаевых пользовалась огромным уважением не только на Еврейской Колонке (так в народе называли район Нальчика, где компактно проживали горские евреи), но и во всём городе. Глава семьи, портной Авигадул, шил лучшие в Нальчике каракулевые папахи — традиционный головной убор местных джигитов.
Воспитанием детей, включая Маркела, занималась мать, Дарья Нахшумовна. Она была родом из Грозного, где строго соблюдали еврейские обычаи. Дети получили традиционное еврейское образование, но при этом глубоко изучали светские науки и искусства. Сестра Маркела, Елизавета, стала первой женщиной — кандидатом геологических наук на Северном Кавказе. Младший брат, Давид, окончил Московский историко-архивный институт и в 80-е годы возглавил архивное управление при Совете Министров Кабардино-Балкарской АССР. А сам Маркел с детства проявлял разносторонние таланты: он прекрасно рисовал, танцевал, брал уроки игры на скрипке и сочинял стихи на нескольких языках.
В 1929 году талантливый молодой человек возглавил «Горско-еврейскую агитбригаду». Коллектив занимался популяризацией народного творчества. При агитбригаде успешно работали три студии: театральная, хореографическая и музыкальная. Артисты исполняли национальные танцы и песни, ставили пантомимы. Маркел даже сочинил на татском языке пьесу «Рабы Багдада», которая с успехом шла на сцене.
Агитбригада Шабаева становилась победителем областных и краевых конкурсов, прославилась на весь Кавказ. А в 1933 году при его участии был создан знаменитый танцевальный ансамбль «Кабардинка», который существует и по сей день. На их сайте, к слову, пока нет информации о создателе ансамбля…
Маркел Шабаев, 30-е годы
Вероятно, Маркелу было уготовано большое будущее на театральных подмостках, но в 1935 году скончался его отец. Забота о большой семье легла на плечи молодого человека. Как старший мужчина в доме, он был вынужден вернуться к портновскому ремеслу отца. Маркел быстро освоил пошив не только папах, но и элегантных мужских костюмов. Местные начальники, получив по блату отрезы дефицитных тканей, несли их молодому портному: модные костюмы, как в столице, умел шить в Нальчике только он.
В начале Великой Отечественной войны Маркела призвали в армию. Летом 1942 года, находясь в районе Сталинграда, красноармеец Шабаев получил приказ раздобыть для подразделения брезент. Доложив командиру о действующей в Моздоке брезентовой фабрике, он был отправлен туда в командировку.
Путь лежал через город Прохладный, что всего в 60 километрах от Нальчика. Сделав небольшой крюк, Шабаев заночевал дома. Но утром дорогу на Прохладный неожиданно закрыли: немцы перешли в наступление. Так Маркел остался в оккупированном Нальчике вместе со своей семьёй.
В конце октября 1942 года в город вошли немецкие и румынские войска, и над евреями Нальчика нависла смертельная угроза. Шабаев прекрасно знал из донесений красноармейцев о зверствах гитлеровцев. Ему самому угрожала ещё большая опасность: пленных красноармейцев-евреев нацисты расстреливали на месте.
Вместе с вермахтом в город вошли части СС, ответственные за «окончательное решение еврейского вопроса». По приказу командира айнзатцгруппы D Вальтера Биркампа всем евреям было предписано зарегистрироваться и носить жёлтую звезду. Горские евреи проигнорировали этот приказ. Тогда немцы в середине ноября 1942 года приказали всем евреям собраться утром у здания комендатуры.
В это время в доме у Шабаева находился на постое немецкий офицер. Он по секрету сообщил хозяевам о планах эсэсовцев. Маркел с родственниками за ночь обошли почти всех жителей Еврейской Колонки, предупреждая их об опасности. В итоге утром у здания комендатуры собралось лишь несколько десятков еврейских беженцев из других районов и три семьи горских евреев. Всех их расстреляли.
Ситуация становилась критической, требовались решительные действия. Шабаев обратился за поддержкой к кабардинской общине. Немцы создали в Нальчике «Представительство интересов Кабардино-Балкарии» под руководством Салима Шадова, бывшего советского прокурора, а затем адвоката, кабардинца из княжеского рода.
Салим Тагирович был знаком с Шабаевым ещё по совместной работе в танцевальной труппе. Придя в представительство во главе делегации горско-еврейских старейшин, Маркел сообщил Шадову о планах немцев. Шадов связался с нацистским командующим генерал-фельдмаршалом Эвальдом фон Клейстом, который подтвердил: СС готовятся к уничтожению горских евреев в Нальчике и окрестных населённых пунктах.
Операцией должен был руководить оберштурмбаннфюрер Алоис Пештерер. В декабре 1942 года он прибыл в город и перед Новым годом обратился к командиру батальона «Бергманн» Теодору Оберлендеру с просьбой выделить роту солдат для расстрела 2000 горских евреев.
Однако ещё в ноябре Шадов пригласил в Нальчик в качестве эксперта обрусевшего немца Николая Поппе, известного учёного-этнографа. Поппе составил докладную записку, в которой утверждал: «горские евреи» — это не евреи, а таты (персы), принявшие еврейскую религию; они являются близкими родственниками татов-мусульман.
Оберлендер отнёсся к меморандуму положительно и предложил эсэсовцам совершить инспекционную поездку в Еврейскую Колонку. Принять нацистов в своём доме и познакомить их с местным населением должен был Маркел Шабаев.
За несколько дней стараниями Шабаева Еврейская Колонка превратилась в музей этнографии Северного Кавказа. Свитки Торы были надёжно спрятаны. Всех евреев обрядили в кабардинские национальные костюмы. Старики в папахах, сшитых Маркелом, выглядели как классические аксакалы. Это был настоящий Пурим — еврейский праздник спасения через переодевание!
«Дорогих гостей» встретили с истинно кавказским гостеприимством. Вино лилось рекой, стол ломился от национальных кушаний. Ансамбль под руководством хозяина исполнял зажигательные кавказские танцы. После ужина подвыпивших немцев повели на экскурсию по заранее переоформленным домам — всё было стилизовано под кабардинский быт: из жилищ вынесли столы, стулья и кровати, поскольку по «татским» обычаям спать и есть полагалось на полу.
Бригаденфюрер Вальтер Биркамп и оберштурмбаннфюрер Алоис Пештерер согласились с доводами экспертов: жители Еврейской Колонки — не евреи.
На следующий день Маркелу Шабаеву было доверено создание Национального совета татов и дано ответственное задание: собрать для нужд оккупационных войск постельные принадлежности, тёплые вещи и кухонную утварь. Но выполнить это поручение они не успели: 4 января 1943 года Нальчик был освобождён советскими войсками.
После освобождения Шабаевым заинтересовался СМЕРШ: его арестовали по подозрению в связях с оккупантами, однако следствие быстро установило его невиновность и освободило героя.
Маркел Шабаев скончался в 1978 году. До конца своих дней он оставался в Нальчике уважаемым человеком. Он продолжал шить одежду, рисовал карикатуры и не оставлял занятий музыкой и танцами. И сегодня, празднуя Пурим, горские евреи Нальчика вспоминают не только царицу Эстер, но и своего спасителя — Маркела Шабаева.
Безусловно, спасение горско-еврейской общины стало результатом счастливого стечения многих обстоятельств. Главным из них было стремительное освобождение Нальчика Красной Армией. Немцы, опасаясь окружения, спешно покидали город и не успели уничтожить всех «неугодных», хотя приказ из Берлина об этом поступил уже в начале января.
Важную роль сыграло лояльное отношение к горским евреям со стороны основного населения города — кабардинцев. Их лидеры, а также некоторые антигитлеровски настроенные немецкие офицеры из окружения фон Клейста (впоследствии один из них, фон Штауффенберг, организует покушение на Гитлера), по собственной инициативе саботировали репрессивные меры Берлина.
Даже когда эмиссары СС в конце декабря попытались приступить к расстрелам, у них для этого не оказалось необходимой материальной базы (например, транспорта). Именно поэтому Биркамп и Пештерер предпочли принять местную точку зрения: горские евреи — это таты, кавказский народ, к которому у рейха нет претензий.
Разумеется, эсэсовское начальство во главе с Эйхманом не согласилось бы с такой постановкой вопроса надолго. В следующий раз в Нальчик приехали бы уже специальные расстрельные команды. Но История и Провидение не дали палачам такого шанса.
Герой нальчикского Пурима сумел использовать все крошечные шансы на спасение для своего народа — и уберёг соплеменников от гибели. Его самого судьба тоже хранила: особая инспекция МВД республики в 1955 году окончательно признала знаменитого «тата» невиновным.
В заключение замечу: решение Сталина выселить только балкарцев (кабардинцев репрессии не коснулись) до сих пор не находит однозначного объяснения. И совершенно не исключено, что одним из факторов такого решения мог стать именно эпизод со спасением горских евреев. Так сделанное добро вернулось к людям очень быстро.
Марат Бисенгалиев