7-е октября и война за Ближний Восток
Исламские боевики и иранский государственный потенциал являются соучастниками атаки ХАМАС
Йонатан Шпайержурналист и политолог, специализирующийся на Ближнем Востоке, научный сотрудник Иерусалимского института стратегических исследований
Атака ХАМАС из Газы 7 октября и возникшая в результате этого военно-политическая ситуация отражают возвращение на центральную сцену в регионе двух взаимосвязанных явлений. Это, во-первых, иранский проект уничтожения Израиля путем ведения длительной войны, поддерживаемой клиентскими и марионеточными организациями и направленной в основном против гражданского населения Израиля, и, во-вторых, популярность на низовом уровне в регионе исламистской и антизападной политики и, как следствие, сохранение активности и доминирования исламистских милитаризованных политических движений в арабоязычном мире. Именно встреча этих двух процессов и сделала возможным наступление ХАМАС.
Поэтому, чтобы понять суть происходящего, стоит более подробно рассмотреть каждое из этих явлений и попытаться понять характер взаимосвязи между ними.
Реальная роль Ирана в неожиданном нападении ХАМАС остается предметом спора. Но спор относится лишь к деталям, а именно — к степени участия или неучастия Ирана в принятии тактических решений в режиме реального времени в день нападения и в период, непосредственно предшествовавший ему.
Убедительных доказательств здесь пока нет. Однако не вызывает сомнений тот факт, что военный потенциал ХАМАС является результатом связи движения с Ираном.
Союзники и друзья ХАМАС
Несколько государств можно назвать союзниками или друзьями ХАМАС, которые оказывают ему помощь или поддержку в дипломатической и экономической сферах. Одним из таких друзей является Турция (и эта дружба сохраняется, несмотря на сближение Турции с Израилем). Еще одним другом является Катар, где проживает руководство ХАМАС и чьи государственные СМИ поддерживают это движение. Но единственным союзником, предлагающим военную помощь и ноу-хау, является Иран. Ракетный потенциал ХАМАС — результат иранской помощи.
Учитывая тщательное наблюдение Израиля за Газой, можно с большой долей уверенности утверждать, что подготовка к нападению 7 октября (например, обучение использованию парапланов) проходила за пределами сектора. Поставки ХАМАСу иранских ракетных комплексов большой дальности «Фаджр» и сирийских М-302 — очевидный результат альянса с Ираном. То есть военный альянс между Ираном и ХАМАС не оспаривается, и возможности, вытекающие из этого альянса, были важны для атаки 7 октября.
Почему Иран участвует в этом альянсе? Иран проецирует власть на весь регион, используя марионеточные, почти исключительно исламистские военно-политические организации. Корпус стражей исламской революции (КСИР) разработал методику сочетания политической и полувоенной силы, адаптированную к местным условиям, которая не имеет аналогов на Ближнем Востоке. Она принесла Тегерану власть и влияние в Йемене, Ираке, Сирии, Ливане и секторе Газа.
В отношении Израиля исламистский Иран придерживается точки зрения, выработанной в свое время арабским национализмом: он считается по природе своей слабым обществом, защищенным мощными военными технологиями. Поэтому стратегия заключается в том, чтобы обойти технологическую стену и нанести удар по самому гражданскому обществу. Для этого предпринимается попытка окружить Израиль территориями, контролируемыми военизированными сателлитами Тегерана. В настоящее время эта задача находится на весьма продвинутой стадии: иранские прокси контролируют Ливан и Газу, имеют свободу действий в Сирии и Ираке, а также, судя по всему, имеют доступ к Западному берегу реки Иордан через Сирию и Иорданию.
В последние годы Израиль уделял основное внимание иранской ядерной угрозе. Однако ядерные амбиции в основном служат подстраховкой, при помощи которой может быть реализована изложенная здесь стратегия. Характер и форма этой стратегии игнорировались или отбрасывались. Замысел иранцев состоит в том, чтобы постоянными преследованиями и периодическим насилием со стороны этих военизированных формирований постепенно сделать израильское общество несостоятельным, поскольку нормальная жизнь для израильтян станет невозможной. Вряд ли стоит говорить, что теракт 7-го октября рассматривается как важный эпизод в этом процессе.
Иранский проект, разумеется, осуществим только в том случае, если он сможет найти желающих рекрутов среди арабо-мусульманского населения, на которое он стремится оказать влияние. В пользу этого говорит тот факт, что политика исламизма не имеет аналогов по популярности и легитимности на местах в Леванте и Ираке. От Египта до Ирака, включая Западный берег реки Иордан, Газу, Ливан и Сирию, исламизм не имеет серьезных конкурентов на обывательском уровне. В минусе Ирана то, что он является шиитской державой. Это ограничивает его привлекательность. Но Тегеран стремится вложить значительные средства в палестинское дело, пытаясь нивелировать это ограничение, превратив флаг якобы панисламского проекта в свой собственный. Успехи в этом направлении были ограниченными, о чем свидетельствует резкая потеря популярности среди суннитского арабского населения в период «арабской весны», когда он поддержал режим Асада в подавлении суннитского исламистского восстания.
Тем не менее Иран продолжает (вероятно, с некоторым основанием) верить в панисламистскую привлекательность палестинского дела на уровне народных масс в арабском и более широком исламском мире и, следовательно, продолжает вкладываться в него.
В результате, как показала ситуация в секторе Газа в этом месяце, наплыв исламистской воинственности снизу и иранская государственная поддержка сверху превращаются в физическую силу, обладающую значительным убийственным потенциалом.
Несмотря на существенный шиитско-суннитский раскол, эта встреча во многом закономерна. В конце концов, Исламская Республика Иран сама является продуктом тех же сил исламского возрождения на Ближнем Востоке, поднявших голову в последние полвека, что и анклав ХАМАС в Газе.
Важно понимать природу и масштабы этого проекта, поскольку он является главным вызовом усилиям Израиля, Объединенных Арабских Эмиратов, саудовского кронпринца и других стран по продвижению диаметрально противоположного видения региона. Это видение ставит во главу угла коммерцию, мирное экономическое и общественное развитие, а также уважение к традициям.
Победа этого видения, во многом сопоставимого с мышлением, лежащим в основе развития азиатских государств и экономик в последние десятилетия, на Ближнем Востоке отнюдь не гарантирована. Контрпроект государств и движений политического ислама обладает собственным значительным потенциалом.
События 7 октября и последовавшая за ними более масштабная борьба станут одним из эпизодов этого более широкого противостояния. От его исхода, вероятно, зависит будущее Ближнего Востока.
Jerusalem Post, перевод Ларисы Узвалк
В Израиле создано чрезвычайное национальное правительство
Расширение кабинета было осуществлено в соответствии со статьей 40 основного закона о правительстве
На пятый день войны с террористической организацией ХАМАС в Израиле создано чрезвычайное национальное правительство. 12 октября в 19:00 в Кнессете прошло заседание, на котором оно было приведено к присяге.
Большинством голосов в 66 депутатов Кнессет одобрил создание чрезвычайного национального правительства, голосовавших против не было, хотя многие депутаты отсутствовали на голосовании, за правительство проголосовало несколько депутатов от оппозиции. В состав правительства вошли глава «Махане Мамлахти» Бени Ганц и четверо членов его фракции: Гади Айзенкот, Гидеон Саар, Ифат Шаша-Битон и Хили Троппер, все они будут министрами без портфеля.
В преддверии голосования премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху, министр обороны Йоав Галант и глава партии «Махане Мамлахти» Бени Ганц выступили с совместным заявлением о создании чрезвычайного национального правительства. «Народ Израиля един, и сегодня его руководство также едино. Мы отметаем все другие соображения, потому что на карту поставлена судьба нашей страны. Мы будем работать вместе для граждан Израиля, для Государства Израиль», – говорится в заявлении.
Нетаньяху вновь заявил: «ХАМАС — это ИГИЛ, и он будет разгромлен и уничтожен точно так же, как мир разгромил и уничтожил ИГИЛ». Галант, в свою очередь, пообещал «стереть с лица земли» ХАМАС. Ганц сказал: «Сейчас не время для трудных вопросов – настало время ошеломляющих ответов на поле боя... Враг будет уничтожен, безопасность будет восстановлена».
Расширение кабинета было осуществлено в соответствии со статьей 40 основного закона о правительстве «Объявление войны или начало значительных военных действий». Чрезвычайное правительство будет действовать только на время войны.
Все главные военные решения будет принимать узкий «военный кабинет». В него войдут: премьер-министр Биньямин Нетаньяху, министр обороны Йоав Галант, экс-министр обороны, глава «Государственного лагеря» Бени Ганц — и, разумеется нынешний начальник генштаба ЦАХАЛа Герци Халеви. Наблюдателями при «военном кабинете» станут член «Государственного лагеря» и бывший начальник генштаба Армии обороны Израиля (ЦАХАЛ) Гади Айзенкот и министр по стратегическим вопросам Рон Дермер близкий соратник Нетаньяху из «Ликуда». В «кабинет политической безопасности» войдут депутаты кнессета Гидеон Саар, Хили Трупер и Ифат Шаша-Битон, они будут министрами без портфеля.
Кроме того, Кнессет утвердил назначение депутата от ШАСа Уриэля Буссо министром здравоохранения вместо Моше Арбеля, у которого остается портфель министра внутренних дел.
Как и всегда не обошлось и без скандала. Незадолго до этого в СМИ появились сообщения, что супруга премьера Сара Нетаньяху блокирует создание широкого кабинета. Через короткое время после публикаций Сара Нетаньяху заявила, что считает необходимым образование правительства национального единства. Источники в Ликуде сказали, что «в государстве есть только один человек, который противится этому — Сара Нетаньяху». «Единство — это необходимое условие», - передал потом источник в Ликуде реакцию супруги премьер-министра.
Полномочия обычного кабинета министров, предусмотренные законом, останутся прежними. Чрезвычайное правительство будет действовать только на время войны. В узком «военном кабинете», который будет управлять боевыми действиями, будет зарезервировано место для главы оппозиции Яира Лапида — если он решит присоединиться.
В период войны не будут приниматься законопроекты или правительственные решения, не связанные с ведением войны. Все назначения будут автоматически продлены до конца войны. Это значит, что на своем посту останется глава Банка Израиля Амир Ярон.
Стоит отметить, что в Израиле на 31 октября назначены выборы в муниципальные советы стран. Избирательная кампания идет уже третий месяц, однако в связи с объявлением войны, МВД Израиля выпустило постановление о переносе избирательной капании пока на три месяца. Однако это решение еще должен утвердить Кнессет.
Вопрос о создании чрезвычайного правительства был озвучен членами оппозицией буквально через день после начала войны. Однако лидеры партий Лапид (Еш Атид) и Либерман (НДИ) выдвинули при этом ряд требований и только Бени Ганц ( Государственный лагерь) готов был войти без всяких условий.
Переговоры об этом шаге велись начиная с 7 октября. Такое правительство позволило бы использовать богатейший военный опыт экс-министра обороны, бывшего начальника генштаба ЦАХАЛа Бени Ганца и еще одного экс-начальника генштаба ЦАХАЛа — Гади Айзенкота.
Нетаньяху и Ганц встретились несколько раз в комплексе правительственных зданий «Кирия». Соглашение было достигнуто после долгих переговоров. Нетаньяху хотел гарантировать, что все окончательные решения останутся в его руках. Ганц требовал создания узкого и эффективного военного кабинета (без министра национальной безопасности Бен-Гвира, правого радикала, не имеющего опыта службы в армии) и министра в министерстве обороны Бецалеля Смотрича.
Смотрич и Бен-Гвир делали резкие заявления, протестуя против создания узкого кабинета безопасности, в который они не будут включены. При этом они заявили что поддерживают создание чрезвычайного правительства. Бен-Гвир одновременно заявил, что считает Бени Ганца и Гади Айзенкота ответственными за случившуюся катастрофу.
В итоге правительство было создано, но в него не вошли ни Либерман ни Лапид. Так как видимо по мнению Нетаньяху от них не было никакой реальной помощи, а создавать им дополнительную рекламу как «защитников Родины» он явно не хотел. Партия "Еш Атид" опубликовала заявление в связи с формированием чрезвычайного национального правительства, в которое эта оппозиционная партия не вошла.
"К сожалению, наше предложение о чрезвычайном профессиональном правительстве без экстремистов не было принято. Нам в такие времена не нужны министерские должности, но нам нужно реальное влияние на ситуацию. Мы продолжим оказывать внешнюю поддержку правительству и поддержку Государству Израиль и силам безопасности до полного искоренения ХАМАСа в секторе Газа. Мы продолжим поддерживать семьи и работать на благо наших героических бойцов и всей страны", – говорится в заявлении "Еш Атид".
При этом по мнению членов оппозиции создание кризисного коалиционного правительства — это попытка заручиться поддержкой оппозиции и разделить ответственность за военные действия. Хотя ради собственного имиджа некоторые лидеры оппозиции, в том числе бывший премьер-министр Яир Лапид, заявили, что они были бы рады такому шагу.
Авигдор Либерман так же заявлял о возможности присоединения НДИ к правительству национального единства. Он не требует для себя никаких портфелей, так как, по его словам, «правительство и без того раздутое».
Однако он призвал кабинет министров официально объявить состояние войны, а не ограничиваться повторениям слова «война». «Нужно провести всеобщую мобилизацию. Не «широкую» или «расширенную», а всеобщую, и определить цель войны». Хотя стоит отметить, что Нетаньяху уже выступил с определением цели войны как «уничтожение военных и управленческих возможностей ХАМАСа», не упомянув при этом уничтожение самой террористической организации.
Авигдор Либерман заявил :«Прошлым вечером граждане Израиля хотели услышать от премьер-министра о его четком намерении ликвидировать ХАМАС и лидеров террора, а также о том, что он не намерен продолжать начатую им политику «урегулирования», которая основана на выплате дани террористической организации. К сожалению, этого не произошло. Как я уже сказал, ликвидация режима ХАМАС и лидеров террористов — веление времени. Об этом должно быть объявлено публично. Через минуту после соответствующего заявления премьер-министра, министра обороны и начальника Генштаба я и фракция НДИ присоединимся к коалиции без каких-либо условий».
Он повторил, что его партия войдет в правительство единства при условии, что ХАМАС будет ликвидирован и что все договоренности, позволяющие оказывать финансовую помощь Газе из Катара и других источников, будут прекращены. Однако Нетаньяху явно был не готов связывать себя подобными обязательствами, так как при данном условии, трудно объявить, что условия войны выполнены, ведь часть представителей «режима Хамаса» проживает за границей или явно сбежит из сектора Газы во время проведения наземной операции.
На днях министр обороны Израиля Йоав Галант заявил, что отдал приказ осуществить полную блокаду сектора Газа, передает The Times of Israel. «Не будет ни электричества, ни воды, ни топлива — все будет закрыто». Министр энергетики Израиля Исраэль Кац заявил, что сектор Газа будет оставаться в энергетической и гуманитарной блокаде, пока похищенные израильтяне не будут освобождены.
На сегодня Израиль практически полностью зачистил подконтрольные себе территории от боевиков ХАМАСа. Министерство обороны страны заявило о том, что в скором времени приступит к наземной операции. В настоящий момент в армию призвано около 350 тысяч резервистов, при этом в действующей армии находиться около 135 тысяч солдат.
Хотя арабские страны призвали этого не делать. Но Иерусалим понимает, что после всех жертв, что , число которых достигло уже 1300 человек, он не может не «зачистить» сектор Газы. Наземная операция альтернатива для Израиля, так как постоянные бомбардировки и полная блокада Сектора Газа привела бы к гуманитарной катастрофе, от которой уже европейцы попытались откреститься. Так главный диплома ЕС Боррель заявил, что Израиль имеет право защищаться, но ряд его действий в Газе противоречат международному праву.
Наземная операция будет проведена жестко, будут потери и среди гражданских. Армия обороны Израиля также не обойдется без потерь, так как будет прямой контакт с противником. Вопрос в том, сколько она будет длиться, с учетом размеров всей территории Сектора Газы и численности его населения и главное что в итоге будет с арабским миром и втянутся ли в войну с Израилем террористические организации из Ливана, Сирии и Йемена? Все это создаёт смешком много неизвестных для прогнозирования будущих шагов как армии так и чрезвычайного правительства Израиля. Однако возможно в ближайшее время многое проясниться.