Антисемитизм — древняя ненависть с меняющимся выражением
Мотивы варьировались от экономического угнетения до подозрений в отношении еврейских мыслителей
В последние годы наметилась тревожная тенденция: волна нападений на отдельных людей или их группы, объединенные общим признаком: они евреи. Является ли это простым совпадением или мы наблюдаем новый виток древнего антисемитизма, преследующего еврейский народ на протяжении многих веков?
Начнем с утверждения о том, что антиеврейские преследования насчитывают тысячи лет. Интересно, что сам термин «антисемитизм» появился сравнительно недавно — в начале XIX века благодаря работам английского историка Томаса Карлейля. И хотя терминология относительно нова, реальность антисемитизма сохраняется в неизменном виде на протяжении сотен и даже тысяч лет.
Ненависть к евреям (юдофобия) имеет религиозные корни, насчитывающие более двух тысячелетий. Эти настроения нашли свое раннее выражение в Танахе, в частности, в Книге Эстер, и именно в стихе, описывающем еврейский народ как особый по своим религиозным убеждениям.
Однако враждебность к евреям на религиозной почве принимала различные формы. Она развивалась в языческих культурах, трансформировалась в ложные теории в христианских богословских кругах и нашла место в исламском дискурсе в связи со сменой исторического контекста.
Появление современного антисемитизма ознаменовало собой сдвиг в сторону секуляризации во всем мире. Традиционные обвинения, такие как деицид (убийство Иисуса), искажение морали и отвержение Богом еврейского народа, уступили место социально-экономическим основаниям. Этот переход свидетельствует о том, что антисемитизм возник не в XIX веке, а претерпел трансформацию от религиозных к социально-экономическим причинам.
Эта новая волна ненависти была вызвана различными причинами и обстоятельствами, которые быстро менялись от места к месту. Мотивации варьировались от экономического угнетения до подозрений в отношении еврейских мыслителей, а также психологических предубеждений, которые подпитывали страх и ксенофобию.
Примечательно, что эта ненависть вылилась в развитие расовой теории, что в конечном итоге привело к появлению нацизма как государственной политики. После Холокоста возник современный и прогрессивный антисемитизм с изменением терминологии — от еврея к еврейскому народу, государству Израиль и, в конечном счете, к удобному с политической точки зрения ярлыку «израильтяне». Этот термин адаптировался как к исламскому арабскому национализму, так и к прогрессивным идеологиям.
Антисемитизм, похоже, распространяется и приобретает конкретную форму в зависимости от обстоятельств. Недавние нападки на таких деятелей, как российско-израильский бизнесмен Роман Абрамович, служат тому примером, отражая «мягкое подбрюшье» антисемитских настроений в Европе, которые переросли в ненависть к России в связи с СВО на Украине.
Любой человек из России, даже если он был вынужден бежать оттуда — особенно если он является частью еврейского коллектива, — является легкой мишенью для антисемитской ненависти. Аргументы против этого человека не имеют никакого значения, поскольку всегда найдется причина для ненависти: либо это богатый человек, который использует других в своих интересах, либо бедный паразит.
Ненависть к Израилю в Европе формируется под влиянием происламских фундаменталистских сил, в то время как в США она процветает в «прогрессивных просвещенных» сообществах. Они атакуют еврейскую и израильскую мораль, используя современные термины, не соответствующие действительности, и при этом используя «придворных евреев». Эта козырная карта появилась в прошлом, поскольку ее сила проистекает из «факта», что евреи критикуют собственное общество.
Важно признать, что источники ненависти остаются неизменными, независимо от того, вступают «придворные евреи» в эти ряды добровольно или их кооптируют антиизраильские силы в коррупционном ключе, чтобы использовать их и их мессиджи в качестве оружия. Однако мы не должны излишне тревожиться по поводу новых проявлений ненависти, поскольку в конечном итоге они относятся к той же извечной категории антисемитизма.
Наконец, мы не должны использовать антисемитизм как средство освобождения отдельных людей, общин или еврейского народа от самоанализа и ответственности за сохранение еврейских и общечеловеческих ценностей. Наличие антисемитизма не должно служить оправданием для игнорирования недостатков в еврейской общине, обществе или государстве.
Сохраняя бдительность в отношении антисемитизма во всех его формах, мы не должны слишком серьезно относиться к ультрасовременным антисемитским нападениям на отдельных людей и общины, проистекающим из нелогичной и иррациональной ненависти.
Jerusalem Post, перевод Ларисы Узвалк
Сделка с Саудовской Аравией — мечта или кошмар?
Почему «нормализация» вдруг стала так важна? Ответ пугающе прост: Нетаньяху нужна фотосессия
Представьте себе: Израиль имеет дипломатические отношения с крупным, мощным и влиятельным мусульманским государством, центром одного из основных течений ислама. Крупный производитель нефти, способный обеспечить потребности Израиля. Государство с амбициозным и динамичным лидером, стремящимся модернизировать свою страну и придать ей важную роль в региональных и международных делах. Страна, чья западная ориентация предусматривает открытые отношения с еврейским государством. Представьте себе авиакомпанию El Al, прилетающую в ее столицу, офицера связи, координирующего тесное разведывательное и военное сотрудничество, размещенного в консульстве Израиля в этой же столице.
Звучит как воплощение мечты. Вот только однажды это уже произошло — с шахским Ираном. Затем наступил кошмар: исламская революция 1979 года и резкий разрыв дипломатических отношений с Израилем. Более 40 лет спустя Иран — самый непримиримый и опасный враг Израиля.
Теперь нам говорят, что «нормализация» отношений с Саудовской Аравией станет переломным моментом, откроет новую эру, станет историческим событием, которое принесет Израилю неисчислимые выгоды. Так ли это на самом деле?
Одна из самых резонных вещей, которую я услышал за свою карьеру экономиста, заключается в том, что большинство решений сводится к трем вещам:
Сколько это стоит? Какие преимущества это дает?
Сколько это стоит? Каковы недостатки?
Каковы альтернативы? Есть ли лучший способ?
Сколько это стоит? Что это даст Израилю?
Будут ли это полноценные отношения, теплый или холодный мир? Некоторые даже предсказывают конец «арабо-израильского конфликта» и даже конец вражды между евреями и мусульманами. Однако шиитский мир саудовско-израильское соглашение не затронет, а ведь именно «шиитский полумесяц» представляет наибольшую угрозу для Израиля. Станут ли Сирия, Ливан и Ирак вдруг дружить с Израилем? Решит ли это палестинскую проблему? Увидит ли ХАМАС свет и станет ли он стремиться к сосуществованию?
Даже при самых оптимистичных сценариях останутся «горячие точки» — Храмовая гора, расширение поселений, не говоря уже о провокационных и подстрекательских действиях и заявлениях наших министров. Арабский мир не монолитен, и нет недостатка в недовольстве богатыми арабами Персидского залива, экспортирующими нефть, со стороны более бедных арабских стран. Нет недостатка и в фанатичных антиизраильских настроениях в Пакистане, Малайзии и других странах, которые вряд ли будут смягчены самим фактом саудовско-израильской «нормализации». Совсем недавно мы стали свидетелями вспышки антиизраильского пыла в Ливии, когда израильская сторона распространила информацию о переговорах между министрами иностранных дел наших стран.
Будут ли экономические выгоды? Возможно, но вряд ли они окажутся существенными для Израиля. После десятилетий мира с соседними Египтом и Иорданией, граничащими с Израилем и обладающими очевидной синергией экономик, которая должна была бы стимулировать торговлю, экспорт в каждую из этих стран составляет менее 0,1% израильского экспорта, менее половины израильского экспорта на крошечную Мальту с населением в полмиллиона человек. Торговля с ОАЭ более значительна, но разочаровала многих, а ожидаемая волна инвестиций не материализовалась. Да, израильские туристы, несомненно, хлынут в Саудовскую Аравию, если им позволят, но новизна быстро пройдет. А сколько туристов из Египта, Иордании и ОАЭ посещают Израиль? Является ли право пролетать над территорией Саудовской Аравии по пути в Юго-Восточную Азию стратегическим преимуществом?
В военном отношении Израиль ничего не выигрывает. Мирные договоры с Египтом и Иорданией устранили угрозу войны, но нормализация отношений с Саудовской Аравией не принесет никаких сопоставимых выгод. Саудовская Аравия никогда не представляла угрозы для Израиля — более того, она даже не в состоянии защитить себя. Несмотря на то, что она являлась крупнейшим в мире импортером вооружений в 2016-2020 годах, а ее расходы на оборону составляют 75 млрд долларов, что является пятым показателем в мире и более чем в три раза превышает военные расходы Израиля, ее вооруженные силы неэффективны. Она ведет борьбу с племенами хути в Йемене и страдает от атак на свои аэродромы и важные нефтяные объекты. На практике, когда ее нефтяные объекты и морские перевозки подвергаются нападениям, она может разве что призвать на помощь Америку.
Сколько это будет стоить? Каковы недостатки, риски и опасности?
Оценить все это неясно, пока мы не узнаем подробностей.
По имеющимся данным, одним из основных требований Саудовской Аравии является создание гражданской ядерной программы с внутренним контролем над делящимся материалом. Это требование, исходящее от крупнейшего в мире обладателя запасов углеводородов, настолько прозрачно, что едва не вызывает смех. Кроме того, еще одним поводом для беспокойства Израиля являются требования США о предоставлении дополнительных и даже более совершенных систем вооружений.
Ясно одно: Израиль будет вынужден пойти на уступки. Учитывая угрозу, которую представляет это экстремистское государство для благополучия Израиля, вынужденные прагматичные уступки палестинцам могут быть действительно выгодны. Но если они отвечают интересам Израиля, то должны быть сделаны после тщательной оценки, а не ради пиар-бонуса для премьер-министра. Желательно, чтобы Израиль пошел на это самостоятельно, а не в рамках проблематичной трехсторонней сделки.
Можно ли доверить Саудовской Аравии ядерную энергетику? Насколько стабильно недемократическое государство, возглавляемое амбициозным и диктаторским автократом, который под прикрытием прогрессивной политики сажает в тюрьму (и, как утверждается, убивает) оппонентов, а также вымогает деньги у своих собственных родственников? Экономика страны зависит от ископаемого топлива, иностранной рабочей силы и экспатов, и, несмотря на огромные расходы на грандиозные проекты, не смогла диверсифицироваться. Будет ли он надежным партнером, способным выполнять свои обязательства? Или, как Иран в 1979 году, он может быстро превратиться в опасного противника, обладающего ядерным потенциалом?
Так зачем же заключать сделку?
Почему нормализация отношений с Саудовской Аравией вдруг стала так важна для Израиля? Я считаю, что ответ пугающе прост: фотосессия. Премьер-министр Нетаньяху стремится разрекламировать свои «достижения» и отвлечь израильтян от опасностей, некомпетентности и неудач своего правительства. Израиль находится в кризисе, его демократия и гражданское общество под угрозой, его единство разрушено. При наличии длинного списка неудач (угроз безопасности, внешнеполитических фиаско, охладевших союзников, поставленной под угрозу экономики, разгула коррупции и насилия, подрыва верховенства закона) что может быть лучше очередного тройного рукопожатия на лужайке Белого дома и бесконечной риторики об «историческом достижении», ведущем к новой эре? К черту факты, главное — краткосрочная политическая выгода. Долгосрочные последствия могут быть проигнорированы в угоду сегодняшним заголовкам.
Это правительство не показало, что оно способно сделать что-либо правильно. Предложения не получили должной оценки, силовые структуры (и другие профессионалы) в очередной раз были проигнорированы. Нормализация отношений с Саудовской Аравией может принести большие выгоды, но это слишком важный и рискованный шаг, чтобы его предпринимало едва держащееся на плаву правительство ради краткосрочных политических выгод. Договор должен быть заключен после оценки рисков и выгод, а не легкомысленно принят на веру политиком, чьи суждения далеко не безошибочны.
Times of Israel, перевод Ильи Амигуда