Антисемитизм — самый старый и самый преступный из метанарративов
Сегодня в основном исламизм и исламо-леволиберализм делают Израиль главным врагом, уничтожение которого означало бы освобождение несуществующей и выдуманной «Палестины»

Метанарратив — понятие из словаря постмодернизма, великим толкователем которого является философ Жан-Франсуа Лиотар. Постмодернизм принимает к сведению существующее «недоверие» к великим («глобальным») нарративам, которые стремятся объяснить мир с помощью догм, чья достоверность предполагается как универсальная. Как выразился социолог Ален Турен:
«Постмодернизм определяется [...] в соответствии с темами Лиотара, как мировоззрение, отвергающее идеологический дискурс».
Цель этих дискурсов — дать тотальное и телеологическое объяснение мира. Эти метанарративы были порождены, например, мышлением эпохи Просвещения, марксизмом, понятием прогресса, некоторыми религиями и т. д.
К этим темам, изложенным выше, к этим метанарративам мы решили добавить антисемитизм, который также предлагает тотализирующее и однозначное объяснение мира. Антисемитизм придает очень практичный и абсолютно первичный «смысл» несчастьям, которые обрушиваются на различные общества по всему миру («во всем виноваты евреи, во всем виноват Израиль»).
Токвиль сказал (разумеется, по совершенно другому поводу):
«Ложная, но ясная и четкая идея всегда будет иметь бóльшую силу в мире, чем истинная, но сложная».
Конфликт в Газе и антисемитская истерия, разразившаяся после 7 октября 2023 года, — неопровержимое тому доказательство.
Множество идеологий и метанарративов делают евреев главным объяснением несчастий мира:
Христианство на протяжении веков делало из них богоубийц (спасибо Второму Ватиканскому собору за то, что он отверг эту идею в 1965 году);
Ислам изобразил их врагами новой веры;
Марксизм изобразил их угнетателями рабочего класса;
Капитализм — революционерами;
Нацизм, который является «панантисемитизмом», — микробами, поражающими тело немецкой нации (и, собственно, всех наций).
Нацизм даже использовал догму научного и технико-индустриального прогресса как средство уничтожения (Освенцим и все остальные лагеря уничтожения).
Сегодня в основном исламизм и исламо-леволиберализм делают Израиль главным врагом, уничтожение которого означало бы освобождение несуществующей и выдуманной «Палестины», ставшей универсальной парадигмой (так называемой) «колонизации».
Как видим, антисемитизм — это грандиозный нарратив, который можно сравнить с метанарративом метанарративов, в котором фигура еврея становится «универсальным сигнификатором» (выражение, которое Лакан использовал, говоря о фобиях. Разве мы не говорим о юдофобии?).
Антисемитизм объясняет и интерпретирует зло через фигуру еврея, который рассматривается как причина всех самых серьезных мировых проблем: универсальное объяснение...
Я хотел бы уточнить, что, на мой взгляд, иудаизм нельзя рассматривать как метанарратив, несмотря на телеологический и эсхатологический аспект его мысли. Во-первых, у иудаизма нет универсального призвания (отсюда и отказ от прозелитизма), а с формальной точки зрения Тора, по словам Лиотара, представлена в форме паратаксического стиля (характеризующегося слабостью связей зависимости между пропозициями), стиля, который является стилем постмодернизма (который, как объясняет Лиотар, «не эпоха, а скорее режим»).
Более того, и это самое важное, что следует подчеркнуть, иудаизм обладает почти бесконечным разнообразием различных нарративов и стилей, включая формализацию Закона (Галаха), апологию (Агада), эзотерику (Каббала), поэзию (Псалмы) и т. д.
Таким образом, иудаизм выражает себя через множество нарративов, которые иногда сталкиваются и принимают различные стили (исключая гипотактический). Но, несмотря на это «литературное» разнообразие, между текстами еврейских Писаний существует единство, «чудо слияния», как выразился Эммануэль Левинас.
Эти священные еврейские повествования, противостоя метанарративам, никогда не давали иудаизму погрузиться в тоталитаризм, который всегда был причиной (на протяжении веков и, к сожалению, до сих пор) всех несчастий, постигших евреев.
Times of Israel français, перевод Ларисы Узвалк
План Трампа выселения палестинцев из Газы может принести мир, но не все так просто
Жить в Газе сегодня невозможно: разрушенная инфраструктура, масса неразорвавшихся боеприпасов и отравляющих веществ

Дональд Трамп предложил план добровольного переселения палестинцев из Газы, что вызвало бурную дискуссию в международном сообществе. Однако некоторые комментаторы упускают из виду ключевой момент: речь идет исключительно о добровольном переселении.
Жить в Газе сегодня невозможно: разрушенная инфраструктура, масса неразорвавшихся боеприпасов и отравляющих веществ, а также здания, поврежденные бомбежками, делают эту территорию непригодной для проживания. В этом контексте расселение жителей Газы представляется логичным шагом.
Трамп опирается на значительную экономическую помощь, которую США оказывают Иордании и Египту. Возможное замораживание этой помощи оказывает серьезное давление на эти страны, вынуждая их рассмотреть вариант переселения палестинцев. Однако вопрос остается спорным, поскольку в зависимости от страны переселения возможны различные последствия.
Иордания и Египет — разные сценарии
Если Египет, имея население свыше 112 миллионов человек и значительные незаселенные территории, может принять 1–1,5 миллиона переселенцев без серьезных последствий, то ситуация в Иордании куда сложнее. Палестинцы уже составляют более 60% населения Иордании, и попытки интеграции новых беженцев могут привести к дестабилизации государства.
Иордания хорошо помнит угрозу, которую представляли для нее Арафат и его сторонники. В 1970 году король Хусейн подавил их восстание с применением танков и авиации, что вошло в историю как «Черный сентябрь». Сегодняшний монарх, Абдалла II, не обладает такой силой, а его армия менее надежна.
Переселение арабов из Газы в Иорданию могло бы привести к хаосу, что создало бы серьезные угрозы для безопасности Израиля, учитывая протяженность израильско-иорданской границы.
Альтернативные варианты расселения
Варианты переселения палестинцев не ограничиваются только Иорданией и Египтом. В качестве альтернативных направлений упоминаются Судан, Марокко, Индонезия, а также другие страны, которые могут принять палестинцев при наличии соответствующих стимулов.
При этом ключевой проблемой остается идеология, питающая палестинские радикальные движения. Исторически сложившийся панарабизм, который в XX веке сформировал идею изгнания евреев, до сих пор остается основой риторики ХАМАСа и «Хизбаллы». Именно поэтому никакие договоренности и мирные соглашения с ХАМАСом невозможны. Единственным решением остается расселение.
Таким образом, инициатива Трампа способна снизить уровень напряженности в регионе, но ее реализация потребует взвешенного подхода и учета множества факторов, включая экономические, политические и исторические особенности принимающих стран.




