Бабаевы из Темир-Хан-Шуры
Семьи горских евреев, как правило, были многодетными — этому способствовали как религиозные традиции, так и устоявшийся семейный уклад
Ветка Давида — Агlав и Турунж Бабаевы. Часть I
Занимаясь жизнеописанием семей и отдельных представителей еврейской общины, я не только собираю и изучаю историю евреев Темир-Хан-Шуры, но и порой открываю для себя неизвестные прежде страницы истории собственной семьи. Каждая такая встреча с прошлым становится для меня возможностью сохранить память о людях, чьи судьбы являются частью большой истории горских евреев Дагестана. Так, неожиданно выяснилось, что родители моей мамы — Хасидо Бабаева и Мундусо Измайлов — приходились друг другу близкими родственниками: они были внуками двух родных братьев.
Однако в этой главе речь пойдёт не о них, а о представителях большой семьи Агlава (Агlиво) Бабаева — одной из ветвей рода Давида Бабаева, сына Боби.
Корни рода Бабаевых уходят в Кайтаг — к уроженцам селения Маджалис. В начале XIX века здесь жили Меир-коэн и его отец Шоул — родоначальники нескольких известных родов, потомки которых впоследствии переселились в Темир-Хан-Шуру.
Трудно сказать, когда предки Меира впервые появились на Кавказе. Известно лишь, что со временем его многочисленное потомство разделилось на несколько ветвей, каждая из которых получила фамилию, происходившую от имени одного из его сыновей. От сына Изили произошёл род Измайловых, а от Боби (Баба) — Бабаевы. Именно под этими фамилиями их записали в XIX веке во время переписи населения Дагестана.
Мог ли тогда прадед Меир представить, что среди его многочисленных потомков появятся академик и советский посол, учёные и известные предприниматели, военачальники и герои войны, талантливые врачи и педагоги, руководители крупных предприятий, инженеры, высококлассные портные и обувщики? Все они по-своему прославят свой род, оставив заметный след в самых разных сферах человеческой деятельности.
В далёком прошлом многожёнство среди горских евреев не было редкостью, и Боби не стал исключением. От жены Зулфо у него родились сыновья Меир, Нисон, Ёвдо (Ягуда), Довид (Давид) и дочь Мурум.
Давид женился на Ожи. Чтобы содержать большую семью, он занимался торговлей мануфактурными товарами, разъезжая по окрестным с Темир-Хан-Шурой селам, а позднее владел несколькими лавками тканей и текстиля.
Продолжая дело отца и деда, Давид посвятил свою жизнь служению Торе и был одним из раввинов городской синагоги, вокруг которой объединялась многочисленная община горских евреев. Прихожане обращались к нему за советом и помощью. Он умел внимательно выслушать каждого, поддерживал бедных и нуждающихся, но никогда не говорил о своих добрых делах.
Это было тревожное время, когда на Кавказе происходили нападения на еврейские поселения и предпринимались попытки насильственной исламизации. Захваченные в плен евреи нередко были вынуждены принимать ислам, чтобы сохранить жизнь.
Стремясь поддержать еврейскую жизнь, рабби Давид посещал селения, где жили горские евреи, когда-то принявшие ислам. Он надеялся пробудить в них память о вере предков, укрепить их иудейское самосознание. В одном из таких селений он даже собирался открыть синагогу. Но судьба распорядилась иначе. В 1904 году в одном из соседних аулов Давид был коварно убит ударом в спину.
Обстоятельства этого преступления до конца не выяснены. По одной из версий, трагедия стала следствием усиливавшейся в те годы религиозной нетерпимости. Предполагают, что убийцей мог быть горский еврей, ранее принявший ислам и стремившийся таким образом доказать свою преданность новой вере.
Согласно другой версии, причиной стала давняя кровная вражда между выходцами из Маджалиса. Поводом для неё послужило случайное убийство жениха во время пьяной драки на сельской свадьбе, в которую оказался вовлечён кто-то из родственников Боби. Если эта версия верна, то трагедия 1904 года стала запоздалым отголоском многолетней кровной мести.
Вероятно, именно после тех трагических событий Боби, опасаясь возмездия, покинул Маджалис и вместе со своей многочисленной семьёй переселился в северные предгорья Дагестана, во владения шамхала Тарковского¹.
Семьи горских евреев, как правило, были многодетными — этому способствовали как религиозные традиции, так и устоявшийся семейный уклад. В семье Довида и Ожи росли семеро детей: Рафоиль, Либо, Данке, Лиё, Нахамиё, Агlав и Диби.
Бабаев Агlав
Агlав (Агиво, Ахавия, Екутель) был предпоследним ребёнком в семье Давида и Ожи Бабаевых. Давать новорождённым библейские имена было давней традицией горских евреев. Имя Ахав носил седьмой царь Израильского царства, а его буквальное значение в древнееврейском языке — «брат отца».
Ещё мальчиком Агlав вместе с отцом и братьями регулярно посещал синагогу, неподалёку от которой находился их просторный дом. С ранних лет он воспитывался в атмосфере глубокой религиозности и с особым благоговением относился к богослужению.
Швейному ремеслу Агlав обучался у старших братьев, некоторое время работал в артели «Швейпром». Позднее он отправился в Дербент, где продолжил образование в ешиве. По тем временам это было серьёзное духовное образование, однако на достигнутом он не остановился. Желая глубже постичь основы иудаизма, Агlав продолжил обучение в религиозной академии при знаменитой литовской ешиве в городе Ковно (ныне Каунас).
Получив достур — диплом, дававший право исполнять обязанности раввина, — он возвратился в родной город. Здесь Агlав преподавал прихожанам чтение Торы, наставлял молодёжь и обучал своих двоюродных братьев, сидевших рядом с ним во время богослужений.
В начале 1930-х годов Агlав Бабаев (1899–1980) преподавал в Буйнакской ешиве, где дети еврейской общины изучали историю еврейского народа, основы иудаизма, Пятикнижие Моисеево, Галаху и иврит. Он стремился не только передать своим ученикам знания, но и воспитать уважение к истории своего народа, его духовным ценностям, традициям и культуре.
Когда в 1933 году в городе открылась светская школа имени М. С. Урицкого для татских детей, Агlав Бабаев стал преподавать в ней родной язык, историю и основы философии. Будучи широко образованным человеком, он пользовался большим авторитетом в еврейской общине. Агlав разделял идеи сионизма, выступал за духовное возрождение еврейского народа и возвращение евреев на историческую родину. Он считал, что каждый человек должен знать свои корни, историю и духовное наследие своего народа.
К общественным переменам, происходившим после революции, Агlав относился философски. Он говорил:
«Не может быть построено общество, основанное на эксплуатации одних людей другими. Каждый человек должен получать достойное вознаграждение за свой труд».
Продолжение следует.
Еврейский Пятигорск. Хроника возрождения
Сегодня у нас действуют две синагоги, большой общинно-культурный центр на улице Тольятти, детский сад, банкетный зал, молодежный клуб
Точная дата появления первых евреев на территории современного Ставропольского края неизвестна, однако архивные документы свидетельствуют о присутствии еврейских фамилий в регионе уже с 1818 года.
Когда мы переехали в Пятигорск из Баку в 1988 году в связи с известными событиями, город был полностью лишен организованной еврейской жизни. Моя малая родина и родина моего отца — древний Дербент, а место рождения моей мамы и мужа — Баку. В этих городах традиции всегда были неотъемлемой частью быта. Родина же моих сыновей — Пятигорск, который они бесконечно любят, но здесь горские евреи жили разрозненными кланами. Внутри семей соблюдались все праздники и проводились траурные мероприятия, однако не было ни синагоги, ни общины как таковой, ни детского сада, ни школы, тем более ешивы. Причина была проста: отсутствовало помещение и раввин. На Песах мацу и кошерное мясо привозили из Нальчика, Махачкалы или Дербента — оттуда, где сохранялась полноценная религиозная жизнь. На Йом Кипур птицу покупали на рынке, резали по правилам дома и отправляли друг другу в качестве цдаки. Конечно, традиции чтились всеми силами: старшие рассказывали младшим, как правильно проводить обряды, и мы старались следовать их советам. Когда у меня родился племянник, обрезание ему делал хирург; позже тот же врач провел брит-милу для моих сыновей-погодок, и торжества проходили исключительно в узком семейном кругу. Со временем стало очевидно: общине необходимо пригласить раввина и найти постоянное помещение, чтобы каждый мог прийти туда за знаниями.
Историческая справка. В 1882 году построена синагога на Базарной площади в память императора Александра II. На плане Пятигорска, составленном в 1887 году, она обозначена как «Еврейский молельный дом». Автором проекта и строителем был Яков Мислибарский. В 1893 году в Пятигорске проживало 139 евреев, в 1896 году — 295 человек. Ведение метрических книг входило в обязанность пятигорского раввина. В 1895 году циркуляром военного министра генерала Ваковского евреям было запрещено лечиться и пользоваться минеральными водами в Пятигорске. В 1906 году евреям разрешили лечиться на Кавказских минеральных водах, но не более двух месяцев. В 1897 году Иосиф Трумпельдор основал и возглавил сионистскую организацию в Пятигорске. В 1910 году в Пятигорске действовали две синагоги и имелось еврейское кладбище. Несмотря на революцию и активную антирелигиозную агитацию, община продолжала работать. В начале 1930-х годов раввином в Пятигорске был Вилк.
Великая Отечественная война и Холокост унесли тысячи жизней. 10 августа 1942 года Пятигорск оккупировали части вермахта. Был создан юденрат в составе трех человек (провизора, врача и артиста). В начале сентября 1942 года около 2,8 тысяч евреев, включая эвакуированных, были вывезены из Пятигорска к противотанковому рву в районе Минеральных Вод и уничтожены. После Великой Победы в 1945 году часть евреев вернулась в город. Уже в 1946 году вновь открылась синагога по улице Квартальной, 4. Раввином стал Яков Евсеевич Годович, в праздничные дни в ней собиралось от 100 до 150 человек. Однако в 1963 году синагога была закрыта.
Спустя более четверти века в Пятигорске появилась новая религиозная община, получившая название «Геула» (Возрождение). Раввином города в 1990 году стал Шертиль (Сергей Борисович) Шалумов, начала работу еврейская школа.
Эту колоссальную работу воплотил в жизнь Роман (Рамбом) Иммануилович Гаврилов при поддержке своей матери Бат-Циво, отцом которой был известный раввин Биньямин Бен-Авадия. К началу 90-х годов на Кавминводах проживало не менее тысячи горских евреев. Семья Гавриловых стала одной из самых влиятельных на Кавминводах, а Рамбом Гаврилов — признанным основоположником и лидером основателем общины. В начале 90-х община привлекала тех, кто остался в России, достигнув уровня единения, необходимого для формирования «Геулы». Это стало знаковым этапом возрождения духовной жизни региона. Я лично стала свидетелем того, как социальная активность сплелась с возвращением к традициям и духовности. Именно эта идея легла в основу предложения старейшин, а название «Геула» было выбрано за его глубокий смысл.
9 апреля 1990 года была открыта синагога по улице Шоссейной, 27, названная в честь и в память раввина Биньямина Гаврилова, отца Бат-Цаво. Она приняла активное участие в приобретении земли и заложила фундамент нашего объединения. После получения формального статуса перед нами встали новые задачи: построить полноценный центр, привлечь молодежь, организовать изучение еврейской традиции и иврита. В этот же день, 9 апреля 1990 года, мы отпраздновали в новой синагоге первую Пасху (Нисону).
Сегодня у нас действуют две синагоги, большой общинно-культурный центр на улице Тольятти, детский сад, банкетный зал, молодежный клуб «Олами», женский клуб «Мазаль», благотворительный фонд «Свои» и ешива. Открывается подростковый клуб, наши повара готовят кошерные блюда. Центр еще находится на стадии завершения строительства, но волонтерская работа ведется непрерывно, а община расширяется год от года. Все больше молодых людей выбирают путь веры, что особенно заметно во время шабатних молитв.
Самыми важными основами в еврейской философии считаются три направления реализации человека — прошлое, настоящее и будущее. Будущее — это наши дети, настоящее — наша община и синагога, а прошлое неотделимо от понятия памяти. Во всех еврейских общинах кладбище является первым и значимым отражением ее достоинств. В том же 1990 году усилиями Рамбома Гаврилова в Пятигорске открылось единственное действующее еврейское кладбище для всех Кавказских Минеральных Вод с круглосуточной охраной.
Прошло всего 35 лет со дня открытия первой постсоветской синагоги Пятигорска, но проделана колоссальная работа. Главная ценность нашей общины — это люди: эмпатичные, достойные, готовые прийти на помощь любому своему ближнему.
