Благодаря чему Израиль побеждает в Газе?
Тактическая победа, которую ХАМАС одержал 7 октября, стала главной движущей силой его стратегического поражения
Эдвард Люттвакамериканский историк, экономист, специалист по международным отношениям и военной стратегии, автор работ по военной истории и внешней политике
Каждый, кто когда-либо участвовал в бою, знает, что враг почти всегда невидим: чтобы остаться в живых, нужно находиться за хорошим укрытием. В тот единственный раз, когда я увидел живых врагов, приближающихся ко мне, я был настолько поражен, что замешкался, прежде чем открыть огонь (плохо обученные, они шли на слепящее солнце).
То же самое происходит и в городском бою, но там ситуация гораздо хуже, потому что невидимый враг может быть снайпером за окном (а в любом из бесчисленных многоквартирных домов Газы десятки окон) или же он может ждать с РПГ на уровне земли, чтобы высунуться и запустить свою ракету, малый радиус действия которой делает ее малопригодной на открытой местности, но вполне достаточной по ширине улицы. Минометы, которые выстреливают по параболе в виде перевернутой буквы U, исключительно ценны в городских боях, поскольку они могут атаковать силы, движущиеся по одной улице, с расстояния в три улицы, вне досягаемости немедленного встречного огня.
Наконец, существуют мега-мины: не стандартные мины с пятью-десятью килограммами взрывчатки, установленные на земле или под ней, а проводные подрывные заряды с в 10 раз большим количеством взрывчатки, покрытые асфальтом, которые взрываются, когда над ними проезжает танк, десантный транспорт или грузовик с солдатами.
Вот почему с самого начала контрнаступления Израиля на Газу почти все военные эксперты в СМИ, включая полковников и генералов, увешанных орденскими колодками (хотя мало кто из них когда-либо нюхал порох в реальном бою), сразу же предупредили, что, вторгнувшись в Газу, Израиль не сможет победить ХАМАС, но обязательно поплатится огромным количеством собственных жертв, а затем придет к кровавому и стратегически бессмысленному тупику.
И это до того, как стало ясно, что под Газой проложены сотни миль туннелей, из которых боевики могут выходить, чтобы атаковать наступающих солдат с тыла, или устраивать мгновенные засады на, казалось бы, расчищенной местности, и через которые окруженные бойцы, подвергшиеся нападению, могут спокойно исчезнуть. Кроме того (и это специфика Газы) переполненное урбанизированное поле боя предоставляет бесконечные возможности для самой простой тактики, ведь вопреки обвинениям, в которые могут поверить только студенты престижных американских колледжей, израильские солдаты не убивают намеренно невинных мирных жителей, идущих по своим делам. Поэтому боевики ХАМАСа могут быть идеальными мирными жителями, идущими рядом с женщинами и детьми, вплоть до того момента, когда они нырнут в нужный дверной проем, чтобы взять наизготовку оружие и выйти с ним на улицу.
Тем не менее, на данный момент, после 124 дней боев в Газе и на севере страны против «Хезболлы», погибли в общей сложности 562 израильских военнослужащих, из которых 373 расстались с жизнью 7 октября, когда все имеющиеся в наличии солдаты (только некоторые из них в составе организованных подразделений) бросились на борьбу с лазутчиками ХАМАСа, где бы они их ни нашли. Даже одна смерть — это огромная трагедия для целой семьи, а многие из них — предприниматели, у которых есть сотрудники, зависящие от них, так что каждая смерть тяжело сказывается на многих во многих отношениях.
Это следует сказать и подчеркнуть, прежде чем добавить, что реальное число израильских солдат, погибших в ходе контрнаступления, на сегодняшний день не исчисляется тысячами, как предполагают увешанные орденами скептики, которым с ликованием вторят злопыхатели, а составляет менее 300 человек на момент написания этих строк. Другими словами, это очень, очень мало, учитывая масштабы задействованных с обеих сторон сил и исключительную сложность поля боя. Для сравнения: в шестинедельной битве 2004 года за Фаллуджу (знаменитую Пумбедиту талмудистов) погибли 95 американских морских пехотинцев и четыре британских солдата, а противостояли им около четырех тысяч иракцев. В Газе, по оценкам, в начале войны Израилю противостояло около 30 000 обученных бойцов ХАМАСа.
Независимо от того, что будет происходить дальше, боевые действия в Газе до сих пор были исключительным подвигом израильского оружия. По самым скромным оценкам, которые я видел, около 10 тыс. боевиков ХАМАСа были убиты или искалечены, а еще примерно такое же количество получило ранения различной степени тяжести.
Сенсационное соотношение убийств 1 к 50 или около того, достигнутое ЦАХАЛом в боях с ХАМАСом в Газе, тем более исключительно по причинам, о которых ни официальный Вашингтон, ни официальный Иерусалим не хотят упоминать, хотя и по разным причинам.
Первая — тактическая и техническая. Если не говорить больше, то из сообщений в новостях можно сделать вывод, что весьма инновационные методы Израиля по наблюдению, проникновению и уничтожению туннелей ХАМАСа оказались неожиданно успешными.
Однако ограничения, накладываемые на боевые операции Израиля, были очень серьезными и сильно мешали ему в борьбе.
Израиль располагает достаточным количеством полевой артиллерии в виде обычных пушек-гаубиц калибра 155 мм, как и США и другие западные армии. Но у него также есть гораздо меньшие и гораздо более дешевые 160-миллиметровые тяжелые минометы израильского производства, которые на коротких дистанциях доставляют 30 килограммов взрывчатки. Израильтяне должны были в изобилии использовать их в боях в Газе, потому что параболический огонь — это то, что нужно в городских войнах, но не сделали этого из-за собственного стремления избежать лишних жертв... и из-за постоянных тревог и предупреждений со стороны США.
По этой же, несомненно, причине ЦАХАЛ крайне сдержанно использовал в Газе авиацию. Во время атаки на Ирак в 1991 году в рамках «Бури в пустыне», за которую я получил благодарственную грамоту от начальника штаба ВВС США Меррилла А. Макпика за выбор целей до и во время бомбардировки, я никогда намеренно не выбирал гражданские цели. Но я не помню, чтобы кто-то говорил мне, что нельзя атаковать ценный военный объект, потому что могут быть жертвы среди гражданского населения. Но в Газе израильской боевой авиации едва ли разрешили бы использовать даже малую толику своих сил.
Все это делает успех Израиля в боевых действиях на сегодняшний день еще более примечательным.
Одна причина известна всем: израильская армия остается верна британскому методу интенсивного и длительного индивидуального обучения своих солдат до их подготовки в подразделении, так что никто не попадает в Газу без как минимум полного года боевой подготовки, намного больше, чем было у их американских коллег во Вьетнаме, когда США в последний раз использовали призывников.
Другая причина заключается в том, что ЦАХАЛ не впал в иллюзию, что обычные пехотинцы, как бы хорошо они ни были подготовлены, могут проникнуть во всегда заминированные и хитроумно переплетенные туннели ХАМАСа и успешно сражаться в них. Более 25 лет назад ЦАХАЛ создал инженерно-боевое подразделение «Яхалом» (аббревиатура, означающая на иврите «алмаз»), специализирующееся на туннельной войне, чтобы изучить все ее многочисленные хитрости и опасности. Так что при обнаружении наступающими войсками нового входа в туннель можно подождать бойцов «Яхалома», которые очень осторожно проложат путь. Заменив низкочастотные датчики, тяжелую землеройную технику, минидроны и пули на реактивные истребители, тяжелую артиллерию и «умные» бомбы, Израиль добился огромной экономии средств, снизив при этом зависимость от американских поставок, а также снял пар с пропагандистских заявлений о бомбардировках и артиллерийской резне.
Наконец, у ЦАХАЛа есть уникальное оборудование, на которое уже возник спрос у иностранных армий. Израильские танки «Меркава» не пробиваются ракетами, которые есть и ХАМАСа. Каждая 60-тонная «Меркава» вошла в Газу с собственным противотанковым оружием, которое перехватывает летящие ракеты и снаряды на близком расстоянии.
Также уникальным для Израиля является безбашенный пехотный транспортер «Намер», по сути, боевое такси, позволяющее израильским войскам передвигаться в опасном городском пространстве, защищенном лучшей броней, чем любая другая боевая машина в истории. Когда бронетехника входит в защищенные городские районы, она должна делать это почти вслепую, потому что ее командиры не могут стоять в башнях и смотреть по сторонам, как это делается на открытой местности, не подвергая себя смертельной опасности попасть под огонь артиллерии и минометов, а также снайперов. Да, всегда существовали смотровые щели, перископы и защищенные прицелы, но они обеспечивали лишь узкий обзор, малопригодный, когда на бой смотрят сотни окон и балконов.
Солдаты выходят из туннеля, который ХАМАС использовал 7 октября для нападения на Израиль, через пограничный переход Эрез на севере Газы, 07 января 2024 г. (NOAM GALAI/GETTY IMAGES)
В «Намере», напротив, никому не нужно стоять в открытом люке, чтобы увидеть все 360 градусов внешнего мира, потому что заблокированный экипаж может видеть все на больших экранах, изображение на которые поступает с микрокамер, надежно вмонтированных в броню.
Даже израильские пехотинцы в Газе руководствуются предупреждениями и указаниями своих командиров, которые следят за их передвижением и передвижением врагов вблизи с помощью камер своих минидронов, которые видят их сверху, а другие летающие камеры следят за снайперами и минометными расчетами на соседней улице. В то время как в наши дни беспилотники производит даже Иран, Израиль был первой страной, выпустившей дистанционно пилотируемые аппараты, как они были известны около 60 лет назад, и до сих пор лидирует в этой области, производя как самые маленькие (механические «летающие насекомые»), так и самых больших. Они особенно полезны в Газе, поскольку для наблюдения за сложным городским ландшафтом требуется много глаз.
Все вышесказанное не имело бы значения, если бы войска, сражающиеся в Газе, не были полны решимости сделать так, чтобы им не пришлось возвращаться, сражаясь так упорно и так долго, как это необходимо, чтобы уничтожить ХАМАС, пока от его боевой мощи ничего не останется. Лучшим доказательством этого служит одно недоразумение: солдаты резервного батальона численностью в несколько сотен человек, выведенные после тяжелых боев для ввода нового батальона, ошибочно решили, что Израиль начинает отступать, и устроили акцию протеста, пока их не успокоили, а также не вынесли выговор за то, что они протестовали, оставаясь в форме.
Теперь очевидно, что тактическая победа, одержанная ХАМАСом 7 октября со всеми ее сценами невообразимого ужаса, стала главной движущей силой его стратегического поражения, заставив израильское правительство упорствовать, несмотря на ужасную участь заложников, мотивировав войска ЦАХАЛа сражаться до полного уничтожения, и лишив значительной потенциальной поддержки даже в арабском мире, позволив всем арабским правительствам, у которых они были, сохранить дипломатические отношения с Израилем. То, что безмозглые студенты американских колледжей поют ему дифирамбы, не отменит заслуженной участи, которая ждет ХАМАС, причем без тяжелых жертв, которых одни опасались, а другие с ликованием предвкушали.
Tablet, перевод Якова Скворцова
Заслужили ли палестинцы право на государственность?
У Израиля нет желания управлять 2,3 миллионами жителей Газы, а большинство израильтян — в соответствии с заявленной политикой правительства Израиля — не заинтересовано в заселении какой-либо части Газы
Дорон Юнгеруправляющий инвестиционным фондом в США, специализирующимся на биотехнологиях и фармацевтике, живет в Майами
Итак, заслуживают ли палестинцы собственного государства? Короткий ответ — однозначное «нет». Но есть вопросы и получше. Например: что израильтяне узнали о палестинцах за 125 дней, прошедших с 7-го октября?
Израильтяне узнали, что не только хамасовцы, но и тысячи палестинских гражданских лиц, которые в тот день последовали за ними через суверенную границу Израиля, ненавидят их с особой яростью. Убийства израильских граждан (независимо от возраста, пола, религии или политической принадлежности), варварский характер расправ и садистские сексуальные преступления, совершенные в отношении израильских женщин, разрушили все позитивные представления. Данные опросов, проведенных после 7 октября, показывают, что атака ХАМАС, транслировавшаяся для всех (включая, разумеется, палестинцев), пользовалась широкой поддержкой среди палестинцев как в Газе, так и на Западном берегу. Хотя лишь 40% жителей Газы поддерживают ХАМАС, 80% приветствовали атаку 7 октября. Никто не может закрывать глаза на ликование толпы в Газе, которая в тот день жестоко расправлялась с беззащитными пленниками, включая детей, по пути в подземелья террора, в которых многие из них до сих пор остаются заложниками. Израильтяне поняли, что палестинцы еще более глубоко индоктринированы, а их мораль еще более глубоко развращена, чем кто-либо допускал ранее. В импровизированных видеороликах, сделанных в тот день простыми жителями Газы (чтобы побудить других пересечь израильскую границу вслед за террористами и последовавшей за ними толпой), они называли территорию суверенного государства Израиль «нашими оккупированными землями». Вывод: Палестинцы ничуть не ближе к тому, чтобы принять фактическую реальность израильского государства или уважать жизнь израильтян, чем 76 лет назад, в 1948 году. Газа — это не «тюрьма под открытым небом», но это точно поле искажения реальности. Если вам кажется, что это гипербола, подумайте о том, что 90 % палестинцев отказываются признать, что ХАМАС совершил варварские преступления против мирных жителей, которые террористы с гордостью фиксировали и предавали огласке, и многие из них вместо этого извращенно верят, что их совершили переодетые израильские спецназовцы. Массовое палестинское заблуждение слишком очевидно.
Мы хотим верить, что эти обобщения не относятся ко всем жителям Газы, что среди них есть невинные. Врагом является ХАМАС, а не все 2,3 миллиона жителей Газы, из которых около половины — дети. В истории о Содоме и Гоморре Авраам мужественно торгуется с Всевышним ради хотя бы 10 праведников. «И подошел Авраам и сказал: неужели Ты погубишь праведного с нечестивым» (Берешит 18:23). Мы, евреи, подарили миру эти ценности (кстати, мы просто обожаем, когда остальной мир бросает нам в ответ те самые понятия, включая священную ценность всей человеческой жизни, которые еврейское писание и культура помогли привнести в человеческую цивилизацию. Опустите уже свой указующий перст). Печально известная индоктринация детей Газы с раннего возраста не лишает их статуса невинных. Нам хочется верить, что не все палестинцы ненавидят израильтян. Но мы хватаемся за пресловутую соломинку перед лицом огромного вала доказательств обратного.
Является ли ненависть палестинцев к израильтянам взаимной, иными словами, ненавидят ли израильтяне палестинцев? Безусловно, некоторые из них ненавидят. Они говорят о палестинцах в дегуманизирующих выражениях, ущемляют их права и не сочувствуют их трудностям. Они отказываются признать законное стремление палестинцев к суверенитету и не заинтересованы в облегчении тяжелой гуманитарной ситуации в Газе. Значительная часть израильтян вновь выразила заинтересованность в создании поселений в Газе, что противоречит политике Израиля последних нескольких десятилетий. Все это относится к меньшинству израильтян. С другой стороны, мало кто сомневается, что израильтяне едины в своей ненависти к ХАМАСу, и кто может их в этом винить? Но большинство израильтян просто хотят жить в мире и спокойствии с палестинцами, не желают управлять ими, не имеют планов на палестинские земли, признают беду, которую испытывают жители Газы, и очень многие сопереживают их реальной боли и страданиям. Эта напряженность в израильском обществе между ярым, ревностным, экспансионистским меньшинством и большинством, стремящимся к безопасности и мирному сосуществованию, отражается в нынешнем коалиционном правительстве Израиля военного времени. В условиях неразрешенной напряженности возможность для Израиля завоевать сердца и умы международного сообщества (а в перспективе и самих жителей Газы) путем создания гуманитарных зон секторе с использованием всех ноу-хау, которые ЦАХАЛ демонстрирует, когда так эффективно десантируется в кризисные центры по всему миру, к сожалению, так и останется неиспользованной.
Что палестинцы узнали об израильтянах после 7 октября?
Они поняли, что, несмотря на самое жестокое нападение на евреев со времен Холокоста, израильтяне все равно никуда не денутся. Они могли бы усвоить этот урок раньше (например, в 1948, 1967 и 1973 годах, во время Первой и Второй интифад), но, видимо, даже по состоянию на 2024 год факт постоянного проживания евреев на земле Израиля остается для палестинцев лишь сиюминутной конъюнктурой. Они узнают, что израильтяне — это не французы в Алжире 1960-х годов, которые, потерпев поражение, вернулись на родину, когда в ходе жестокой антиколониальной кампании вооруженные ополченцы из числа коренного алжирского населения неоднократно нападали на них и их гражданские институты. Вопреки преобладающему на арабской улице мнению (столь же распространенному, сколь и ошибочному), что Израиль является «колониальным проектом», у израильтян (большинство из которых были изгнаны в количестве почти миллиона из арабских стран, не говоря уже о тех, чьи семьи были уничтожены нацистами в Европе в ходе настоящего геноцида), как правило, нет возможности вернуться на родину. Как сказала Голда Меир тогдашнему сенатору Байдену во время его визита в Израиль в 1973 году, незадолго до начала Войны Судного дня: «Нам больше идти некуда». Каждый израильтянин знает печальную песню 1982 года «Эйн ли эрец ахерет» («У меня нет другой страны») — к лучшему или худшему, но так оно и есть. Палестинцы узнают, что израильтяне готовы поставить на кон свои жизни (на сегодняшний день это почти 250 солдатских жизней, и счет идет на минуты), чтобы Израиль навсегда остался современным воплощением мечты еврейского народа о восстановлении своей древней родины.
Что израильтяне узнали об израильтянах после 7 октября?
Израильтяне осознали, что они не могут (и не будут) жить с ХАМАСом, управляющим Газой на их южной границе. Старая стратегия «косить газон» (терпеть относительно незначительные акты агрессии ХАМАСа до тех пор, пока они не перерастут в невыносимые, как это периодически происходило, и тогда Израиль гроитл ХАМАС в мини-войнах) полностью провалилась, как показало 7 октября. ХАМАС должен быть побежден. Нет необходимости в ближайшей перспективе ломать голову над тем, можно ли полностью искоренить «идею ХАМАСа» (точно так же, как союзникам во время Второй мировой войны не было ни необходимости, ни времени беспокоиться о том, можно ли полностью искоренить «идею нацистов»; в итоге денацификация увенчалась большим успехом, и в конечном итоге нацистская идеология была в значительной степени искоренена). Нынешняя война с ХАМАСом закончится только одним: уничтожением военного потенциала и политического контроля ХАМАСа, а также обеспечением безопасности на границе с Газой на юге Израиля. Израильтяне, особенно перемещенные жители сектора Газа, не согласятся на меньшее. Израильтяне едины в своем убеждении, что ХАМАСу больше никогда не будет позволено совершить нападение, подобное 7 октября. Кроме того, израильтяне не допустят, чтобы кто-либо из тех, кто следует за ХАМАСом в Газе, когда-либо оказался в подобном положении: ни «Исламский джихад», ни палестинская администрация. В то же время израильтяне едины в своей решимости, что «Хизболла» не может оставаться к югу от реки Литани, прямо у северной границы Израиля (в нарушение резолюции ООН 1701), и — в случае необходимости — должна быть силой отброшена назад. Израильтяне, особенно перемещенные жители северного региона, примут от своего правительства только безопасность на границе с Ливаном. Вновь обретя чувство национального единства в этих вопросах, израильтяне поняли и другое: объединившись, они очень эффективны.
Что палестинцы узнали о палестинцах после 7 октября?
Боюсь, слишком мало. До тех пор, пока ростки свежих перспектив среди палестинцев, выступающих за мирное сосуществование с израильтянами, будут попираться в пользу старых надоевших песен об угнетении, виктимности и сопротивлении, а также циничного, лживого нарратива о произвольной израильской агрессии, на горизонте не предвидится особых улучшений для простых жителей Газы. Сторонники палестинцев на Западе, к сожалению, поощряют это самообман. Упорная привязанность палестинцев к самопрезентации в качестве угнетенного народа вызывает сильную связь с теми, кто находится за пределами региона, чья приверженность доктринам межсекторальности, политики идентичности и несостоявшихся идеологий, таких как социализм и коммунизм, сильнее, чем их признание ценностей либеральных демократий, в которых они живут. Куда это приведет гражданское общество в Европе, Северной Америке и Австралии, неясно и потенциально очень опасно. Палестинцы нашли удивительных союзников в ООН, Южной Африке и среди либералов с «кровоточащим сердцем», которые повсюду ходят по коридорам власти. За исключением ситуации в Газе, где ЦАХАЛ продолжает уничтожать ХАМАС, ложное представление о палестинцах как о вечно угнетенных и обездоленных, похоже, приносит свои плоды. Политическое руководство ХАМАСа, совершенно не заинтересованное в достижении ощутимых улучшений в жизни обычных палестинцев, вряд ли изменит свою заунывную шарманку до тех пор, пока полезные идиоты на Западе продолжают ему аплодировать.
Итак, вернемся к первоначальному вопросу: заслуживают ли палестинцы государства?
Законность стремления палестинцев к самоопределению трудно отрицать, особенно евреям, чье собственное стремление к самоопределению выражается в мечтательных словах израильского национального гимна «Атиква»: мы знаем, что такое не иметь своего государства! Но пока палестинцы находятся в плену убийственной идеологии, отрицающей право Израиля на существование в качестве еврейского государства и считающей территорию «между рекой и морем» принадлежащей им по праву, израильтяне не должны и не будут соглашаться на палестинское государство. Близким союзникам Израиля не к лицу настаивать на том, чтобы его лидеры уделяли первоочередное внимание разработке плана создания палестинского государства, в то время как ситуация на местах делает перспективу такого плана весьма сомнительной. До тех пор, пока в Палестине не появится руководство, которое убедительно дистанцируется от провальных доктрин фанатичного антисемитизма и вечного сопротивления «оккупации» (даже в Газе, откуда Израиль в одностороннем порядке ушел почти два десятилетия назад), палестинское государство относится к той же сфере, что и мастерская Санты и радужные единороги.
В то же время (как я уже писал выше), у Израиля нет желания управлять 2,3 миллионами жителей Газы, а большинство израильтян — в соответствии с заявленной политикой правительства Израиля — не заинтересовано в заселении какой-либо части Газы. Поэтому лучшее, на что могут надеяться палестинцы, — это то, что Нетаньяху называет «государством минус», то есть образование, обладающее всеми правами на самоуправление и не способное угрожать Израилю. В наши дни легко очернять Нетаньяху. Данные опросов показывают, что он непопулярен среди израильтян, а его партнеры по коалиции, крайне правые, еще более непопулярны. Однако в вопросе о палестинской государственности весьма сомнительно, что между Нетаньяху и любым из его вероятных преемников существует значительный разрыв. Готовность Биби противостоять международному давлению с целью предоставления палестинцам государства в любом случае, пусть и незаслуженно, может оказаться выше, чем у любого из его соперников. Кто увидит, как Галант, Ганц или Лапид выступят на специальной сессии Конгресса США, как это уже трижды делал Нетаньяху (кстати, единственный иностранный лидер, сделавший это, кроме Уинстона Черчилля), а именно это может в конечном итоге понадобиться для сдерживания все более враждебной американской администрации? Спустя более 125 дней после начала этой войны суть кажущегося неразрешимым конфликта между палестинцами и израильтянами, который длится уже несколько поколений, остается точно такой же, как и до создания государства Израиль: мы, евреи, хотим иметь свое государство; они, палестинцы, не хотят, чтобы оно было у нас. Перефразируя знаменитое высказывание Голды Меир о том, что «мир наступит тогда, когда арабы будут любить своих детей больше, чем ненавидеть нас», можно сказать, что мир наступит тогда, когда палестинцы сильнее захотят иметь свое государство, чем они хотят отказать нам, евреям, в этом. К сожалению, в ближайшее время этого не произойдет.
Times of Israel, перевод Ларисы Узвалк