Уже много лет в Израиле продолжается дискуссия: стоит ли помиловать и выпустить на свободу Игаля Амира, осужденного на пожизненное заключение за убийство премьер-министра Ицхака Рабина в 1995 году. Предлагаю фрагмент из моей книги «Небо в осколках. Галерея портретов ближневосточных лидеров» — о трагедии Ицхака Рабина, ставшего для одних предателем национальных интересов, для других — выдающимся миротворцем.

Смуглые и кучерявые взмокшие крепыши без устали дубасят себе подобных — смуглых кучерявых взмокших. Вид, запах и голос крови только подстегивают. Это «интифада» в действии — «булыжная война» в переводе с оригинала. Булыжник — исконное орудие пролетариата — нашел себе применение на Святой Земле.

Душно. Молодой рыжебородый ребе читает нараспев книгу Дварим: «…и пусть выведут их к вратам того города и забросают камнями, и умрут они». Толпа арабских крепышей врывается в молельный дом и забивает раввина.

Вспотевшая ладонь еврейского Б-га заслоняет разбуженное криками о помощи солнце. Так начинается возмездие. Теперь пусть каждый запущенный камень найдет своего отправителя.

Экран телевизора сонно бормочет в разбитой камнями витрине. Грозный министр с экрана напутствует стражей правопорядка: «Бейте их. Бейте по рукам, по ногам и по телу. Ломайте им кости. Оставьте мятежникам отметины на всю жизнь».

Министр не боится суровых слов. Это только с виду он слаб, безволен и стар. Газеты всего мира пестрят заголовками, обличающими жестокость министра. Но министру все равно. Он повидал многое и научился не оглядываться на мнение большинства, ибо оно ошибается чаще других. У него простецкая, точно из анекдотов, фамилия и имя, каких четыре десятка встречается на сотню. Министра зовут Ицхак Рабин.

Во сне к Ицхаку является покойная мать, высокая, грузная русская еврейка с тройным подбородком и выцветшими глазами навыкате. Мать приходит во сне и говорит загадками, путаясь и повторяясь. Ицхак злится на мать. Ему надоедает бессвязность её откровений. Он, маленький, скромный Ицхак, уже дорос до тебя, Роза! Ах да, прости, конечно же, Красная Роза! Так тебя называли на родине, где вы свергли царя, метая в её правителей бомбы и булыжники? Но приехав на Обетованную Землю, первым делом вы дали почитать Маркса местным жителям! Арабы, познавшие «Капитал», сегодня вооружаются вашими же бомбами и вашими булыжниками.

Но мать, как истинная марксистка, непоколебима: «В России тогда были такие же глупые министры, как и ты. Они глупо полагали, что все проходит. Нет, Ицхак, ничто не проходит — все откладывается. Нам так же ломали кости».

По легенде, глиняные големы — загадочные существа, не имеющие иных целей, кроме тех, что вложил в них Создатель. Оживленные с помощью заклинаний, они всего лишь механически исполняют волю Творца. А так как воля Его бывает порой переменчива и туманна, то и големам приходится постоянно меняться вместе с ней.

Министр обороны, а вскоре и премьер-министр Израиля Ицхак Рабин был идеальным представителем семейства големов. Поначалу, когда Создатель пребывал в гневе, Рабин беспощадно рубил головы кровожадной гидре-интифаде, а затем, когда сердце Создателя смягчилось, он затеял мировую с арабами.

Для бригадного генерала Ицхака Рабина, триумфатора Шестидневной войны, мирный процесс представлялся очередной силовой операцией. И то, что войска будут брошены против собственного народа, не смутило видавшего виды премьера. Рабин вернул в Палестину Ясира Арафата, насильственно изгнал еврейских поселенцев с оккупированных земель и вооружил новоиспеченные власти палестинской автономии.

Учение Каббалы оговаривало подобные случаи: всякий еврей, предавший свою землю врагу, должен быть отдан высшему суду. «Пульса де-нура!» — проклятье, молитва на уничтожение человека. Она произносится при черных свечах десятью взрослыми мужчинами. В разгар «мирного процесса» иудейские ультраортодоксы прочли «Пульса де-нура» в адрес Рабина и дали ему месяц для покаяния.

…Ицхак Рабин бодро спустился с эстрады, пряча в карман пиджака текст задорной песенки о неотвратимости наступающего мира, когда девятимиллиметровая «Беретта» еврейского фанатика Игаля Амира исполнила знаменитое проклятье — ровно через 30 дней.

Журналисты и конспирологи не поверят в официальную версию. Но погиб ли Рабин от рук фанатика или от собственных же спецслужб, в карете скорой помощи или в больнице — все было кончено. Окровавленный голем застонал, нечаянно выронив табличку с заклинанием, вложенную при сотворении в его глиняную душу Создателем, последнее, что поддерживало в нем жизнь.