Что евреи думают о загробной жизни?
Раввины полагают, что о рае сказано мало по двум основным причинам
Выдающийся израильский политик Йосеф Бург (1909-1999), занимавший пост министра по делам религии, придумал фразу «Мидвар секер тирхак» — «держись подальше от опросов» (намек на заповедь Торы «Мидвар шекер тирхак» — «держись подальше от лжи»). Но недавно появился довольно интересный опрос, который заинтересовал меня и заслуживает изучения.
Исследовательский центр Pew Research Center сообщает, что большинство взрослых американцев — 73% опрошенных — утверждают, что верят в рай. Большинство (62%) также верит и в ад. Четверть опрошенных не верят ни в рай, ни в ад, и только каждый шестой американец не верит ни в какую загробную жизнь. Религия, очевидно, играет большую роль в том, во что человек верит или не верит, и поэтому неудивительно, что только 3% атеистов верят в существование загробного мира, в отличие от 96% евангелистов, которые уверены, что будут жить дальше.
А что касается нас, евреев? Менее половины американских евреев верит в существование рая или ада; это не удивительно, поскольку эта половина также не верит в высшие силы или духовные силы любого рода (ортодоксальные евреи, как вы уже догадались, являются полным исключением; целых 93% из них уверены, что библейский Бог — это определенная реальность). Если вас это утешит, вы будете рады узнать, что, хотя Бог и небеса не заняли столь высокого места, 8 из 10 евреев говорят, что им нравится есть или готовить традиционную еврейскую пищу (хотя и не обязательно соблюдать при этом кошерность).
Поэтому я решил сказать несколько слов о том, как еврейская традиция смотрит на загробный мир. Во-первых, за исключением некоторых каббалистических текстов, в Танахе (Библии) практически нет упоминания или описания небес. Однако есть несколько довольно очевидных намеков. Например, нам говорят, что после смерти Яаков был «собран к своему народу». Это означает, что он воссоединился со своими предками в другом месте, повторяя утверждение книги «Зоар» о том, что когда мы умрем, все наши близкие придут встретить и проводить нас. Нам также сказано (Малахия 3:23), что пророк Элиягу однажды вернется, чтобы возвестить о приходе Машиаха. Откуда, собственно, он вернется, если нет загробной жизни?
Талмуд говорит о загробной жизни несколько более определенно. Мишна в трактате «Санхедрин» уверяет нас, что «весь Израиль имеет долю в олам а-ба, мире грядущем». (Это, кстати, не означает, что рай предназначен исключительно для евреев; все люди, соблюдающие основные законы цивилизованности и морали, также получат туда вход). А «Пиркей Авот» (4:21) напоминает нам, что «этот мир — лишь вход, ведущий в мир иной; приготовьтесь здесь, чтобы войти в пиршественный зал».
По сути, раввины утверждают, что существует четыре фазы существования. Первая — это олам а-зе (этот мир), где мы сейчас находимся. Он, по сути, конечен и длится не более 120 лет — хотя возможность реинкарнации, прежде всего для завершения нашей жизненной миссии, которая осталась неоконченной, также является подлинной еврейской идеей.
Вторая фаза — олам а-ба, или Ган Эден (небеса или рай). Это может быть духовный рай, где мы испытываем непреодолимую близость к Богу, или, по некоторым мнениям, своего рода «зона ожидания» для наших душ перед окончательным переустройством Вселенной.
Следующая фаза - имот а-Машиах, эпоха Мессии. Она наступит в действительном мире, когда человечество претерпит радикальные изменения к лучшему. Прекратятся нищета, войны и насилие, наступит процветание, весь еврейский народ вернется в Эрец Исраэль, а знание о едином Боге «потечет как река» по всей земле. Традиционно считается, что эта эпоха искупления будет сосредоточена на одном смертном человеке, но другие считают, что это общий процесс, который начнется с установления суверенитета над нашей собственной землей.
Последний этап — тхият а-мейтим, воскрешение мертвых. Хотя это практически невозможно постичь, и возникает множество вопросов (вернемся ли мы в своих телах? В каком возрасте? Если мы были женаты несколько раз, с кем мы воссоединимся?), Маймонид говорит, что верующий еврей должен принять этот постулат с полной верой. А пророк Йехезкель ярко предсказывает, что Бог «откроет могилы ваши, поднимет вас из них и вернет вас в Израиль». Книга пророка Даниэля подтверждает это: «Многие из спящих в прахе земном пробудятся, одни для жизни вечной, другие для поношения... и мудрецы будут сиять, как светлое небо, и те, кто ведет многих к праведности, будут как звезды во веки веков».
Раввины полагают, что о рае сказано мало по двум основным причинам. Во-первых, то, что там будет происходить, непостижимо для нас в нашем земном состоянии; это как язык, который мы не понимаем. Во-вторых, нам не следует зацикливаться на том, что ожидает нас в конце дней, а лучше сосредоточиться на работе, которую мы должны делать в этом мире. «Не будь подобным слуге, который служит своему господину только ради награды», — учат нас. Мы должны действовать из внутреннего чувства доброты, любви и сострадания — в подражание Богу — без каких-либо планов или скрытых мотивов.
Тем не менее, знание того, что когда-нибудь «весы уравновесятся» в этом или будущем мире, что справедливость в конечном итоге должна восторжествовать, помогает нам сохранить веру в Бога и побуждает нас противостоять суровым испытаниям, которые бросает нам этот мир. Небеса, таким образом, — это место, где все имеет смысл и где разрешаются все наши вопросы и конфликты. Именно поэтому его также называют олам а-эмет, мир истины.
Одна драматическая история подытоживает это: рабби Йосеф, сын великого мудреца рабби Иегошуа бен Леви, пережил околосмертный опыт — он умер, но вернулся к жизни. Отец спросил его: «Что ты там видел?» Йосеф ответил: «Я видел мир, обратный этому; те, кто здесь наверху, там были внизу, и наоборот». Отец сказал ему: «Сын мой, ты видел исправленный мир».
Наша задача, похоже, состоит в том, чтобы использовать все наши силы и возможности для раскрытия нашего потенциала в этом мире — внести свой вклад в строительстве «рая на земле». Искупление придет, но мы не должны недооценивать нашу способность ускорить его приход. А пока мы не попали в Эдемский сад, раввины говорят, что есть три вещи, которые являются майайн лам а-ба, проблеском или вкусом того славного грядущего мира: Шаббат, солнечный день и любовь между мужем и женой. Поэтому, если позволяет погода, прогуляйтесь в Шаббат с любимым человеком под солнцем. Это чистый рай.
Jerusalem Post, перевод Якова Скворцова
Да, господин Иегошуа, два государства
Писатель высказался за мирное соглашение, которое разделит Эрец Исраэль, — это пораженческая и ненужная уступка правым
Дэн ПерриБывший журналист Associated Press, ранее был председателем Ассоциации иностранной прессы в Иерусалиме. В настоящий момент главный директор по развитию бизнеса и стратегии компании Engageya.
Сегодня существует мода высмеивать сторонников решения о двух государствах, называть его невозможным. В эту игру включились как правые, так и левые. Однако новообращенные в эту веру приходят слева. Их знаменем является писатель А.Б. Иегошуа: дискуссия, которую он вызвал в некоторых кругах, достигла ажиотажа.
Основа этих рассуждений заключается в том, что Израиль стоит перед выбором между территориальной целостностью, сохранением демократического и еврейского характера; только два принципа из трех могут сосуществовать, и серьезные люди должны выбрать, от чего из трех отказаться. Объективная причина этого заключается в том, что еврейское и арабское население Святой Земли примерно одинаково — по семь миллионов человек, и пока не придумано ни одного приема, который позволил бы государству быть демократическим, массово отказывая своим жителям в правах.
Жесткие правые без колебаний отказываются от демократии и поэтому выступают против двухгосударственного решения. Они не видят причин, почему Израиль не должен контролировать миллионы людей, которые не могут голосовать за правительство, которое ими управляет, используя любую силу.
Крайне левые отказываются от еврейского характера государства. Их сторонники не видят причин, по которым Израиль должен отказывать в гражданстве палестинцам Западного берега в территориально полном государстве, поскольку в их глазах национальные государства являются анахронизмом (а некоторые не считают евреев нацией, но это вопрос для другого обсуждения).
Умеренные правые находятся в замешательстве. Они хотят все три опции, и поэтому левые иногда обзывают их, что вызывает всевозможные обиды и заставляет левых казаться элитарными.
Поддержка решения о двух государствах исторически зависела от умеренных левых, или «сионистских левых». Ее сторонники исторически с сожалением отказывались от территориальной целостности.
Ради этого они были готовы пойти на риск. И нет никаких сомнений в том, что риск существует, известный израильтянам как «ракеты, падающие на Кфар-Сабу», фактически пригород Тель-Авива. Имеется в виду опасение, что если Израиль покинет Западный берег, то ХАМАС захватит его, как это произошло в Газе, что приведет к хаосу.
Сторонники умеренных левых нашли разные пути решения этой проблемы. Одни отрицают ее существование (и правые справедливо называют их «наивными»); другие предпочитают сабельный бой («мы вернем территорию, если понадобится»); я сам играю в игрушку с удалением большей части поселенцев и оставлением армии на месте в качестве меры безопасности и не более того, без аспекта колонизации, пока не появится лучшая идея.
Новое в этой вечной дискуссии заключается в том, что такие люди, как А. Б. Йехошуа, говорят, что решение о двух государствах невозможно; не то чтобы оно было невозможным всегда, но оно стало невозможным из-за количества поселенцев. Г-н Иегошуа пишет в «Гаарец»: «Огромное количество поселений и аннексия Восточного Иерусалима, по моему мнению, разрушили возможность разумного и справедливого разделения между двумя народами на Земле Израиля».
С этим есть три проблемы.
Во-первых, это пораженчество. Это плохая карма, которая излучает слабость. Это дает победу правым. Это означает, что Израиль не смог помешать правым заполнить страну поселениями, и поэтому Израилю нужно позволить умереть как еврейскому государству.
Во-вторых, эта победа достается правым без необходимости. Положение не безвыходно — оно просто сложно. Каждый, кто читал хотя бы одну статью Шауля Ариэли, знает, что большинство поселенцев проживают вблизи «зеленой черты», и разделение все еще возможно, если 100 000 переселить обратно в Израиль — или оставить в Палестине тех, кто предпочитает это. При всем уважении, если в Израиле есть арабы, то палестинцы могут жить с каким-то количеством евреев. Более того, мы говорим о спасении сионизма — крайний случай; если повстанцы выберут насилие, значит, будет насилие.
В-третьих, победа будет не за израильскими правыми. Это будет победа врагов сионизма. Евреи и палестинцы не могут жить в мире в одном государстве, которое ни одна из сторон не контролирует.
Г-н Иегошуа пишет в «Гаарец»: «Еврейская идентичность (что бы это ни значило) существовала тысячи лет как идентичность небольшого меньшинства среди больших и огромных народов, поэтому нет причин, почему она не должна продолжать существовать в израильском государстве, даже если там проживает очень большое палестинское меньшинство, пока оно не сможет называться двунациональным».
Это колоссальная ошибка. Он ссылается на прецедент, но это прецедент, основанный на ситуации, в которой евреи не стремились к контролю. На практике, в двунациональной ситуации, скорее всего, произойдет то, что многие евреи будут пытаться как-то сохранить контроль в надежде, что арабы уедут; а многие арабы будут пытаться заставить евреев уехать с помощью терроризма. Уезжать будут в основном евреи; первыми в очереди будут толпы представителей «нации стартапов», за ними последуют другие образованные.
Иегошуа пишет об исходе в одно государство, в котором «можно будет установить с ними разумное партнерство на благо обеих сторон».
Уважаемый господин Иегошуа, есть два вероятных исхода эксперимента с одним государством и двумя реально конфликтующими народами.
Первый — бегство евреев, которое приведет к созданию арабского государства, где евреи будут составлять жалкое меньшинство (а палестинцы введут закон о возвращении для миллионов потомков беженцев).
Второй — югославский сценарий, в котором после кровопролитной войны страна распадется на свои естественные составляющие, а различные действующие лица отправятся в Гаагу.
Times of Israel, перевод Якова Скворцова